голос Каруса.
— «Хватит на сегодня, Андер. Для первого раза достаточно. Твоему телу нужно привыкнуть, иначе завтра не сможешь даже пошевелиться».
Я мысленно кивнул, хотя мне хотелось летать до самого заката.
— «Понял. Иду на снижение».
Я нацелился на широкую каменную площадку у берега, где мы стояли до трансформации.
— «Нет, — тут же одернул меня Карус. — Садись в воду».
— «Зачем? — удивился я. — Я прекрасно вижу скалу, места там полно».
— «Ты еще не чувствуешь плотность ветра у земли, — пояснил наставник, и в его мысленном голосе проскользнула усмешка. — Ударишься так, что кости затрещат. А хуже всего — крылья. Поверь мне, Андер, ты не хочешь знать, что такое сломанное крыло для молодого дракона. Боль будет адская».
Спорить я не стал. Опыт Каруса стоил того, чтобы к нему прислушаться.
— «В воду, так в воду».
Я скорректировал траекторию, нацелившись на центр озера. Казалось бы, чего проще — плюхнуться в огромную лужу? Я выпустил шасси… то есть, задние лапы, готовясь погасить скорость о воду, как это делали утки.
Но теория разошлась с практикой.
Я слишком рано начал гасить скорость. Крылья потеряли опору, и мое гигантское тело, подчиняясь законам гравитации, камнем рухнуло вниз. Я попытался выровняться, но лапы предательски подвернулись, хвост занесло вперед и, вместо грациозного приводнения, я просто врезался в озерную гладь…Мордой вперед.
Ощущение было такое, словно я на полном ходу влетел в бетонную стену. Вода, на скорости, оказалась твердой. Брызги взлетели, наверное, метров на тридцать. Меня перекрутило, потащило на дно, я наглотался воды, закашлялся, хотя драконы вроде не кашляют и, барахтаясь как щенок, всплыл на поверхность.
В голове звенело.
Вскоре гордость стала ушиблена больше, чем тело.
Вокруг раздавался своеобразный рокочущий звук. Драконы смеялись, но этот смех не был злым, скорее добродушным.
Ко мне тут же подплыли два дракона поменьше. По их голосам в голове я понял, что это самки. Они аккуратно подставили бока, помогая мне обрести равновесие и добраться до мелководья.
Выбравшись на берег, я встряхнулся, пуская во все стороны веера капель, и сосредоточился на обратной трансформации. Это оказалось сложнее, чем превращение в дракона. Пришлось сжимать массу, сворачивать пространство внутри себя. Радовало то, что она проходила безболезненно.
Через минуту на песке стоял человек.
Я оглядел себя, проверяя целостность конечностей. Потом провел ладонями по лицу, ожидая нащупать чешую или клыки, но кожа была гладкой.
— Ну, как оно? — раздался голос Каруса.
Он уже тоже принял человеческий облик и стоял рядом. Что интересно, после трансформации моя одежда осталась при мне. Видимо, драконам надоело постоянно менять гардероб, и они вплели какие-то чары для её сохранности.
— Мокро, — буркнул я. — И обидно.
Карус рассмеялся.
— Все мы через это проходили.
Я создал перед собой зеркальную поверхность из уплотненного воздуха, вглядываясь в свое отражение. Темные волосы, обычные глаза. Никаких вертикальных зрачков или золотого свечения.
— Ничего не изменилось, — сказал я.
— А должно было? — спросил Карус.
— Ну… — начал я, но был перебит.
— Это зависит только от твоего желания, Андер, — пояснил дракон. — Твой дар метаморфа гибок. А теперь, когда он усилен кровью дракона, ты можешь лепить из себя что угодно.
— Даже смогу сделать цвет чешуи как у тебя? — спросил я.
Карус осмотрел на меня с ног до головы.
— А ты хочешь бросить мне вызов? Стать новым лидером?
— Аааа?
— Андер, золотой цвет означает, что я лидер драконов. По благословению магии, когда старый лидер уже не может справляться со своими обязанностями, цвет его чешуи меняется. Он называет нового лидера, после чего появляется новый золотой дракон.
— Но ты же сказал про вызов и…
— Всё верно. Оспорить лидерство можно с помощью поединка. Он проходит в драконьей ипостаси. И хоть мы стараемся не убивать во время него, но наша многотысячелетняя история помнит такие случаи.
— Так получается драконы не могут менять цвет чешуи?
— Почему так много отдаешь этому значение?
— Когда я находился в воздухе, слышал, что кто-то из драконов сказал, что красная фракция пополнилась.
Карус кивнул.
— А, вот ты о чём. Да, драконы могут поменять цвет. Это показывает какому лидеру они подчиняются.
— Лидеру? А кто тогда ты?
— Я самый главный, но, если простым языком, у меня есть заместители. Все вместе мы образуем совет драконов, о котором ты, к слову, знаешь из «Договора Сильнейших».
— Понял, — сказал я.
Бросать вызов Карусу у меня и в мыслях не было, но вот посмотреть, как мне подойдёт белый цвет волос стало интересно.
Я закрыл глаза и обратился к искре. Кожу закололо. Я почувствовал, как меняется структура волос, как перестраивается радужка глаз.
Открыв глаза, я снова посмотрел в магическое зеркало.
На меня смотрел незнакомец. Волосы стали белоснежными и длинными, струящимися по плечам. Глаза полыхали расплавленным золотом с вертикальным хищным зрачком. Уши заострились, став длиннее, похожими на эльфийские… или же, правильно будет говорить драконьи. Скулы стали острее, черты лица, аристократичнее и жестче.
— Красиво, — оценил Карус. — Самки оценили бы.
Я покрутил головой, рассматривая себя с разных ракурсов. Да, выглядело эффектно.
Но это был не я.
Из зеркала на меня смотрело чужое существо. Красивая картинка, но пустая внутри. А я… Андер Арес.
— Нет, — сказал я, отпуская образ.
Черты лица поплыли, возвращаясь в привычное состояние. Белый цвет стек с волос, уступая место родному темному оттенку, а зрачки округлились.
Через мгновение из зеркала на меня снова смотрел я сам.
— Мне мой вид нравится больше, — сказал я, развеивая заклинание зеркала.
Карус одобрительно кивнул.
— Мудрый выбор. Маски нужны тем, кто боится показать свою суть. Тебе же прятаться незачем.
Вскоре Карус объявил, что сегодня состоится праздник в честь моего «рождения». Новость, конечно, приятная, но в голове сразу всплыл вопрос, а как же мои?
Прямо перед тем, как он собрался телепортироваться, видимо, чтобы заняться приготовлениями, я его притормозил.
— Слушай, а могу я позвать родственников? — спросил я. — Сэм, Мишель, Бель… Им бы тоже было интересно на это посмотреть.
Ответ прилетел мгновенно.
— Нет, — отрезал Карус. — На этом празднике могут присутствовать только драконы.
Увидев, как я нахмурился, он чуть смягчил тон, хотя глаза оставались серьезными.
— Вообще, мы не приветствуем гостей в наших землях, Андер. И стараемся
