какой-то пожилой барон по соседству. — В огромных бочках с морской водой. Дорогая, жуть!
Знакомых дам, кроме сестёр и других родственниц, не было. Амалия на этот раз Инессу с собой не взяла. Так как никто не взял на себя заботу кому-нибудь меня представить, я и пригласить никого не могу. Этикет. Так что прислонился к Фьонце и наблюдаю за действом, заложив руки за спину. Благо Амалия активно участвует в этой групповухе (предок, подкинувший мне это словечко, почему-то ржёт).
Как раз этим мне бал и нравится…
— Стэн, вы почему скучаете? Не нравится ни одна из дам? — граф Фьонце обращает внимание на мою пассивность.
— Дамы замечательные, Ваше сиятельство, — ответствую флегматично, — но у всех есть один существенный недостаток. Я с ними незнаком, поэтому пригласить на танец никого не могу.
— О, так давайте я вас кому-нибудь представлю! — загорается энтузиазмом графиня.
Очень любят старшие женщины всех сословий сводить вместе юное поколение. Однако нахожу другой выход:
— Ваше сиятельство, а не будете ли вы против, если я вашу жену приглашу? С ней-то я знаком.
Мадам Мелания заливисто хохочет, граф смягчает лицо улыбкой и дозволяет. В процессе танца мы с графиней болтаем, конечно.
— Приметили кого-нибудь, шевалье? — подмигивает она.
— Не могу сказать, графиня. Мне, прежде всего, интересны девушки, чьи семьи владеют большим конским поголовьем. Хотя сойдёт и другая скотина. Коровы, буйволы всякие…
— Какой практический молодой человек, — Мелания снова заразительно смеётся.
Повеселившись вдоволь, ведёт меня к стайке молодёжи характерной структуры. Молодые люди вьются стаей мошек вокруг высокой девицы высокомерного вида. Двух её подруг почти не замечают. Только когда одну из них аристократка включает в разговор.
Перед графиней неохотно, но расступаются.
— Маркиза, позвольте представить вам молодого человека. Шевалье Стэнард ди Гревис, брат невесты. Стэн, это маркиза Имельда Фаргонская, дочь герцога Фаргонского.
Прищёлкиваю каблуками, изображаю длинный поклон с выставлением ноги далеко вперёд. Девица необычной внешности, блондинка с большими, широко расставленными глазами и маленьким ртом (похожа на Аню Тейлор Джой. Автор).
При слове «шевалье» вроде бы мелькает в серых глазах пренебрежение, если правильно понял. Но принадлежность к семье, являющейся одной из сторон помолвки, меня обеляет. Ведь моя сестра тоже станет маркизой, а затем и герцогиней. А вот суждено ли Имельде стать герцогиней — большой вопрос. Ладно, у меня есть несколько секунд, затем ототрут.
— Если хотите записаться на танец, шевалье, то увы, свободных у меня уже не осталось, — маркиза подтверждает мои подозрения.
— Не огорчён, блистательная! Вовсе не потому, что не мечтаю о такой партнёрше. Дело в том, что танцор я начинающий и неопытный. Боюсь разочаровать.
Кто-то сбоку фыркает. Возникает позыв заткнуть нахала, но время, время!
— У меня один вопрос, маркиза. Деловой. Мне сказали, что в вашем герцогстве огромное конское поголовье. Дело в том, что я давно подумываю заняться разведением лошадей.
Вот где я её удивил. И вокруг притихают.
— Всё правильно. Но лично я этим не занимаюсь, шевалье. И даже не знаю, сколько десятков тысяч коней есть в герцогстве.
— Счёт на десятки тысяч — это уже ценные сведения. Разрешите откланяться, несравненная! — снова ритуальный поклон, и маркиза меня отпускает.
Как мне показалось, с лёгким сожалением.
Глава 29
Эволюция до терминатора
Гронкс, Замок Тревзен.
Начало весны.
Вчера предок торжествующе объявил, что закончил с глазами. Дело шло к вечеру, но я сразу поскакал к парням. Стрельнуть разок из арбалета им не сложно. И я увидел! Увидел полёт болта при наблюдении сбоку! При самом невыгодном ракурсе.
От возбуждения у меня затряслись руки. Затряслись и зачесались. Жгуче захотелось проверить, смогу ли я поймать стрелу рукой.
«Придержи коней, обормот! — охладил мой пыл предок. — Сначала надо научиться пользоваться».
КП Архонта.
Да, решил я задачу ускоренного восприятия зрительных образов. Энергоботы свою работу закончили, провели энергонити от сетчатки до зрительного отдела. Сигнал передаётся практически мгновенно. Стэн теперь может ловить не двадцать пять кадров в секунду, а полсотни. Однако за любой прорыв надо платить. Расплата в чёткости зрения, что не критично. И зрачок в момент включения ускорения надо расширять. Половина света теряется. Тоже не страшно.
Фоторецепторы в глазах работают по очереди. Одна половина сменяет другую с частотой двадцать пять герц. Каждая часть функционирует в обычном режиме — двадцать пять кадров в секунду. Только времени на это выделяется тоже в два раза меньше, поэтому приходится расширять зрачки. Поймав и отослав в мозг изображение, фоторецепторы отключаются. Включается вторая половина, которая принимает следующий кадр.
Теперь надо обучать мозг. Ему ведь придётся молотить с удвоенной скоростью. Программная надстройка в помощь. Никогда не думал, что придётся заниматься практическим программированием, я ведь не айтишник. Слава родной системе образования, озаботившейся компьютерной грамотностью подрастающего поколения.
А дальше буду думать о таком же ускорении подачи сигнала в мышцы.
Стэн.
Сегодня отменил тренировку с Бруком и Кетригом.
— Временно. Потом поглядим, — успокоил слегка разочарованного перспективой потери заработка лейтенанта.
Хотя давно должен быть готовым. Уже в половине схваток я одерживаю верх. Вторая половина тоже не вся в их пользу, треть от неё с ничейным или близким к тому результатом.
Сейчас наблюдаю за стрельбой из луков и арбалетов, включая «быстрое» зрение. Через четверть часа голова начинает потрескивать. Потери яркости дня практически не чувствую.
«Нормально», — объявляет предок и гонит тренироваться. Не в спарринге, а так, физически.
К вечеру пожар ажиотажа и эйфории в душе спадает до уровня размеренного и контролируемого горения печи.
Тренировочная площадка.
Утро следующего дня.
После включения «быстрого» зрения ловлю досадный укол от Брука. Обидно от того, что всё прекрасно видел, но картинка меня потрясла до замешательства. Хотя как освоился, дело пошло. Первым «пал» Кетриг. По брусчатке, из щелей которой подмигивают солнечными бликами утренние льдинки, с весёлым звоном скачет его шпага. Поставить одной своей шпагой его руку в неудобное положение и сильно ударить другой — ничего сверхъестественного.
Киваю лейтенанту, разрешая поднять клинок. Но несколько мгновений он тратит, и я успеваю нанести Бруку два укола. Биться одному, с одной шпагой против двоих? Я ещё проверю при случае, способен ли на это Дриз.
Погром устроил паре офицеров знатный. Бруку ещё раз удалось меня царапнуть — пока я не подстроил полностью координацию под «быстрое» зрение — но на двоих они получили восемь уколов.
