куда-то далеко. — внимательно посмотрел на неё. — Ты ведь не за тем меня сюда позвала, чтобы выслушивать городские сплетни? И зачем-то нашего боевого парня с поста отослала, хотя раньше нам караульные беседовать не мешали. Хочешь сообщить мне нечто важное?
Герцогиня, стерев с лица полу-улыбку, с которой только что выслушивала историю о стычке двух толстых торговцев и их жён на выходе из амфитеатра после гладиаторских боёв, вздохнула.
— Нам нужно будет на какое-то время расстаться. — пояснила причину навалившейся на неё грусти. — Из Рансбура поступают тревожные новости. Кузены Курт и Андрей просят указаний, что нашим людям делать в случае, если Эдгар всё же решит снять с себя обруч правителя и передаст его сестре. Джей написал достаточно подробное послание и хочет, чтобы его отвёз именно ты. Он не захотел некоторые указания доверять пергаменту. Кое-что надо будет передать на словах. Сын сам с тобой завтра утром побеседует на эту тему. Да и твоя помощь там явно не будет лишней. Мне жаль с тобой расставаться на длительный срок, но…
— Я всё понимаю, Мари. Дело есть дело. И конечно же выполню всё, что герцог поручит.
— Возьмёшь с собой столько воинов, сколько посчитаешь нужным. И ещё у меня будет к тебе отдельная просьба, не связанная с политикой и борьбой Эдгара с Филиппом. Она касается моего пасынка.
Герцогиня замолчала и с благодарностью приняла от милорда вновь наполненный кубок.
— Слушаю внимательно, — в отличие от неё Ричард вино пока от себя отставил. — Мой ученик что-то не то сделал?
Немного подумав, как же объяснить Ричарду встревожившие её новости, мотнула подбородком.
— Нет, Степ всё делает правильно, пока правильно. — сделала ещё пару глотков и отщипнула от кисти винограда одну ягоду, но в рот её так и не положила, вернув в блюдо. — Мне не понравилось во вчерашнем письме Ники её весёлость и непонятные намёки насчёт той девушки, Берты. Ты наверное не помнишь.
— Почему же? Помню. Она новый член нашего рода. Из простолюдинок. Чуть ли не двенадцать ли нитей у источника…
— Четырнадцать, Рич. — поправила Мария.
— Ого. Даже так? Это и вовсе прелестно. Такие сильные одарённые везде под особым присмотром. Нам повезло, считаю, очень повезло. Или с ней какие-то проблемы?
— Да не знаю же. Эта интриганка Ники никогда прямо ничего не напишет. Так и хочется ей иногда как в детстве в волосы вцепиться. Но ладно. Я потому и прошу тебя разобраться, что там у неё, у этой девочки, и у моего пасынка. Какие между ними чувства. Степ сейчас в том возрасте, когда совершаются самые большие глупости в жизни. Присмотрись. Если, как я подозреваю, там вдруг любовь, то напомни ему, пожалуйста, что он не безродный парень с улицы, а из семьи Неллеров, и поступать сообразно своим желаниям не всегда возможно. Если же он решил вдруг просто позабавиться с девчонкой безо всяких дальнейших обязательств, то укажи своему ученику, что эта Берта теперь принадлежит к нашему роду, и любое её бесчестие станет пятном на нашей репутации.
— По простому, пусть не протягивает к ней руки. — перевёл для себя милорд Ванский, улыбнувшись. — Жениться он на ней не сможет, а затащить в постель не имеет право. Так?
— Если грубо, то да. — подтвердила вдовствующая герцогиня. — Только сначала присмотрись. Может и говорить ничего не потребуется. Вот когда увидишь, что мои подозрения верны, тогда в словах себя не сдерживай. То, что ты скажешь, пусть считает сказанным мною и Джеем. — она передёрнула плечами. — Что-то совсем зябко стало. Действительно, пошли ко мне в покои. — она поднялась и с намёком посмотрела в глаза любовника. — О делах у нас будет время ещё поговорить. О приятном тоже не следует забывать.
Рансбур. Особняк миледи Берты из Новинок. В это же время.
Конечно же все приглашённые приехать одновременно не могли. Первым примчался дядюшка Ригер, да не один, а с Эльзой, та, узнав о причинах вызова, бросила лавку и магазин на помощников и увязалась за мужем. Следом прибыла на карете баронета Ника и тоже не одна, а с супругом. Баронет Митрий, главный маг королевства, счёл нужным в столь напряжённый для короны момент, отстраниться от всевозможных бесконечных совещаний и прибыть ко мне, чтобы участвовать в делах рода. Вице-канцлер Андрей Торский прибыл один, буквально через пару минут после руководителя неллерского столичного клана баронета Василия Нарата, наш виконт не женат, иначе поди тоже бы прихватил супругу. Прелата Курта ещё не было, прервать затянувшуюся мессу он не смог, поэтому начали без него.
Поскольку на такое количество гостей я не рассчитывал, в гостиной нашего с Бертой особняка оказалось немного тесновато. Тут же присутствуем ведь и мы с миледи, и Карл, и лейтенант Герберт Вилков, и лейтенант-маг Алиса Паттер. Они тоже не усидели, как только до Михайловского замка дошли сведения о произошедшем. Своих офицеров я не звал, но и прогнать их посчитал неправильным.
Мест на двух диванах и в трёх креслах не хватило, поэтому слуги принесли ещё и стулья из моего и Бертиного кабинетов. Заодно доставили дополнительный стол. Мой повар расстарался, но к выставленным угощениям никто не думал притрагиваться. Рассесться-то все расселись, однако часто вскакивали, то один, то другой. Пощёчина, полученная неллерами оказалась весомей, чем я предполагал.
Всё это время мне в который уже раз приходится передавать подробности похищения миледи из Новинок и предпринятых мною шагах. Вначале Ригеру с Эльзой, затем по очерёдности прибытия и всем остальным. Приедет дядюшка Курт, начну опять всё заново пересказывать.
Берта забилась в угол дивана и пытается спрятаться от часто бросаемых на неё взглядов за баронетой Никой. Зря я наверное девушку-красавицу сюда затащил, здесь-то её совет точно не потребуется. А с другой стороны, она тут главная героиня, причина нашего сегодняшнего собрания.
— Нет, конечно всякое случалось! — вскочивший главный королевский маг подошёл к окну и стукнул кулаком по подоконнику. — И убивали, и похищали, и нападали, чтобы захватить в плен. Но чтобы какая-то чернь осмелилась здесь в центре столицы похитить вассала одного из великих родов, да ещё и с целью совершения насилия, о таком я даже не слышал. Сейчас уже наверняка по кабакам начинают это обсуждать, хихикают, а вскоре смешки перейдут в откровенное презрение, если мы в ближайшее же время не ответит.
— Успокойся, Митрий, —
