с учётом разросшегося до размеров городка поселения при монастыре, она явно не против.
У Ангелины в глазах неприкрытая зависть к подруге. Ничего, красавица, мы и тебя пристроим. Лейтенант сыска Николас давно на тебя облизывается. Чем не муж? Не очень красив, да, и тоже старше, но кому это когда в средневековье мешало? Конечно, моего приятеля Ника с братом Сергием жалко, Ивана Чайку, эта троица какие-то планы на вас обоих имела. Только тут уж получается принцип, кто первый встал, того и тапки. Ничего, ребята ещё очень молоды, найдутся и им жёны. А я-то, я-то, словно университет, где учат сводничеству, с отличием закончил. Во как ловко у меня получается сватовство. Во всяком случае, Юльке точно много времени на размышления не понадобится. Уверен, уже сегодня-завтра получу положительный ответ. Немножко лишь потянет для приличия.
— Вы очень красивы, господин, — восхищённо сказала Ангелина, глядя на плоды трудов своих и подруги по моему облачению, протягивая зелёную шерстяную накидку, отороченную мехом песца, привозимого из-за тридевяти земель, а потому безумно дорогому. Тётушка Ника помогла достать. Что бы я без этой замечательной женщины делал?
— Очень красивы, — эхом повторила за ней Юлька, выйдя из раздумий и ещё раз оглядев меня. — И где мои глаза раньше были, ну, когда тогда, ну, в то время? — решила слегка пошутить.
— Тогда вам с Валькой нравились крутые парни, сильные, вроде Кругляша или Оглобли, — улыбаюсь, окунувшись в воспоминания настоящего Степа. — А мы с Ником так, под ногами только путались. Ладно, где мой знак жезла, тот, что большой? Давай сюда и выгляни, коня моего переседлали?
Да, судьбы других людей у меня в этом мире получается неплохо устраивать, причём, как в хорошую сторону, так и совсем скверную, а вот со своей жизнью получается всё намного сложнее.
Хочу ли я быть епископом, потом кардиналом, а затем — чем чёрт не шутит? — и Наместником Создателя? Не знаю. В последнее время часто накатывает желание забиться куда-нибудь в уголок, чтоб никто не уволок, и создать милый уютный семейный очаг. Любимая жена, замечательные дети, добрые соседи, увлекательные труды по просвещению человечества — перо, пергамент, чернильница. Что ещё нужно, чтобы встретить старость?
Ага. А ещё миллионы в банке, яхту и виллу. Размечтался старый дурак, как юный фантазёр. Нет у меня возможности отойти в сторону. Раз уж Создатель одарил могучей магией и сильным родом, теперь придётся соответствовать. Интересно, как там идут дела у инквизитора Филиппа по поводу выяснения обстоятельств рождения Берты? Поскорее бы выяснить. Что-то у меня предчувствия тревожные. Впрочем, я ж в них особо никогда не верил.
— Красавец, — оценил мой вид милорд Монский, когда я уже верхом нагнал авангард нашей колонны.
Едем уже по пригородам. Южные выглядят намного лучше северных, уж не знаю, почему так. Тут в основном каменные строения, пусть и редко выше одного этажа, и меньше всякого рода загонов для скота, конюшен, складов и мастерских. Больше гостиниц, вертепов и питейных заведений.
— Ты тоже, — возвращаю я Карлу комплимент, вполне заслуженный. Он вообще на попугая похож в своей трёхцветной большой пилотке с пером павлина и клапанами, сейчас не опущенными. — На Алису оглянись. Был бы постарше, без раздумий сейчас пригласил бы её в храм.
— Только сначала спросил бы позволения семьи и исторжения из сана у Наместника, — усмехнулся друг. — А так-то да, красива. Только характер скверный.
— Не наговаривай, — отмахиваюсь.
Миледи Паттер окончательно успокоилась после той встречи с наказующими. Мы с ней дорогой всё подробно обсудили, и она знает, что ей ничего больше не грозит. В первом же встреченном нами после Олска караване двигалась группа из шести молодых неллерских дворян, младших сыновей из не титульных семей, направляющихся в столицу делать карьеру, вот с ними-то я и передал заранее подготовленные письма дядям Курту и Андрею, прецептору Молящихся и главному инквизитору королевства насчёт миледи Алисы. Уверен, они помогут объяснить Ульяну, насколько он неправ. Ну, если же тот не угомонится, тогда на соборе и дядя Рональд, надеюсь, будущий кранцевский кардинал, своё веское слово скажет.
Мой въезд в столицу родного герцогства триумфальным конечно не назовёшь, и такой любовью горожан, как моя сестра Агния я не пользуюсь, и всё же свою долю приветствий из собравшихся на нашем пути толп получил. Взамен щедро благословлял, может кому-нибудь и в самом деле окажется не лишним.
На парадном крыльце дворца меня встретил баронет Алекс, бессменный личный секретарь Марии, и сразу же повёл к ней. Моё сопровождение осталось устраиваться в бесчисленных помещениях неллерского замка. Вдовствующая герцогиня оставила кабинет мужа сыну, а сама заняла тот, что когда-то принадлежал маркизе Агнии. Туда я и прибыл, обнаружив в кабинете помимо мачехи своего дядю Рональда.
— Отлично выглядишь, Степ. — он поднялся с дивана, подошёл и крепко меня обнял. — Даже не скажешь, что только что проделал долгий путь, причём, довольно быстро. Сегодня же отправлю Юлиане голубя о твоём прибытии. Утомила она меня своими вопросами, когда любимый брат вернётся, да когда. Так что, не удивляйся, если приедет к тебе в обитель раньше тебя.
— Я и сам по ней скучаю, — ответил, уже отстраняясь и по знаку мачехи располагаясь в кресле слева от неё. — Буду только рад.
Снежная королева конечно же при моём появлении не вставала, но приветствовала с улыбкой и вполне благожелательно.
— Нам о многом нужно поговорить, Степ, — сказала она, дождавшись, пока я устроюсь поудобней. — Но сначала расскажи, как прошло твоё путешествие. Заметила, что у тебя плохо получается, чтобы вокруг не возникало каких-нибудь проблем или происшествий.
Конец 10 книги
