лень давать прозвище каждому прибору со встроенным ГУ, чтобы, не дай бог, пылесос не отреагировал на призыв, обращенный к кофеварке. А вот соседка, наоборот, с удовольствием пользовалась возможностью «пообщаться» с электронной начинкой своей квартиры. Телевизионную панель она называла Визирем, холодильник — Ледником, а посудомоечную машину — Золушкой.
На экране затараторил известный телеведущий: «Друзья! Не переключайтесь! Ровно в двадцать три тридцать в этой студии мы встречаем самого человечного человека современности — целителя Нестора!» Камера отъехала назад и показала за спиной ведущего огромный зал, забитый народом. Толпа бесновалась: вот визжат какие-то дамочки, вот степенный дяденька теребит в руках четки и истово молится, вот две бабульки размахивают портретом своего кумира.
А где-то там сейчас умирает Бунин, которого он покалечил…
Решение пришло неожиданно. Маруся вскочила:
— Клавдия Степановна, спасибо вам за рассказ, но мне надо уходить. Извините, дело очень важное.
Клава с умилением смотрела на экран и даже не обернулась в ее сторону.
— Хорошо, деточка. Дверь прикрой за собой, пожалуйста.
Маруся выбежала из соседской квартиры и молниеносно влетела в свою. Посмотрела в зеркало — сойдет! Только вот вместо тапочек что-нибудь более подходящее. Кеды сто лет шнуровать, но тут уж ничего не поделаешь — переморщусь.
Что еще? Да — самое главное!
Девочка схватила сумку и достала из бокового кармана три фигурки. Потом зажмурилась и представила лицо Нестора.
2
Нестор лежал на диване, ел виноград и читал журнал со своей фотографией на обложке. Маруся огляделась — судя по обстановке, она оказалась в гримерке телецентра, где целитель дожидался начала эфира.
Заметив, что он не один, Нестор оторвался от текста и невозмутимо посмотрел на девушку, как будто ничего необычного не произошло. Окинув Марусю взглядом с головы до ног, он лениво перевернул страницу и продолжил чтение.
Маруся даже растерялась от такого холодного приема.
— Виноград хочешь? — спросил Нестор, не поднимая глаз.
— Я пришла поговорить.
— Ну, говори.
— Может, вы пока отвлечетесь от чтения?
Марусю стало раздражать это подчеркнутое равнодушие.
Нестор закрыл журнал, сел и внимательно посмотрел на девушку.
— Что вы сделали с профессором?
— Не поверишь, но я тоже пытался с ним поговорить.
— И раздробили все кости?
Нестор пожал плечами.
— Он был плохим собеседником.
Маруся постаралась сдержаться. Нестор пытался вывести ее из себя, и у него это неплохо получалось. Главное — не терять самообладание.
— Я так понимаю, что у тебя уже есть два предмета? — улыбнулся Нестор.
— Три, — поправила Маруся.
— Даже так? И что, сама все достала?
— Сама.
— Да, ты талант!
— Я не…
— Тогда в машине, — перебил ее Нестор, — я сказал, что у меня были планы на счет тебя, которые изменились после некоторых наблюдений…
Нестор оторвал пару ягод от виноградной грозди.
— Так вот, я хотел забрать тебя к себе. У меня нет своей команды, как у Бунина. Есть некоторое количество людей, которые работают на меня, но это нанятые люди. Среди них нет верных делу. Никто не будет жертвовать собой ради меня или ради… большой идеи. В тебе сочетается сразу много качеств, которые могли бы быть полезны. Но при этом есть один недостаток, который перечеркивает все эти достоинства.
Нестор закинул ягоды в рот и медленно прожевал. Казалось, будто он тянет время или таким образом играет на нервах Маруси.
— Знаешь, какой это недостаток?
Маруся ничего не ответила.
— Тебе не интересно? Ты — первый человек, который добровольно отказался от предметов! Надо сказать, я был просто поражен, когда это произошло. Ты думаешь о мальчиках, о том, как бы повеселее провести время, о еде, о чем угодно, но вся эта история не только не занимает тебя — она тебя раздражает. Ты не хочешь быть особенной. Притом, что ты особенная. Не хочешь чувствовать себя героем, не хочешь завоевывать, добиваться каких-то целей. И поэтому ты не боец.
— А какая цель у вас?
— Это неважно. Но она есть. Когда у человека есть цель, он знает что ему делать. А ты этого не знаешь!
— Я хочу спасти Бунина.
— Зачем?
— Как зачем?
— Ты знаешь его? Знаешь, что это за человек? Ты знаешь, какая у него цель?
— Один раз я уже послушалась вас…
— И что?
— И теперь исправляю последствия.
— Какие последствия, Маруся? Откуда ты знаешь, кто на какой стороне? Кто плюс, а кто минус?
— Это очевидно! Когда вы рассказывали о Бунине, вы обманули меня.
— Предметы, которые у тебя сейчас… Как ты их достала?
Нестор бил по самым болевым точкам. В цель.
— Тебе приходилось обманывать, не так ли?
Маруся не отвечала, но обо всем можно было прочитать по ее лицу.
— Тебе приходилось поступать некрасиво, но у тебя была цель. И ради достижения этой цели у тебя получалось договариваться с совестью.
Нестор был прав. Прав абсолютно во всем…
— Теперь скажи, плохая ты или хорошая? Как можно оценить это, не зная цели? И как ты можешь оценивать меня и Бунина, не зная нас?
— Вы пытали его.
— И ты опять-таки не знаешь, зачем.
— Это само по себе ужасно.
— Люди часто совершают ужасные поступки. Или ты думаешь, что причинять физические страдания более жестоко, чем душевные?
— Я…
— Что ты сейчас делаешь?
— В смысле?
— Вот сейчас. В данную минуту. Что ты делаешь?
— Разговариваю…
— В то время, как профессор умирает…
— Но…
— Ты ведь пришла, чтобы спасти его. Так?
— Да.
— И вместо этого ты стоишь и разговариваешь.
Нестор набрасывался, больно задевая каждым словом.
— У тебя в кармане есть дар убеждения. Он ведь есть у тебя, правда?
— Откуда вы знаете?
— Иначе бы ты не пришла.
— Вы снова следите за мной?
— На этот раз я следил за Гордеевым. Про то, что дар у тебя, я догадался несколько минут назад.
— Как вы могли догадаться?
— Почему ты не используешь его? — внезапно перешел на крик Нестор. — Почему ты сразу не приказала мне вернуть предметы? Почему даже сейчас ты продолжаешь слушать меня, вместо того чтобы действовать?!
Самообладание таяло на глазах, и на его месте разрастался очередной приступ бессилия и отчаяния. Игра в «кошки-мышки», где Маруся — всего лишь маленькое серое существо рядом с опасным хищником.
Почему он не боится ее? Почему пытается разозлить? Блефует? Или уверен, что успеет размазать ее по стенке быстрее, чем она засунет руку в карман? Как в старом кино про ковбоев. И неизвестно, кто первым воспользуется своим оружием, чья реакция будет быстрее, и за кем останется последнее слово.
— Давай!
Маруся достала орла и сжала его в кулаке…
Раздался стук. Дверь приоткрылась, и
