Юрий Моренис - Охота на вампиров

Генерал смутился, потянулся за бокалом…

— Так, — сказал Ал, — Будникову и Берегу мы косточки перемыли, остались мы с Ольгой и Василий Константинович. Что у вас против него?

— Ничего…

— Как же так?! Он же у себя целый институт построил. Была крохотная лаборатория, а теперь комплекс! К нему со всего мира пчеловоды тянутся.

— Алексей Юрьевич, дорогой, вы меня не понимаете. Я ни против Федора, ни против Алексея, ни Василия Константиновича, ни вас ничего не имею. Я просто восхитился вашей фантазией по поводу битком набитого гроба.

— Только наполовину…

— Неважно… Помните других героев? Двух майоров и капитана…

— Припоминаю.

— Скромны… Вы еще с Власовым у Артемьева схватились. Так вот, их вдовы недавно все себе новые квартиры купили. Власов вообще жил в общежитии с двумя детьми.

— Все правильно, вы же семьям погибших материальную помощь выделили.

— Я лично ничего не выделял. А если бы выделял, мне, при нашем финансировании, на собственную зарплату не хватило бы. Так что, с каких щей несчастные женщины приобрели квартиры, тоже мировая загадка.

— Василий Владимирович, и я в недоумении. Вы что, ради этого совершили столь длительное путешествие?

— Малыша жалко. Я ведь его, как и вы, сызмальства знал. Примите мои соболезнования.

— Спасибо.

— Уходим, уходим, уходим, — пробормотал генерал.

— Не понял.

— Я попрощаться приехал. В отставку гонят, дескать, не юноша. Думаю, дай напоследок в командировку съезжу. Вы так удачно в Италии оказались, вот я, грешный, и воспользовался.

— Господи, Василий Владимирович, да с открытой душой. Живите, сколько хотите! Тут одних спален, — Ал показал на виллу, — штук шесть. Остальных комнат не считал… Приехал, понимаешь, строит из себя гестаповца, нет бы просто сказать…

Ал подошел и совершенно искренне хотел обнять старика, но он не то чтобы уклонился, а придержал его, взял за плечи и внимательно посмотрел в глаза.

— Я крест ваш в поле видел. Молодцы, вот это класс!

Василий Владимирович намекнул на высокий крест, который стоял на склоне за «Соломенным Дворцом». На нем было написано: «Гавриле Степановичу Батюшкову — декабристу, архитектору, создателю «Соломенного Дворца». Покойся с миром…»

— Папа, папа! — раздалось сверху. — Смотри, где я! Привет, дед Василий!

Юрочка сидел на гребне двадцатиметровой скалы, возвышающейся над виллой.

— Ах, ты! Ты зачем туда залез?! — испугался генерал. — Ал, он же может упасть оттуда!

— Да? — Ал сделал удивленное лицо и поднял обе руки. — Давай, сынок, смелей!

Юрочка подпрыгнул и оторвался от скалы. Василий Владимирович вскрикнул, схватился за сердце. А мальчик расправил крылья и начал медленно кружить над двориком.

Глядя на парящего сына, Ал вдруг с завистью подумал, какая у него, отца, спокойная жизнь, по сравнению с той, что будет у его сына.

Март — ноябрь 2003 год

г. Омск