Но в любом случае, они могли входить и выходить из дома, не оставив следов.
Доктор Андерсон оказалась права, переместив устройство в безопасное место, потому что Клэр была почти уверена, что, кем бы ни были эти парни, они искали доказательства, что незначительный студент из Морганвилля был чем-то еще.
И она так или иначе знала, что это означало бы большую проблему, если бы они узнали правду.
Телефон был все еще включен, и голос оператора гудел как пчела. Клэр поднесла его к уху и сказала:
— Извините, ложная тревога… это была моя соседка. Все нормально.
Оператор был взволнован, была ли Клэр под принуждением, и полиция все еще должна проверить, но Клэр уверила их, что все было хорошо.
Но это не так.
На самом деле не так.
И затем Лиз пришла домой, слишком пьяная, чтобы идти самостоятельно, ее вырвало по пути в ванную, и Клэр пришлось все убрать и отправить спать, а потом бороться с жалким похмельем, которое пришло позже… но все это время она размышляла, кто пришел за ней? Почему?
И, время от времени, почему Шейн не звонит?
Шейн
Клэр видела меня.
На долю секунды все, о чем я мог думать — это где она, и я застыл, потому что так сильно хотел взглянуть на нее хотя бы мельком… и взглянул, потому что она стояла на противоположной от меня стороне комнаты, у Флори, и смотрела прямиком на меня.
Я не думал о том, что собирался сделать, а просто сделал это: двинулся, быстро, загородив ей вид кучкой шумных, кричащих клиентов у бара. Тогда я передвинул множество стаканов на край стойки, чтобы бармены легко могли взять их, и прокричал на ухо Джесси:
— Здесь моя девушка, Клэр. Не говори ей, что я здесь, ладно? По идее, меня не должно быть в Кембридже!
Она послала мне удивленный, не поверивший взгляд, но у нее едва было время, чтобы спорить; она сорвала крышку с пива одной рукой (без открывалки для бутылок, ее сумасшедшая техника пальца делала это намного быстрее) и смешала ром и колу с чем-то. Два других подноса позади бара были одинаково заняты. Они перенесли бы груз стаканов, которые я бы доставил примерно за час, плюс уже работали две посудомойки и они были переполнены. Определенно, это был самый напряженный день у Флори со дня моего приезда.
Я захватил поднос с грязными стаканами, расположил на левом плече и использовал его как прикрытие, когда возвращался на кухню. Моя рука — та, которая была укушена и уже зажила — заболела, когда я подвигал ей, но ничего не случится от небольших упражнений. Порой она жгла. И да, это меня волновало. В конце то концов меня укусил дьявольский пес. Могли быть побочные эффекты. Но меня не лихорадило, я не чувствовал себя больным или что-то типа такого, и я знал, что обычный доктор мне бы не помог.
Последнее место, где я хотел оказаться, так это во власти вампиров, даже у их лечащего врача, хотя он был хорошим парнем для кровососа. Меня передернуло от этой мысли.
Как только я вернулся обратно, то опрокинул мусорное ведро на стойку, открыл свежую горячую воду и старался не думать, какого хрена Клэр и все остальные собравшиеся делали в баре в ночь игры. Скорее всего она здесь не одна. А с кем? Возможно, с друзьями. Да, это должны быть друзья. Она бы никогда не пришла в подобное место, я знал это. Она бы не пришла сюда в одиночку и не затем, чтобы завести новых собутыльников.
Тогда почему каждая кость в моем теле требовала, чтобы я вышел, снял передник, схватил ее и увел отсюда? Она не была ни в какой опасности кроме того, чтобы быть растоптанной в толпе. Никто не причинил бы ей боль. Пит поддерживал железную дисциплину, и если кто-нибудь выйдет из себя, то ответил бы перед ним. Никто не стремился сделать это.
Почему она была здесь?
Она не могла искать меня. Не могла.
Я вымыл десяток стаканов, высушил руки и достал мой новый телефон, затем набрал номер, оперся о стойку, подальше от помоев, включил громкоговоритель. Прошло три гудка, и Майкл наконец ответил.
— Эй, — произнес я. — Нет времени на треп, но ты говорил Клэр, где я?
— Что? Нет, мужик. Я же пообещал. Я не скажу ей. Это твое дело.
— А Ева? Сказала бы ей?
— Нет. Она хочет, но не станет.
— Черт. Ну, Клэр здесь.
— Здесь — это где?
— В баре. Где я работаю. О, и где живу. В комнате наверху. Работа типа с включенными проживанием и питанием. Поэтому я не могу постоянно уворачиваться, если она будет сюда часто приходить.
— Ты разговаривал с ней?
— Дьявол, нет, я не разговаривал с ней! Я мою посуду в подсобке! — Вот чего я боялся, что она будет меня ненавидеть за то, что я слежу за ней. Боялся, что она подумает, что я нарушил свое обещание, хотя на самом деле это не так — я был в стороне. Просто… в пределах досягаемости, если я ей понадоблюсь. — Послушай, просто… Я не знаю, заметила она меня или нет, но если она попросит поговорить со мной, просто скажи, что я работаю. Это не будет ложью.
— Ты переходишь черту от лучшего друга к другу, который просит прикрыть его, — ответил Майкл. — Предупредительный знак, парень. Просьба лгать твоей девушке никогда не является хорошим шагом в отношениях.
— Я знаю. Я просто… слушай, я собираюсь сказать ей, но я хочу, чтобы у нее было время, которое она хочет, вот и все. Я пытаюсь не мешать… — меня прервал вопль из бара; он был из-за пивных кружек, снова. Я крикнул в ответ, что они в пути, и, конечно же, Луис, другая посудомойка, поставила их на поднос и вынесла. — Слушай, я должен идти. Мы договорились?
— Да, — согласился Майкл. — Будь осторожен.
— Обязательно. Моя худшая проблема прямо сейчас — это сухая кожа после мытья всей этой посуды.
— Я пришлю тебе немного лосьона и лака для ногтей. Хочешь, чтобы я купил тебе мани-педи (прим. пер.:маникюр и педикюр одного цвета)?
— Ублю… — Он повесил трубку прежде, чем я успел договорить остальную часть, что было, вероятно, к лучшему. Я покачал головой и стал мыть стаканы — черт, я ненавидел помаду, по крайней мере в этом контексте — в течение еще двадцати минут или около того, прежде чем Джесси внезапно похлопала меня по плечу. Я подскочил и чуть не уронил стакан для мартини, который вычтут из моей и так небольшой зарплаты, но она поймала его на пути вниз. У нее были отличные рефлексы.
Слишком отличные.
— Твоя девушка… Клэр Дэнверс? — спросила она меня и поставила стакан для мартини на чистый поднос.
— Да. Она все еще здесь?
— Нет, я не видела ее тут, но я получила сообщение, что она будет ждать около черного входа. Ты хочешь поговорить с ней?
Да. Я хотел поговорить с ней так сильно, что это заставило мой живот сжаться.
