в третий раз и попытался выдавить замок, но, очевидно, незнакомец закончил с играми и на этот раз отказался дать кнопке выскочить. Дэвид повернул ключ сильнее, глаза превратились в щёлки, зубы оскалены, как у дикой собаки. Он чувствовал, что замок хочет сдаться, но преимущество было на стороне незнакомца, и тот удерживал кнопку без труда. С последним поворотом Дэвид почувствовал, как ключ слегка изогнулся и заскрипел о цилиндры внутри двери. От этого звука он отдёрнул руку, как от удара электрическим током. В своей фрустрации он нанёс резкий удар ногой по переднему колесу машины, затем отступил на несколько шагов. Сам факт, что этот незнакомец — этот чёртов незваный гость — отказывался даже взглянуть на него, выводил его за грань…
Словно змея, его правая рука снова выстрелила вперёд и подёргала ключи. Но на этот раз не было никакого движения; проклятый ключ застрял.
В отдалении раздался раскат грома. Дыша огромными, яростными вдохами, дыхание расцветало на окне водителя, Дэвид отвернулся от машины и провёл пальцами по мокрым волосам. Несколько человек стояли в своих дверях, наблюдая за ним; их силуэты были маленькими картонными вырезками на фоне яркого света их номеров. Дверь его собственного номера тоже была открыта, и Рода, всё ещё одетая лишь в покрывало с лилиями, стояла в дверях, как ребёнок, только что увидевший ужасную автомобильную аварию.
— Может, потише, приятель? — предложил один из «вырезок». — Люди пытаются спать.
— У меня в машине кто-то есть.
— Звони в чёртов техпомощь и иди спать.
На краткий миг он встретился взглядом с Родой. Она отвела взгляд раньше него. Затем он снова повернулся к «Маверику». Это было старое двухдверное недоразумение цвета рвоты, 1972 года, но когда он впервые увидел его, оно так напомнило ему о юности, что он просто обязан был его купить. Это была его первая крупная покупка после развода. В тот момент это казалось хорошим решением. Но течение времени и событий имеет особенность искажать истинную ценность материальных вещей.
Снова он пнул колесо. Кулаком ударил по окну двери водителя, затем перегнулся через залитый дождём капот машины и хлопнул открытой ладонью по лобовому стеклу. Внутри незнакомец не дёрнулся.
— Я тебя убью, сукин ты сын, — прорычал Дэвид, стиснув зубы, дождевая вода стекала сетью ручейков по его лицу.
— Дэвид! — позвала Рода из-за его спины. Он не оборачивался, пока не почувствовал руку на плече — и тогда резко развернулся, кулак уже взведён.
— Господи, — выдохнул он, схватив Роду за плечо. Она оделась и дрожала рядом с ним под дождём. Он мог сказать, что она была очень близка к слезам. Он велел ей идти внутрь.
— Что происходит? — настаивала она.
Дэвид Грэхем резко, отрывисто, рассмеялся в ночь. Он вскинул руки, затем сделал жест, чтобы она заглянула в «Маверик». Больше он ничего не мог сделать, ничего не мог сказать. Весь сценарий был совершенно нелепым.
— Дэвид, — сказала Рода, — в твоей машине человек.
— Господи Иисусе, Рода, ты можешь вернуться внутрь? Ты подхватишь воспаление лёгких, стоя так на улице. Иди давай.
— Но я хочу помочь…
— Ты можешь помочь, — сказал он ей, — если пойдёшь внутрь.
— Я хочу помочь здесь.
Ему захотелось её ударить. Он действительно почувствовал, как его правая рука снова подёргивается. Боже ради, он был на пределе, а она собиралась начинать прямо сейчас? Что вообще он делал с этой девушкой?
— Эй, приятель! — снова закричал тот же «вырезок». Это был крупный мужчина в майке-«алкоголичке» и полосатых трусах. — Если ты не заткнёшься, я выйду и заткну тебя сам! Понял меня?
Закрыв глаза, Дэвид снова провёл дрожащими пальцами по волосам. В своём разуме он обнаружил себя отступающим в воспоминание о звёздном дожде и о том, насколько спокойным и мирным он был. Сколько длился тот дождь? Минуту? Двадцать? Час? Он не мог вспомнить, и это было хорошо. В покое время не должно иметь значения. Да. Он подумал: «Да».
— Дэвид… — Голос Роды: затягивающий его обратно в реальность. Внезапно он почувствовал себя очень холодным, очень усталым и очень мокрым.
— Слушай, — сказал он ей, — хочешь помочь? Иди в холл и скажи женщине за стойкой вызвать полицию.
— Ты правда думаешь, что нам нужна полиция? Это же просто человек…
— А что ещё ты предлагаешь мне сделать? Хватит спорить, милая, и иди.
— Я… идти в холл…?
— Да! — сказал он, хлопнув в ладоши. Его глаза были яростными. — Да, да!
Начав плакать, Рода развернулась и поспешила через парковку в сторону холла мотеля.
Рядом с Дэвидом материализовалась группа мужчин, и некоторые из них начинали обходить машину по кругу. Время от времени они присаживались, чтобы заглянуть внутрь, как старики, читающие мелкий шрифт у газетного киоска. Один из мужчин запахнул пальто от дождя и не спеша прошёл вокруг капота машины, его глаза не отрывались от человека за рулём. Идущий вразвалочку мужчина был низким, заметно полным, с лицом красным, как бубновый туз. На ходу он жевал свою пухлую нижнюю губу, его коренастое отражение искажалось в лобовом
