стать более эффективным медиатором. Для этого надо сделать некоторые зоны твоего мозга более активными. А для этого лучше всего подходят упражнения на координацию. Научившись справляться со своим телом, ты будешь лучше справляться с другими людьми. Вставай.
Я поднялась и снова попыталась сохранить равновесие с закрытыми глазами. И снова. И снова.
Мне удалось продержаться секунд двадцать, когда Карим махнул рукой:
– Ладно, достаточно. Садись за стол.
Он дал мне бумагу и два карандаша. Это упражнение я знала и даже любила – надо было рисовать правой рукой круги, а левой – квадраты. Это у меня получалось – Карим говорил, потому, что я привыкла говорить на жестовом языке, – и я боялась, что он заставит меня делать что-то еще, что у меня получается хуже.
Если у него и был такой план, осуществлять его он не спешил. Я осталась наедине с теми же корявыми квадратами и кругами, которыми я покрывала страницу, потом круги поменялись на сердечки, квадраты – на спиральки, а потом, когда я уже решила, что сейчас пойду спать, в кабинет вошли Коди и Детлеф. Я сперва обрадовалась, но тут же заподозрила неладное.
– Садитесь, – кивнул им Карим.
Они сели рядом со мной. Коди сразу начал крутить в руках карандаш, выделывая им всякие фокусы. Вот у кого точно не было проблем с координацией движений.
И Коди, и Детлеф, и Петер относились к кураторам с уважением. Меня это удивляло, пока я не увидела, как они тренируются вместе. Аре искренне любила вообще всех, кто был старше нее по званию, особенно выделяя полковника Валлерта. Насчет остальных я не была уверена.
– Реталин, ты достаточно освоилась, так что сегодня попробуем кое-что новое. Ты готова?
Смотря к чему.
– Так точно. Какое задание?
– То же, что ты только что делала. Рисовать круги и квадраты. Только круги будет рисовать Корто, а квадраты – Керефов.
Очешуеть. Это вообще реально?
– Задание понятно?
– Так точно.
– Вопросы?
– Эрика смогла это сделать? – не удержалась я.
Коди посмотрел на меня с укором – он это соперничество не одобрял.
– Она еще не пробовала.
Я довольно улыбнулась. Непременно невзначай упомяну об этом за завтраком. Правда, для этого придется постараться, чтобы у меня хоть что-то получилось. Я, конечно, не в восторге оттого, что здесь нахожусь, и собираюсь сбежать вместе с Коди – ну, когда-нибудь потом, но почему бы перед этим не утереть нос Эрике, одновременно доказав, что девчонки из Гетто кое-чего стоят?
– Я заметил, что с Корто и Керефовым тебе работать проще всего, – заметил Карим, снимая своим трекером силовое поле со шкафа с препаратами и доставая заряженный инъектор.
– Правда? – неприятно удивилась я. – А как?
– Мы отслеживаем время отклика, активность мозга. Доли секунды имеют значение. Так что на первый раз я решил облегчить тебе задачу.
Карим улыбнулся. Наверное, он ждал, что я поблагодарю его, но я промолчала.
– Ты знаешь свое время подключения?
– Так точно. Двадцать шесть секунд.
– Давно уже нет, – снова улыбнулся он. – Ты хороший медиатор. Но можешь стать еще лучше.
Сердце екнуло. Впервые в моей жизни кто-то считал, что я в чем-то хороша.
Карим был отличным куратором. Он не орал на меня, объяснял, когда я что-то не понимала, помогал, хвалил, давал вот такие мелкие поблажки, вроде работы с теми, с кем мне хотелось работать, иногда шутил со мной и в целом был не хуже Олли. Но он работал на доктора Ланге. А значит, мы были по разные стороны. По правде, на моей стороне не было вообще никого.
– Пересядь, – напомнил мне Карим.
– Есть.
Я поднялась со стула, пересекла комнату и уселась в кресло, вытянув ноги. Фиксаторов тут не было – отделение S убедилось, что я не опасна. Но со стула я могла и свалиться.
– Твой брат рисует круги, Керефов – квадраты, – повторил он и повернулся к ним: – Имейте в виду, ваш имплант передает информацию о мозговой активности, и я вижу, кто именно рисует. Так что, как бы вам ни хотелось ей помочь, делать этого не надо.
Он снова обернулся ко мне:
– Доза совсем небольшая. Пятнадцать-двадцать минут – и я тебя отпущу. Готова?
Иногда Карим относился ко мне как к ребенку или к младшей сестре, и я бы соврала, если бы сказала, что мне это неприятно. Именно поэтому я старалась общаться с ним как можно более формально.
– Так точно, – кивнула я.
Мир затопило зеленью, и вместо меня стала вода, которая стекла с кресла, заполнила комнату, растеклась и собралась в две воронки. Я открыла глаза и посмотрела на Детлефа, а потом снова открыла глаза и посмотрела на Коди. Я подвигала обеими парами собственных рук, сжала и разжала кулаки. Одинаковые движения у меня получались, я уже делала это раньше. Теперь надо было сделать кое-что новое.
Два карандаша оказались в двух моих правых руках. Я помедлила, потом переложила карандаш из правой руки Детлефа в левую. Может, так будет проще.
– Давай, Рета, я сейчас сам все нарисую! – Детлеф, устав ждать, начал подгонять меня.
Мир напоминал треснувшее зеркало, воздух казался горячим, когда я дышала легкими модификантов, линии, выходившие из-под моих рук, были кривыми, фигуры напоминали что-то среднее между квадратом и кругом – неровные овалы с неожиданно прорезавшимися углами. Я вымоталась и даже сквозь стимулятор ощущала, как взмокло мое лицо. Карандаш в руках Коди треснул и переломился пополам. Правой рукой Детлефа я вцепилась в бумагу так, что порвала лист. Коди переживал, что ничего не выходит. Детлеф хотел, чтобы это быстрее закончилось. Оба они чувствовали усталость. Глазами Детлефа я видела, как рисует Коди, глазами Коди я видела неровные линии, я зажмурилась, и на секунду стало темно, а потом я открыла только глаза Коди, чтобы хоть немного отдохнуть. Я снова надавила на карандаш так, что сломала его.
Но когда зеленая муть начала рассеиваться, последнее, что я увидела, – кривые, но вполне узнаваемые квадраты и круги. У меня получилось.
Глава 13
КАК ТОЛЬКО МЫ ПЕРЕТАЩИЛИ общие и личные вещи и разместились на нижней грузовой палубе, паром вздрогнул и завибрировал – рампа сложилась, мы отчалили. Карим сразу сказал, что незачем терять время, и достал стимулятор. Я закатала рукав. Напротив меня сидели Эрика и Иштан, и их кураторы готовились сделать им инъекции – видимо, сговорились заранее.
– Какое задание?
– Отрабатываем быстрое переключение и передачу бойца от одного медиатора к другому. По моей команде подключаешься к тем, кого я назову.
Паром качнуло,
