проводить сделку.
Данил, который проводил эту сделку сам, тут же начал звонить потерявшемуся инвестору, но трубку никто не брал. Лишь в обед нам ответил заспанный и нетрезвый голос:
– Ох, извините! Я проспал!
– Послушайте, вопрос очень важный, – сказал ему Данил. – Без вашего присутствия мы не можем продолжить сделку и подписать договор купли-продажи.
– Ребята, я просто в дрова! – промямлил товарищ Иванов. – Мне сегодня не до сделки.
На этом разговор закончился. Это был даже не форс-мажор, а настоящий провал, которого мы, конечно, не могли допустить. Даня придумал выход: мы вытащили из оборотки сколько смогли, а остальное в буквальном смысле собирали по карманам и занимали у знакомых в режиме реального времени. Но сумму за проспавшего пьяницу мы довнесли и продолжили слушать нотариуса, которого вдруг перебила одна из собственниц апартаментов.
– Подождите. А пункт 5.1 откуда взялся? – недовольно спросила она. – Я его не видела.
– То есть вы хотите сказать, что не читали окончательный вариант договора? – сдвинула брови нотариус.
– А я настаиваю на отмене пункта 6.2, – вдруг раздался мужской голос.
– Нет, этот пункт останется в любом случае либо я отменяю сделку, – решительно произнес собственник нашего объекта.
– А я, как будущий собственник, не готов на условия, прописанные в пункте 6.2, – присоединился к дискуссии еще один инвестор.
Далее еще часа два продолжались дебаты между собственником и инвесторами, но никто не хотел уступать.
– Это какая-то дичь! – встала часа в четыре женщина с усталым лицом. – У вас ничего не готово! Клиенты даже договор не видели!
– Не волнуйтесь! – пытался спасти ситуацию Данил. – Я понимаю, все устали. Договор, конечно, все видели, но просто на седьмом часу буквы расплываются перед глазами. Спокойно! Все под контролем! Обычные юридические шероховатости. Это в общем-то нормальная ситуация – такое бывает при каждой сделке.
– Так, господа, у меня через три часа самолет, – поднялся солидный мужчина в возрасте. – Через полчаса максимум я отсюда ухожу.
– Не беспокойтесь, – улыбнулся Данил. – Скоро все закончится. Вы успеете в аэропорт.
Еще через два часа измученная пара просто встала и пошла к выходу.
– Постойте! – пытался задержать их Данил.
– Если я не выпью сейчас бокал вина, то просто не смогу физически находиться в этом кошмаре, – меланхолично ответила женщина, открывающая дверь.
Еще через час инвестор, у которого был самолет, начал набирать номер аэропорта.
– Я хотел бы сдать билет на рейс 2045, – громко и мрачно сказал он. – Нет, я точно не успею.
– Так, господа, из-за отсутствия вашего Иванова я не вправе завизировать вашу сделку, – вынесла приговор нотариус.
– Мы собрали недостающие деньги и оформим недвижимость на себя. А после, когда Иванов вернется в рабочее состояние, переоформим уже своими силами на него, – быстро разъяснил Данил.
– Ну и сделка у вас, ребята, – нотариус посмотрела на часы. – Но, как говорится, все бывает в первый раз.
– Да что у вас тут за бардак! – воскликнул недовольно мужчина с внешностью военного.
– Простите, у вас не будет валерьянки? – развязывал галстук вспотевший мужчина с нервным лицом.
Наконец уже в ночи на договоре была поставлена последняя подпись.
– За мою двадцатилетнюю практику это была самая сложная сделка, – уставшая нотариус сняла очки и начала тереть воспаленные глаза. – Больше я таких сделок проводить никогда не буду. Учтите на будущее, Николай Петрович.
– Я тоже так продавать не буду, – буркнул уже бывший собственник бизнес-центра.
Когда я наконец добрался до дома, то с большим удовольствием плеснул себе щедрую порцию коньяка. Это был даже не марафон, а какое-то иезуитское испытание на прочность. Прихлебывая коньяк, я разбирал этот кейс по косточкам. Несомненно, мы сделали большое дело и доказали сами себе, что можем оперативно собрать пул инвесторов на такой большой объект.
Но мы допустили и серьезные ошибки. Из них мы сделали важные выводы: на крупные сделки инвесторы должны выходить только по доверенности на нашего представителя, а оплату следует производить исключительно по безналичному расчету. Этой стратегии мы придерживаемся и по сей день.
Заходя в нежилой сектор и планируя классифицировать наши новые объекты как трех- и четрырехзвездочные, мы стали думать о новом бренде. Ведь «Гости любят» – это мини-отели в бывших коммуналках. Теперь же выход на более высокий уровень требовал и новой упаковки нашего продукта.
К решению этого вопроса я привлек горячо мной любимое брендинговое агентство «Звезда».
Ребята сделали нам новую концепцию. В ее основу легла мысль о том, что нынешняя жизнь предполагает совмещение места работы и отдыха без потери комфорта. Потому наши апарт-отели – это совокупность удобного проживания, удачной локации и возможности работать, имея под рукой всю необходимую инфраструктуру, включая рабочее место, кухню и клиентоориентированный сервис. При этом стоимость такого варианта доступна для большинства клиентов.
То есть во главу угла мы ставили многофункциональность, практичность, экономичность и качество жизни. Так возникла наша новая сеть Port Comfort.
После такой тяжелой сделки я взял под мышку Тимофея, и мы рванули в Хорватию, которая вошла в мой личный топ самых красивых стран Европы. Я не мог налюбоваться местными пейзажами, где огромные сосны стоят прямо у моря! Там я впервые попробовал трюфели, причем в разных видах и во всевозможных вариантах приготовления. Это очень вкусно! В Хорватии я объедался не только деликатесными грибами, но и свежайшими устрицами. Так что если рай для гурманов существует, то он, вероятно, находится именно в этой стране.
Но самые незабываемые впечатления в ту поездку я получил от Венеции, куда мы с сыном двинули с Балкан, взяв напрокат машину. Ехать было всего 300 километров, что по нашим российским меркам – сущий пустяк. Так что в семь утра мы стартовали на бюджетном Renault Clio в Италию, предварительно заехав на заправку, где я залил полный бак бензина. По дороге двигатель начал немного барахлить, но я не придавал этому значения: глупо ждать от такой дешевой машины уровня моего Porsche.
Добравшись до Венеции, мы бросили машину на подземном паркинге в материковой части города и отправились к каналам и Дворцу дожей на электричке. Наслаждались мы с Тимофеем феерическим городом до вечера, и в тот день я не раз ловил себя на мысли, что казавшаяся мне до того расхожей фраза о том, что «Питер – это Северная Венеция» все же имеет под собой реальное основание.
Вечером мы вернулись на паркинг, решив ночевать уже в Хорватии. Спустившись на минус второй этаж, сели в Renault, и я стал заводить автомобиль. А в ответ – тишина. После нескольких бесплодных попыток я начал думать, что же могло произойти с машиной, у которой всего 15 тысяч пробега. Меня поразила единственная мысль, которая пришла
