вонзились прямо в мужское сердце.
Вигго рванул на себя дверь — как раз в тот самый момент, когда Хальвард (а это был он) сдвинул засов.
Через мгновение последний покачнулся и едва устоял на ногах — и непонятно что именно стало тому причиной — мощный рывок Вигго, или то, что он застал своего воина в покоях Анны.
— Господин! — испуганно выдохнул Хальвард.
— Что ты тут делаешь? Вы здесь только вдвоем? — Вигго, заставив воина попятиться, шагнул в покои и остановился, заметив Анну.
Только Анну. Элизабет здесь не было.
Няня, отложив в сторону шитье, выразительно посмотрела на него.
В её глазах не было ни смущения, ни даже намека на него. Нянюшка выглядела абсолютно спокойной.
И куда подевался её веселый смех?
— Я зашел, чтобы занести Анне яблок, — переминаясь с ноги на ногу, попытался оправдаться Хальвард.
Вигго заметил стоящую в углу корзину с яблоками. Наливные, красные — все как на подбор идеально гладкие, они так и просились в рот.
Вот только сейчас совсем было не до них!
Вигго указал взглядом на дверь, и Хальвард, верно расценив приказ, молча вышел в коридор.
Правда, на прощание, тот бросил взгляд Анне, но она уже не смотрела на него. Увы, теперь всё её внимание было приковано к незваному гостю.
— Где Элизабет? — чувствуя, что он теряет терпение, холодно вопросил Вигго.
— Разве в столь позднее время она не должна быть в своей спальне? — Анна поднялась и взгляд её переменился — теперь в нем читалась тревога.
Вигго поджал губы и шумно вздохнул.
— Бог мой! — Анна вытаращила глаза и теперь посмотрела на него с укором.
— Элизабет нет в спальне, и вы не знаете где она? — наступая на Вигго, произнесла няня.
— Именно так, — нехотя согласился Вигго.
— Это всё вы виноваты! — гневно заявила Анна.
Вигго нахмурился и непонимающе глянул на женщину. Та уже набрасывала на плечи шаль.
Первое желание Вигго было ответить Анне резко, грубо, в общем, показать ей кто здесь хозяин.
Но он понимал — сделай так, то вряд ли добьется от няни подсказки — где ему искать жену.
— И в чем же заключается моя вина? — не спросил — прорычал Вигго.
Вежливо спросить не получилось.
Все же, внутренний зверь уже просился наружу.
Оно и понятно — ему даже думать не хотелось, что на нем есть вина в том, что его жена куда-то подевалась!
Вигго переживал за Элизабет, но пока еще сдерживал свои переживания.
— И вы еще спрашиваете? — Анна осуждающе глянула на Вигго. — Вам нужно было хорошенько приглядывать за моей девочкой! А что сделали вы?! Бросили её, занялись делами, а она, бедняжечка моя, всё ждала, ждала от вас внимания! Оправдывала вас перед слугами, заступалась! И что получила взамен?
Опять обвинения, посыпались, как из рога изобилия!
Вигго сжал челюсти. В ответ мышцы на его лице довольно болезненно заныли.
Что за проклятие? Не на такой отдых он рассчитывал!
Вигго нарочито медленно, надеясь, что это немного успокоит его, вздохнул, и, наконец, произнес:
— Об этом поговорим позже, няня! Скажи мне лучше — где может быть моя жена? В замке сотня комнат! Где скорее всего могла оказаться Элизабет?!
Анна поджала губы, отчего они превратились в тонкую линию. Несколько мгновений женщина буравила взглядом своего господина, и тот уже засомневался, что получит от неё ответ, а затем, наконец, произнесла:
— Знаю я одно местечко.
Облегченный выдох сорвался с губ Вигго.
— И вам бы, как мужу, подавно нужно было знать! — осуждающе тоном заявила Анна.
— Женщина, — звенящим от сдерживаемой злости голосом, начал Вигго, — не испытывай моего терпения! Если ты действительно любишь свою госпожу — немедленно сообщи мне, где она может быть!
— Идемте, — немного подобрев, прошептала Анна.
ГЛАВА ПЯТИДЕСЯТАЯ
— Вот она. Спит как ангелочек! — ласково протянула Анна, когда они приоткрыли дверь в кабинет, выполнявший еще одну функцию — библиотеки.
Все пространство комнаты утопало в полутьме, мягко рассеиваемой сиянием луны.
Вигго устремил взор вдаль — там, положив голову на стол, спала его жена.
Лунный свет падал её на лицо, придавая ему сказочные очертания — делая кожу почти прозрачной, а губы, нос и веки будто вылепленными из мрамора.
Волосы Элизабет, перекинутые через плечо, словно шелковый плащ, укрывали её.
Она действительно выглядела как ангел, а может, как фея…
Вигго понять не мог. Мысли путались в его голове.
И всё из-за нахлынувших чувств.
Облегчение, радость и что-то щемящее, уже знакомое ему, заполняли крепкую мужскую грудь.
Чувства эти были приятными — теперь особенно, учитывая то, что совсем недавно пережил молодой муж.
Вигго, беспокоясь о том, чтобы не потерять их, осторожничал и старался не делать слишком глубокий вздох.
— Умаялась бедняжечка моя, — зашептала Анна, — и не мудрено — столько дел переделала. Столько переживала.
Она метнула в сторону Вигго взгляд.
Тот, заметив это, прошептал:
— Благодарю за помощь. Ты можешь идти.
— И не подумаю! Вдруг вы обидите её! — всем своим видом показывая, что она готова броситься на защиту своей госпожи, заявила Анна.
Учитывая то, что настроение Вигго заметно улучшилось, он не стал отчитывать женщину.
Он понимал — та делала и говорила — из любви к Элизабет.
— Анна, будь спокойна. Обещаю — я не обижу свою жену. У меня и в мыслях такого не было.
Анна с недоверием глядела на него, и тогда Вигго пришлось добавить:
— Даю слово.
Взгляд няни смягчился, а на лице расцвела улыбка.
Ни слова не говоря, женщина попятилась назад и исчезла в полутьме коридора.
Вигго осторожно прошел в комнату и закрыл за собой дверь.
Взор его вернулся к Элизабет.
Бог мой!
Как же она прекрасна!
И как счастлив он, Вигго, был видеть её сейчас.
Живой, здоровой. В библиотеке.
Хоть он и старался не думать, но ревность делала свое дело, и потому видеть Элизабет здесь, обнимающую стол, а не чужого мужчину, стало для Вигго почти исцеляющей картиной.
Некоторое время он просто стоял, впитывая в себя этот образ, наслаждаясь ощущениями, а затем, не выдержав, мягко коснулся плеча жены.
Она не откликнулась — судя по всему, сон её был удивительно крепок.
Тогда Вигго наклонился, чтобы подхватить Элизабет на руки и отнести в спальню. Осторожно обхватив её, он замер, пораженный очередной порцией ярких чувств.
Его повело от тепла и мягкости её тела.
А еще этот нежный аромат цветов, смешанный с запахом кожи…
Всё это дурманило, кружило голову и пробуждало желание, которое он, Вигго, целую неделю умело сдерживал в узде.
Пытаясь успокоиться,
