отстранился.
Так же внезапно, как набросился. Отпустил меня, отступил на шаг, тяжело дыша. Его глаза горели, грудь вздымалась, губы были припухшими от поцелуев. И в этом хаосе страсти я вдруг увидела... ужас. Самый настоящий ужас.
— Нет, — выдохнул он, пятясь к двери. — Нет, Мерил. Так нельзя.— Что? — я все еще висела на стене, не в силах выпрямиться. Ноги не держали. — Почему?
— Потому что, нельзя — его голос дрожал. — Потому что если я начну, я не смогу остановиться. Потому что ты мой агент, черт возьми! Потому что я должен тебя защищать, а не трахать у стены в первый же час!
— А если я хочу, чтобы…? — выпалила я. — Если мне плевать на контракт и на защиту?— Я сказал, нет! — рявкнул он.
Мы смотрели друг на друга. Я, все еще прижатая к стене, с бешено колотящимся сердцем и гудящими от желания губами. Он, в двух шагах, с побелевшим лицом и трясущимися, от возбуждения, руками.
— Мерил, — сказал он тише, проведя ладонью по лицу. — Ты не понимаешь. — Но…— Нет, — отрезал он. — Сначала дело. Сначала операция.
Он развернулся и направился к выходу.— Джон! — окликнула я.Он остановился, не оборачиваясь.
— Ты сказал, что жил здесь месяц. Что следил за мной. Ты хотел этого…
Повисла тишина.— С первого взгляда, — ответил он тихо. — В тот вечер, когда ты пришла в бар к Бригитте в первый раз. Ты смеялась, запрокинув голову, и пила вино. Я понял, что пропал. И понял, что это проблема. Потому что такие, как я, не для таких, как ты.
Дверь открылась. А я стояла, пытаясь понять. Моня только что оскорбили? Этот дракон решил, что я ему не подхожу?!
— Документы на столе. Легенда и первое задание завтра утром. Я зайду в восемь.Дверь закрылась.
Я сползла по стене на пол, обхватила колени руками и попыталась отдышаться. Губы горели. Шея горела. Все тело горело.— Черт, — выдохнула я. — Черт, черт, черт.
Я провела пальцами по губам, все еще чувствуя его вкус. Вкус дракона. — И что мне теперь с этим делать? — спросила я пустую комнату.
Но комната молчала.Я поднялась, доковыляла до окна и выглянула во двор.
Я смотрела в окно, и в голове крутилась только одна мысль:— С первого взгляда, значит. Месяц назад. А я и не заметила.Я улыбнулась. Скверно, злорадно и победно.
Игра только начиналась. И теперь я знала, что он тоже в нее играет. Просто правила пока не определили.Я отошла от окна, скинула туфли и побрела в ванную. Горячая вода, мыло и чистое полотенце ждали. Маленькие радости свободы.
Стоя под душем, я смывала с себя запах камеры, запах вчерашнего вечера, запах его поцелуев. Но вкус оставался. Где-то глубоко внутри, на языке, в памяти.— Ладно, дракон, — прошептала я, закрывая глаза. — Посмотрим, кто кого.
Вода стекала по лицу, смывая остатки возбуждения.Я знала только одно: моя жизнь только что перевернулась. И этот темноволосый дракон с его проклятым самоконтролем был теперь в центре всего. Я его заполучу.
Я выключила воду, завернулась в полотенце и вышла в комнату. На столе действительно лежали документы. Новое имя, новая легенда, новая жизнь.Я взяла папку, но мысли были далеко.
За стеной, в соседней квартире, сейчас сидел мужчина, который целовал меня так… жарко. Я подошла к стене, приложила к ней ладонь. Теплая. Совсем, как его тело.
— Спокойной ночи, сосед, — прошептала я.И пошла спать. Удивительно, но я уснула почти сразу. Без снов, без кошмаров. Просто провалилась в темноту, как в омут.
А утром меня разбудил стук в дверь.— Вставай, — раздалось из коридора. — Выходим через час.Голос Джона. Холодный, официальный, будто вчерашнего не было.Я улыбнулась в подушку.— Иду, дракон, — прошептала я. — Бегу.
Глава 6 "Замуж? Я подумаю"
Я натянула вчерашнее платье, другого у меня все равно не было, и кое-как привела себя в порядок перед треснувшим зеркалом в прихожей. Синяки под глазами замаскировать нечем, губы все еще чуть припухшие после вчерашнего, и эта дурацкая улыбка, которая никак не желала сходить с лица.— Прекрати лыбиться, — приказала я своему отражению. — Ты агент на задании, а не влюбленная дурочка. Ты лучшая!
Отражение послушно сделало серьезное лицо. На целых три секунды. А потом снова расплылось в улыбке.— Черт.Стук повторился — настойчивее, громче.
— Иду я, иду!Я распахнула дверь и чуть не столкнулась с Джоном нос к носу. Он стоял на пороге, свежий, выбритый, в идеально отглаженном мундире, с неизменной чашкой кофе в руке. И смотрел на меня так, будто вчера ничего не произошло.
— Доброе утро, — сказал он ровно. — Выглядишь... сносно.— А ты выглядишь так, будто спал всю ночь как младенец, — я отступила, впуская его. — Мне бы твою совесть.
— Совесть у меня чиста, — он прошел в комнату и поставил вторую чашку кофе на журнальный столик. — Пей. В участок сегодня не поедем, нам нужно готовится.— А куда?— В магазин.
Я подозрительно прищурилась.— В какой магазин?— В плательный, — усмехнулся он, отвернувшись к окну, делая вид, что рассматривает двор. — Тебе нужно платье.
— Платье? — я схватила чашку и сделала глоток. Кофе был обжигающим, крепким, идеальным. — То есть ты хочешь сказать, что мне, как настоящему агенту, полагается шоппинг за казенный счет?
— Полагается рабочая экипировка, — поправил он, не оборачиваясь. — Не обольщайся.— Я никогда не обольщаюсь, — я допила кофе в два глотка и поставила чашку. — Я просто радуюсь маленьким прелестям жизни. Например, возможности потратить твои деньги.
— Государственные деньги, — поправил он.— Твои, государственные... какая разница, — я схватила свою старенькую накидку и направилась к двери. — Главное, что они не мои. Веди, дракон.
Магазин оказался в центре города, на улице, где я раньше бывала только в качестве зрителя, разглядывающего витрины снаружи. «Мадам Изабель. Высокая мода для высокородных дам» — гласила золотая вывеска над входом. За стеклом красовались манекены в таких платьях, что у меня перехватило дыхание.
— Ты серьезно? — я уставилась на Джона. — Сюда? Я?— А что не так?— А то, что здесь платья стоят как мой годовой доход. Бывший годовой доход, — поправилась я.
— Поэтому мы здесь, — он открыл дверь и жестом пригласил войти. — Тебе нужно выглядеть убедительно. Граф де Вейл не клюнет на девушку в дешевом тряпье. Нужно готовится к маскараду.
Внутри пахло духами, дорогой и тканью. Мне сразу стало неловко. Не должен никто, на меня, такую… столько денег. Пол был выложен мрамором, люстры сияли хрусталем, а по залу плавно скользили продавщицы в строгих черных платьях, похожие на породистых кобылок.
К
