джинс.
— Да нет, не пустяки вовсе. Если бы не ты, то я даже не знаю, где бы я сейчас оказалась. Может по весне грибники наткнулись на мой оттаявший труп. — господи, Смирнова. Ну что ты несёшь?
— Глупости не говори. — заулыбался Морозов. — Всё бы было хорошо. А вообще тебе спасибо, Катя. Спасибо, что наткнулась именно на мой дом и разделила со мной этот праздник.
И почему я такая… такая идиотка. Ну же, Смирнова. Ответь. Скажи ему, что ты была рада его компании в новогоднюю ночь. Что такого праздника у тебя давно не было. Не стой бревном. Позови в гости. Всё, что угодно. Чай, кофе. Только не отпускай этого мужика. Тебе же он нравится.
Но видимо именно по причине моей быстро возникшей симпатии, я сделала всё с точностью наоборот.
— Мне пора, Арсений. Ещё раз с Новым годом. — вставила я ключ в замочную скважину, давая сигнал о своей позорной капитуляции.
— С новым годом, Катя. — услышала я в ответ, и уже когда металлические створки лифта закрылись, пряча за собой крепкую мужскую фигуру и пронзительный серый взгляд, я зашла домой.
Припала спиной к двери и закрыла глаза.
— Дура… — прошептала я сама себе.
А потом ещё раз, и ещё, потом снова. Ведь иной характеристики для себя не нашла. Ведь как иначе называть себя, если имея огромное желание броситься вслед за ушедшем мужчиной, продолжала стоять каменным изваянием?
В итоге долго так простояла. Но дело было не только в моих сомнениях. Признаться, надеялась, что Арсений сам вернётся и постучит в мою дверь. Но он не вернулся.
С каким-то горьким осадком и осознанием прошла в комнату. Сил совершенно не было. Настроения тоже. Разделась и легла в кровать. Укрылась одеялом в надежде, что оно укроет не только моё тело, но и терзающие душу мысли. Но постельная тряпка из синтетического волокна не захотела мне в этом помочь. В голове раз за разом я прокручивала вчерашнее знакомство с Морозовым. Раз за разом испытывала всю гамму эмоций. Стыд, неловкость, радость, и… желание.
При воспоминании нашей близости тело тут же обдало жаром. Память с какой-то точной мелочностью стало прокручивать откровенный сюжет. Для полного эффекта глаза прикрыла. Вот руки его, такие грубые и сильные внешне, оказались на деле очень нежными. Они дарили запредельные ощущения, касаясь моего тела. Жёсткие губы ласкают всю меня. Его комплименты и пошлые слова, произнесённые тягучим от желания шёпотом, покрывают мурашками всё тело. Запах его насыщенный и терпкий заполняет до отказа лёгкие.
В своих таких живых воспоминаниях настолько погрязла, что не заметила, как моя ладонь скрылась под лёгким кружевом. Пальцы стали утопать во влаге, растирая по изнывающим складкам желание.
— Чёёёрт… — простонала я, представляя, как вместо моих рук меня снова касается умелый язык Арсения.
Естественно фантазия никак не могла сравниться с реальностью. Ещё слишком была свежа память, как Морозов доводил меня до пика своим ртом. Но тем не менее, разрядка всё же наступила, после чего моё уставшее сознание погрузилось в сон.
Открыв глаза, оказалась в лёгком сумраке. Наверно уже вечер. Спустя пару минут, всё же встала. Накинула на себя халат. С прискорбием отметила, что от некогда удобной вещи исходит один лишь дискомфорт. Да уж. Это вам не мягкий объёмный свитер.
Прошла на кухню. Достала из загажника бутылку шампанского. Новый год всё же. Через пару минут моих стараний коварная пробка всё же вылетела со свистом, ну а в бокале шипели игривые пузырьки.
Сделала глоток, пожелав себе в новом году безграничного счастья. Обычно желания я исправно писала на бумажке, а потом поджигала под бой курантов. Но этот год стал исключением. На этот раз новогоднюю ночь я встретила в откровенной позе и пошлых стонах. А ведь говорят, что как встретишь Новый год, так его и проведёшь. Да я и не против, если честно. Только вот первоклассный секс с брутальным мужиком был единоразовой акцией.
Через пару бокалов пузыри ударили в голову, напоминая, что надо обзвонить близких и поздравить их. Точно, надо телефон хоть взять. Совсем забыла про него.
Из сумки достала забытый гаджет. Тяжело вздохнув, провела пальцем по экрану. Снова выключен, хотя точно помню, что заряжала его в гостях у Морозова. Нажав кнопку запуска, всё же оживила мобильник. Комнату сразу же заполнили звуки входящих сообщений. Праздничные открытки, многочисленные поздравления от родни и коллег, спамы электронной почты. Всем ответила, всем перезвонила. Среди всех уведомлений выцепила ещё одного абонента. «Любимый». Звонил несколько раз.
— Господи, Эдик. — простонала я, а потом ко мне вдруг пришло осознание.
Я ведь совершенно забыла о нём. Да. Последние несколько часов мои мысли были заняты не моим парнем, с которым я встречалась два года и с которым были связаны все мои планы на будущее, а мужчиной, который так случайно появился в моей жизни, а потом через несколько часов исчез из неё.
Только вот, что самое интересное. Исчез Морозов из моей жизни. А вот в моих мыслях и душе он там поселился наверно надолго.
Глава 12. Арсений
Ну и влип ты по ходу, Морозов, по самые свои драгоценные фаберже. Иначе как объяснить то, что второй день тебя не отпускают мысли о Екатерине Смирновой. Девушке, которая так внезапно вторглась в твоё гордое одиночество. И вот именно после знакомства с ней это одиночество не кажется уж таким гордым.
И как у неё получилось так? За несколько часов буквально всё моё сознание поработила. Может таким уловкам их в «GreenChina» обучают? Сам себе, конечно, удивляюсь. Но очевидное отрицать глупо. И если днём хоть как-то мог отвлечься, то вечером вчера, ложась спать, вообще чуть волком не завыл, вспоминая обнажённое женское тело, которое дрожало и стонало от моих ласк. Не помню такой вот реакции вообще хоть на какую-либо мадам. И было ведь их немало. Но почему-то именно с ней так остро захотел продолжения и… повторения. И я очень рассчитывал на это, когда провожал её вчера до двери. Так надеялся, что на чай меня позовёт. Да я бы вот реально даже бы просто чаю обрадовался. Но нет. Девчонка ясно дала понять, что в моём обществе не нуждается. В общем ушёл ни с чем.
После того, как потерпел сокрушительное фиаско, отправился домой. Были мысли снова уехать загород, но решил в квартире остаться. Там в глухом лесу, если не волки, то мысли мои меня совсем ведь сожрут. А здесь хоть какая-то
