волос, я дернулась.
— Тише, девочка! Я доставлю тебе удовольствие! — прошептал, почти касаясь губами моих губ. Договорив, тут же набросился на них. Всем своим внушительным телом он вдавил меня в кафельную стенку и углубил поцелуй, пальцами же, проникнув под ткань намокших трусиков, он нащупал бугорок и начал его массировать большим пальцем. Рефлекторно я сжалась.
— Нет! Расслабься! — прошептал горячо.
Пока его пальцы массировали клитор, другой рукой он содрал с меня, разрывая, сарафан.
Марк замер на мгновение:
— Какая ты охуенная, Маша! — я стояла перед ним голая.
Его рука снова нашла пульсирующее место между моих ног, а его два пальца нырнули в мою дырочку.
— Ах! — сорвалось с губ.
— Да, птичка моя! Кричи.
Марк накрыл мой затвердевший сосок губами. По моему телу пробежала волна удовольствия. Стон сорвался с моих губ. Марк переключился на другой сосок. У меня было ощущение, что я потерялась во времени.
— Узкая девочка… — его губы были неумолимы.
Я как заведенная начала сама насаживаться на его пальцы.
— Давай, кончай, птичка моя!
Что-то внутри сжалось, а потом я кончила, уткнувшись в его влажную грудь.
— Молодец! А теперь дай мне кончить!
Развернул меня к себе спиной, прошелся широкой ладонью по моей спине и надавил на нее, чтобы я прогнулась. Потом я услышала звук разрывающейся упаковки. Ой, кажется, он меня сейчас насаживать будет!
— Марк… Я не…
— Тише, Машенька! — он коснулся горячей головкой входа во влагалище, задержался на несколько мгновений, водя членом по набухшим половым губам.
— Марк! — испуганно сказала, — ты должен кое-что знать, у меня еще не было муж…
Я не успела договорить. Одним резким движением он вошел в меня. Боль растеклась по всему телу, а из глаз хлынули слезы.
— Блять! Какая ты узкая! — он начал вдалбливаться все глубже, а я — реветь. Марк на секунду замер, а потом вытащил свой член.
— Охуеть! У тебя месячные? — развернул меня к себе. Потом сообразил:
— Ты девственница?!
Надо было видеть в этот момент его лицо!
— Маша! — повторил громче. — Почему не сказала?
— Я пыталась, ты меня не слышал.
Крепкие руки прижали меня к груди.
— Тише… — уткнулся в мою макушку. — Все, прекращай наматывать сопли на кулак. Сильно болит? — заглянул мне в глаза.
— Немного.
Погладил по щеке:
— Красавица моя! Я рад, что у тебя первый!
Наклонился и взял в плен мои губы. Поцелуй был другой: нежный, томный. У меня снова все между ног засаднило, напоминая, что мы еще не закончили.
— Я готова! — посмотрела в его глаза.
— Буду нежен.
Подхватил меня за ягодицы, уперся головкой в мою киску, а я инстинктивно сжалась, ожидая новой волны боли.
— Расслабься! — Марк медленно в меня входил, растягивая мои стеночки, боли я не почувствовала. — Сейчас я войду до конца…
— Разве ты еще не полностью там?
Он улыбнулся:
— Нет, Пташечка! Я не такой маленький.
Еще несколько толчков — и Марк остановился, посмотрел в мои глаза.
— Больно?
— Жжет немного…
Потом он начал двигаться — сначала медленно, потом все более и более ускоряясь. Я снова почувствовала возбуждение, и, наконец, оргазм накрыл меня с новой силой.
— Черт, Пташечка! Как же мне в тебе хорошо! Узкая, сладкая! — хрипел в мою шею и слегка ее прикусывал. А потом я почувствовала, как Марк дернулся несколько раз и его толчки прекратились.
— Блять! Хочу тебя снова!
Он выставил меня из кабинки: приподнял за талию и поставил на кафельный пол. Сам вышел следом. Я не сводила с него глаз. Зачарованно наблюдала за тем, как он медленно стягивал презерватив с члена, потом завязал его и кинул в урну.
— Теперь будем трахаться без него! — голос Марка вернул к действительности.
— Без него? — посмотрела на мужчину.
— Да! — улыбнулся, поцеловал меня в губы. — Ты же не думаешь, что я остановлюсь на одном разе? Я хочу тебя попробовать во всех позах!
— Я не конфетка, чтобы меня пробовать постоянно! — как он может так говорить?!
— Конфетка! И только моя! — провел по моей щеке костяшками пальцев. — Еду в номер закажу. Есть предпочтения?
— Все равно! — я обхватила себя за плечи.
Что я натворила?
Глава 14
Марк
После гостиницы поехал к нотариусу, который готовилквартиру к продаже. Документы все липовые оказались. Мои ребята у него такой шмон навели, что бедолагу Вениамина и пытать не стали — сам все рассказал как на духу. С Аллой, как я и думал, он в отношениях состоит. Это она его уговорила провернуть дельце. Триста штук обещала с продажи отдать. И документы у него оказались на Машкину хату, где указано, что та — единственная владелица жилплощади. И прописана она там одна. Это я и так знал, но подтверждение хотел услышать.
После посещения нотариуса отправился снова на квартиру.
У подъезда все те же «агенты» сидели, в цветных платочках. Напротив — пара мужиков. Одного из них я узнал. Папаша Машкин.
— Здравствуйте! — «агенты» оперативно со мной поздоровались.
— И вам не хворать.
— Ох, а Маша где? Ее отца снова выгнали из квартиры. Посмотрите, — одна из бабок указала на лавку, где расположился отец моей птички.
— Такой мужик был! Что они с ним сделали… батюшки, — качали «агенты» головами.
Подошел к Роману. Пнул его ботинком по ноге.
— Рома! Вставай! Хату будем твою отвоевывать.
Мужик приоткрыл глаза.
— Ты кто такой? — он и лыком не вязал.
— Как «кто»? — уже старая гвардия вписалась. — Зять твой, Рома! Посмотри, какого мужчину твоя Машенька нашла! Умничка! Кстати, после вашего ухода Алка слесаря пригласила, он замки поменял.
Значит, добровольно не захотели. Что ж… Так даже интересней.
— Кто его спаивает? — повернулся.
— Так Алка и доча ее, Сусанна. Они после смерти Светочки почти сразу и заселились в квартиру к Ромке. А Машеньку к бабке отправили.
Взял Рому за шкирку. Втолкнул его в подъезд. А потом отвесил оплеуху. Мужик почти сразу в себя пришел.
— Ты кто?
— Твой личный бес! Шагай! Крыс будем выкуривать.
Поднялись на этаж.
— Звони!
— Они меня не впустят, — мужик нажал на звонок.
– Кто?
— Алка, впусти!
— Проваливай! А то сейчас в ментовку позвоню, они быстро тебя оприходуют!
— Тут я не один. Со мной… — посмотрел на меня, — жених Машкин! За дверью воцарилась гробовая тишина.
— Открыла дверь! — тут уже я рявкнул.
Блять! Еще я с бабами не воевал!
— Еще чего, — послышалась из-за двери.
Ну, сука! Сама напросилась! Достал ствол. Отец Машин, кажется, сразу протрезвел.
— Считаю до трех! Если дверь не откроешь, войду сам!
— Я полицию вызову!
— Вперед и с песней! Только есть одно «но»… Вы в этой
