он. — Но мне с вами хорошо.
Я обнял его за плечи. Мы сидели молча. На лавочке, под редким солнцем, которое всё-таки пробилось сквозь мартовское небо.
И это было… спокойно.
Я знал, что путь ещё долгий. Что мы только в начале.
Но если у детей получается — хоть немного — значит, есть шанс. Есть дорога.
И есть дом, к которому можно прийти.
Алена
Я никогда бы не подумала, что скажу это, но встречи с сыновьями Вадима больше не причиняют мне той боли, которую я ожидала почувствовать. Наоборот, что-то внутри меня медленно оттаивало, как будто за долгую зиму наконец-то выглянуло солнце.
Мальчишки были его точными копиями. Даже не внешне — хотя Кирилл был похож на Вадима настолько, что у меня сердце щемило каждый раз, когда он хмурил брови. Но даже не это главное. Главное было в мелочах: в движениях, интонациях, в том, как Митя дерзко отвечал и упорно стоял на своём, а Саша… Саша был словно крохотной копией Вадима — добрый, светлый, открытый мальчишка, которого ещё не успела потрепать жизнь.
И что самое удивительное — я совершенно не видела в них ничего от Оксаны. Ни в лицах, ни в жестах, ни даже в улыбках. И именно поэтому мне было легче, чем я могла себе представить. Я видела не сыновей чужой женщины. Я видела детей Вадима. Просто детей, которых жизнь потрепала не меньше, чем моих собственных.
С нашей первой встречи прошло три недели. Мы виделись ещё пару раз. Гуляли в парке, смеялись над каким-то глупым фильмом, ели мороженое на лавке. Я всё это время держалась немного в стороне, не подпуская никого слишком близко. Просто смотрела на детей, на него, и чувствовала, как медленно-медленно заживает то, что я давно считала навсегда сломанным.
Сегодня Вадим пригласил меня на ужин. Только меня, без детей, без какого-то повода.
— Давай просто встретимся, — сказал он, когда мы случайно пересеклись на детской площадке. — Без обязательств, без каких-то обещаний. Просто рядом. Помнишь, как раньше?
Я молча кивнула.
Но когда пришло время собираться, я будто забыла, как это — идти на свидание с человеком, который разбил тебе сердце. Я нервничала так, будто впервые собиралась на встречу с ним. Перед зеркалом стояла женщина, которую я с трудом узнавала: более жёсткая, более сильная, более уставшая. И всё-таки это была я — Алёна, которая пережила слишком много.
Вадим ждал меня у входа в ресторан. Стоял, чуть волнуясь, с растрёпанными волосами, в классической белой рубашке, в которой выглядел так знакомо, так родно, что я почувствовала, как сердце вдруг ускорилось, словно я снова была девчонкой.
Он открыл дверь, не говоря ни слова, просто посмотрел на меня тем самым взглядом, от которого в груди всегда сжималось, а потом внутри разливалось тепло. Я невольно улыбнулась.
Мы сели за столик у окна. Он заказал себе чай, я — воду с лимоном. Пауза была такой долгой, что я начала рассматривать его лицо, находя новые морщинки, которых не помнила, новые тени под глазами. Он выглядел другим. Тише, спокойнее, уставшим, но… настоящим.
— Ты хорошо выглядишь, — наконец нарушил он тишину.
— Спасибо, — ответила я, чувствуя, как в горле стоит комок.
Он чуть усмехнулся:
— Если честно, до последнего думал, что ты не придёшь.
— Я сама думала, что не приду, — призналась я. — Но… мне захотелось.
— Просто быть рядом? — тихо уточнил он.
— Просто быть, — подтвердила я, глядя в бокал.
Он не пытался касаться меня, даже руки держал на столе так, будто боялся шевельнуться. Просто сидел и смотрел, словно впитывая каждое моё движение, каждый вздох.
— Знаешь, — сказала я, рисуя пальцем узоры на поверхности стола, — мне иногда кажется, что я схожу с ума. Я так долго злилась на тебя. Ненавидела, проклинала… а теперь просто сижу здесь, напротив тебя, и не знаю, что я чувствую.
Он помолчал, потом тихо сказал:
— А тебе и не надо знать прямо сейчас. Мы оба учимся заново, каждый по-своему.
Я горько усмехнулась:
— Только раньше мы учились любить. А теперь учимся прощать.
Вадим отвернулся, будто я попала в самое сердце.
— Ты изменился, Вадим, — сказала я чуть мягче.
Он снова посмотрел на меня, и его взгляд был глубоким, почти болезненным.
— А ты стала сильнее, Алёна. Но внутри, где-то глубоко, ты всё та же… моя.
Его слова прозвучали так просто и честно, что у меня перехватило дыхание. Я вдруг поняла, что больше не могу притворяться, что ничего не чувствую. В груди бушевал пожар, и я не знала, хочу ли снова поддаться этим чувствам, или же хочу просто уйти и навсегда забыть.
Но одно я знала точно: я больше не могла отрицать, что что-то между нами всё ещё есть. Даже спустя все эти годы. Даже после всего того, что произошло.
Глава 12
Прошло уже три месяца с тех пор, как Вадим снова появился в моей жизни. Три месяца, за которые мы успели уже не раз сходить на свидания. И каждый раз я убеждала себя, что просто пытаюсь понять его, разобраться в том, что происходит. Но каждый раз это было ложью.
Я просто хотела быть рядом с ним. И каждый раз, возвращаясь домой после этих встреч, я задавала себе один и тот же вопрос: почему я до сих пор не могу принять его обратно? Что меня держит?
Сегодня снова было одно из таких свиданий. Мы сидели в уютном кафе в центре города, пили кофе, и я чувствовала, как на меня накатывает тепло от его взгляда. Он смотрел так, будто снова боялся потерять меня.
— О чём думаешь? — спросил он осторожно, касаясь пальцами моей руки на столе.
— О том, почему это всё так сложно, — ответила я тихо.
Он замолчал, глядя в окно. А потом повернулся ко мне.
— Я тоже каждый день спрашиваю себя об этом, — его голос звучал глухо. — Но знаешь, когда я вижу тебя, когда ты рядом… я верю, что всё получится.
Я смотрела на него, и сердце снова защемило. Я хотела верить ему, хотела принять его, но страх внутри был сильнее меня.
— Вадим, я уже почти приняла тебя обратно, — сказала я тихо. — Но что-то… не даёт мне покоя. Я всё время жду подвоха. Я всё время жду, что ты снова уйдёшь.
Он вздохнул, отвёл глаза и вдруг взял мою руку, крепко сжимая её в своей ладони.
— Я понимаю тебя, — его голос был низким, глубоким. — Ты
