минут.
— Мне нужно принести последний десерт. Подождешь здесь?
Он кивнул. Я побежала к своей палатке, схватила коробку с шоколадным яйцом. Руки дрожали, но не от холода, а от волнения. Я протянула коробку.
— Третий десерт.
Он взял, открыл. Внутри лежало темное, блестящее, с золотыми узорами на поверхности яйцо.
— Шоколадное яйцо? — спросил он.
— Откройте.
Он осторожно разломил скорлупу, достал маленький сверток, развернул, и замер. Несколько секунд он просто смотрел на фигурку, держа ее на ладони. Потом поднял глаза на меня.
И улыбнулся.
Не та едва заметная усмешка, что была раньше, а настоящая улыбка, такая теплая, искренняя, которая осветила лицо и стерла годы боли.
— Ты выиграла, — сказал он.
Я выдохнула. Смеялась сквозь слезы, которые вдруг полились по щекам. Он отложил балерину, шагнул вперед и обнял меня.
Его руки были сильными, теплыми, и я прижалась к нему, чувствуя, как внутри что-то оттаивает окончательно. Мы стояли так, не говоря ни слова, и мне казалось, что весь мир исчез, оставив только нас двоих.
— Я выиграла, — прошептала я.
— Очень надеюсь, что мы оба, — ответил Демид.
Глава 13
Демид
Я проснулся раньше нее. Свет пробивался сквозь щель в шторах, и лежал полосой на полу мастерской. Алиса спала рядом, свернувшись калачиком на старом диване, укрытая пледом. Волосы растрепались, одна прядь упала на лицо. Я осторожно убрал ее за ухо.
Мы проговорили всю ночь. Я рассказал ей о Маше, как мы познакомились, как она смеялась над моим занудством, и как учила меня не бояться чувств. Алиса слушала, держа мою руку, и когда я замолкал, рассказывала о себе. О бабушке научившей ее печь, о том, как Макар медленно убивал в ней уверенность, слово за словом, год за годом.
Где-то около трех утра мы заснули, она прижалась ко мне, и я обнял ее, чувствуя, как внутри что-то успокаивается окончательно. Я подошел к столу, где лежал готовый договор. Риелтор прислал вчера. Тем временем Алиса зашевелилась, открыла глаза.
— Доброе утро, — прошептала она.
— Доброе. — Я сел рядом. — Хорошо спала?
— Удивительное дело, в помятой одежде, на чужом диване, но, да, я спала прекрасно, — Она улыбнулась, потянулась. — Что это?
Я протянул ей бумаги.
— Документы на помещение.
— Но я выиграла только вчера, как ты успел…
— Подготовился заранее. — Я пожал плечами. — Видишь, как верил в твою победу!
Она смотрела на меня, и в ее глазах читалось недоумение, неверие, радость. Такой крутой коктейль эмоций, что за душу брало!
— Ты жульничал, — сказала она наконец.
— Немного.
— Немного? — Она покачала головой. — Ты с самого начала собирался отдать мне помещение, да?
— Может быть. — Я взял ее руку. — Но ты все равно выиграла. Заставила меня улыбнуться по-настоящему.
Она наклонилась и поцеловала меня. Нежно, неуверенно и с опаской, я же, рискнув, притянул ее ближе, чувствуя, как внутри все оттаивает окончательно.
Когда мы отстранились, она прижалась лбом к моему.
— Спасибо, — прошептала она. — За все.
— Не за что.
Мы сидели так, молча, а я вдруг подумал о Маше. Что она сказала бы, увидев меня сейчас? Наверное, улыбнулась бы: «Наконец-то, Демид, ты отпустил».
Прости меня, Маш, я любил тебя и ты будешь со мной всегда, в моих воспоминаниях, но пора жить дальше.
Я встал, подошел к комоду. Взял шкатулку с кольцом, открыл верхний ящик и убрал туда. Прошлое на месте, но оно больше не держит меня.
Барон встал, подошел ко мне, я потрепал его за уши.
— Пойдем завтракать? — предложил я. — У меня есть кофе и… ничего больше, честно говоря.
Алиса засмеялась.
— Тогда пойдем в пекарню, я испеку блины.
Глава 14
Макар ворвался в пекарню в четверг утром, когда я замешивала тесто для свадебного торта. Дверь распахнулась с таким грохотом, что я вздрогнула и уронила венчик.
— Ты думала, все так просто? — выкрикнул он, размахивая какими-то бумагами. — Я узнал про сделку. Твой дружок наверху переоформляет помещение на тебя!
Я вытерла руки о фартук, выпрямилась. Сердце колотилось, но я заставила себя говорить ровно.
— Демид законно купил помещение и теперь он имеет право распоряжаться им, как хочет.
— Я признаю сделку недействительной! Ты думаешь, я позволю тебе просто так обскакать меня? Забрать, что мне принадлежит?
— А где здесь что-о твое, МАкар? Ты ведь все ты продал.
— Я расторгну договор! У меня есть адвокат, он…
Дверь снова открылась. Демид вошел вместе с двумя мужчинами, один в костюме с папкой документов, второй постарше, в очках.
— Макар Соболев? — спросил мужчина в очках.
Макар обернулся, замолчал на полуслове.
— Я адвокат Демида Серебрякова, — продолжил мужчина. — А это риелтор, оформивший сделку. Мы можем поговорить спокойно, или вы хотите обсудить это в суде?
Макар посмотрел на Демида, потом на адвоката.
— Вы не имеете права…
— Имеем. — Адвокат открыл папку, достал документы. — Сделка купли-продажи оформлена в соответствии со всеми требованиями законодательства. Вы получили оплату в полном объеме, подписали акт. У вас нет оснований для признания сделки недействительной.
— Я против передачи этого помещения ей! — Макар ткнул пальцем в мою сторону.
— Помещение принадлежит мне, — сказал Демид. Голос его звучал совершенно спокойно. — Я могу распорядиться им, как считаю нужным, включая передачу в собственность кому посчитаю нужным.
Макар открыл рот, но адвокат его опередил.
— Более того, если вы продолжите звонить, настаивать на встречах, а так же угрожать или пытаться сорвать сделку, мы будем вынуждены подать на вас в суд за клевету и попытку мошенничества.
— Мошенничества?
Я смотрела на Макара и видела, как он сжимается, будто тесто, из которого выпустили воздух. Плечи опустились, лицо побелело.
— Я… я просто хотел…
— Уходите, Макар, — сказал Демид. Он шагнул вперед, встал рядом со мной. — И больше не возвращайтесь.
Макар посмотрел на меня, Демида, на адвоката с документами, развернулся и вышел, хлопнув дверью.
Ноги подкосились, и я опустилась на стул.
Демид присел рядом, взял мою руку.
— Все хорошо, он больше не вернется.
— Откуда ты знаешь?
— Потому что у него нет рычагов. Документы в порядке, сделка чистая, он ничего не сможет сделать. Вот, он попытался, вызвонил нас всех, не получил ничего при разговоре, пришелестел сюда. Но это было разово, обещаю. Я не позволю ему тебя донимать.
Адвокат и риэлтор собрали бумаги, попрощались и ушли. Мы остались вдвоем.
Демид сидел рядом, держал мою руку, и в его глазах читалась такая решимость, что хотелось заплакать.
— Спасибо, — прошептала я.
Он наклонился, поцеловал меня в лоб.
— Я же говорил, ты заслуживаешь шанс.
— Знаешь, тесто для свадебного
