так быстро, что сам понял это и замолчал, уставившись на столешницу.
Похоже, он не часто общается на бытовые темы. Я очень захотела его поддержать и сделала вид, что не заметила этой странной смеси вопросов.
— Да, я нашла крахмал, спасибо большое. А насчёт одежды не переживай — скорее всего доберёмся с подругой на такси, всё равно вечером ещё конференция.
— Тогда возьму кофе с собой в кабинет, — сказал он, расслабившись.
Поднявшись с места, он направился к кофейному автомату. Я воспользовалась моментом, чтобы торопливо проглотить несколько ложек салата и допить остывший кофе. Теперь я не нервничала так сильно, ведь Валтер больше не казался мне бездушным роботом.
Впрочем, вопросы к нему остались, особенно в связи с его поведением по отношению к моей подруге. Об этом я определённо не собиралась забывать.
Встав из-за стола и закинув в карман брюк нетронутую шоколадку, я обнаружила, что он терпеливо ожидает меня у выхода из кухни, держа в руках дымящийся стаканчик. Выбросив мусор в урну, мы молча направились обратно к рабочим местам.
Всеми силами я старалась не глазеть на Новака, но тщетно. Он и сам смотрел на меня с необъяснимым интересом. Тут я не удержалась и решила спросить:
— Вам не жарко в перчатках?
Не знаю, зачем я задала именно этот вопрос, но он вырвался раньше, чем я успела это осознать.
— Мы не переносим микробы, — ответил он так быстро, словно заучил эту фразу для всех случаев жизни.
— Всё так просто?
— Всё так просто, — он пожал плечами с деланным безразличием и тут же переключился на другую тему, явно не желая углубляться в подробности.
— Тебе нравятся Салоники? Не считая сегодняшнего дня, здесь довольно солнечно.
— Да, здесь здорово. Я люблю солнце. Думаю, я — человек лета.
— Уверена? — спросил он, хитро улыбнувшись.
Меня слегка удивил этот вопрос.
— Да. А что не так?
— Ты очень бледная. Будто никогда не бываешь на солнце.
Разумное замечание. Я и правда редко бываю на улице.
Минусы удалённой работы. Но меня всё устраивает.
— Ты тоже загаром не отличаешься, — парировала я.
Мой собеседник остановился, преграждая путь.
— А зачем мне загар, — произнёс он с тихой уверенностью, — когда я сам солнце?
Слова прозвучали не как самохвальство, а как некая истина.
Я недоумённо моргнула. До меня не сразу дошло, что это шутка, слишком уж убеждённо он это сказал. К тому же, он действительно был похож на огненное лето.
В конце концов я улыбнулась.
— Ну что ж. Тогда я — Альтаир!
В глазах моего собеседника промелькнула какая-то странная тень. Он покачал головой.
— Нет. Ты не звезда. Звёзды холодны, несмотря на весь свой огонь. Они горят в одиночестве. Ты — планета.
Он сделал шаг ближе, и его голос стал тише. Мои ноздри вновь уловили запах мяты.
— Планеты живые. Они дышат, меняются, на них может зародиться жизнь. К тому же, — он слегка склонил голову, — Альтаир слишком далёк от Солнца. Целых семнадцать световых лет.
Пауза затянулась, а я ловила каждое его слово.
— Ты — Меркурий, — сказал он, внимательно рассматривая моё лицо. — Самая близкая к Солнцу планета. Быстрая, непредсказуемая, и всегда рядом, даже когда кажется, что исчезла.
Он так флиртует или это его обычная манера общения?
Меня бросило в жар, а в груди разлилась тревога.
Что происходит? Мы же просто коллеги, которые только что познакомились!
Но его слова, этот взгляд, сама атмосфера разговора — всё это заходило куда-то не туда, на незнакомую опасную территорию.
Нужно срочно перевести тему. Немедленно.
Я открыла рот, чтобы сказать что-то нейтральное, безопасное, но тут мой взгляд зацепился за одинокую тёмную ресничку, лежащую на его щеке.
Рука двинулась сама собой, словно под гипнозом.
— У тебя здесь ре...
Не успела я дотронуться, как он резко отступил в сторону. Его лицо стало сердитым, улыбка исчезла, словно я попыталась пырнуть его ножом.
— У меня ещё много работы. Рад был пообщаться, — сухо отрезал он и развернулся к входу в кабинет.
Я опешила лишь на мгновение. Его голос стал ледяным, и внутри всё болезненно сжалось. Секунду назад он говорил такие красивые слова, и вот магия рассеялась.
Теперь меня бросило в холод, и я сжала кулаки.
Никогда в жизни я ни перед кем не пасовала, но этот парень...
Даже если у него серьёзная проблема с боязнью микробов, можно ведь быть вежливее!
— Стой! — громко сказала я.
Он резко остановился и посмотрел на меня без единой эмоции.
— Почему вы с братом ведёте себя так грубо?
— Прости, — безразлично ответил он и зашёл в кабинет, оставив меня стоять у двери с быстро колотящимся сердцем.
Два последующих часа тянулись очень медленно. Я постоянно чувствовала на себе взгляд Валтера, что сильно раздражало и отвлекало, поэтому когда, наконец, настало время встречи с руководством, я испытала огромное облегчение.
Конференция и вечеринка проходили в просторном зале. Сцена была подготовлена для выступления спикеров, а в конце зала располагались столы с едой и напитками. Мне искренне нравилась эта особенность компании: умение превратить даже рабочие мероприятия в комфортные и приятные события.
Зал стремительно заполнялся людьми. Почти все кресла оказались заняты, а те, кому не хватило мест, непринуждённо расположились у фуршетных столов с бокалами в руках.
Когда спикеры начали свои выступления, в воздухе витало ощущение предвкушения. Они делились амбициозными планами на ближайшие три года и с искренней благодарностью говорили обо всех, кто решился на этот смелый шаг — переезд в новый офис. Атмосфера была воодушевляющей.
Через час формальная часть завершилась, и коллеги дружно ринулись к изобильным фуршетным столам. В зале зазвучала приятная фоновая музыка, создавая атмосферу непринуждённого общения.
Среди толпы мой взгляд зацепился за Кая — он непринуждённо беседовал с топ-менеджментом, держа бокал белого вина. Безупречная белоснежная рубашка сидела на нём так идеально, что подчёркивала каждую линию атлетической фигуры. Женщины в зале откровенно пожирали его взглядами, словно он был единственным мужчиной в радиусе километра.
И лишь одна особа демонстративно игнорировала это великолепие — моя подруга. Кира оживлённо болтала с Петером, который смотрел на неё с таким обожанием, что напоминал голодного кота перед миской сливок. Глаза венгра буквально светились от счастья.
Заметив меня в толпе, Кира энергично помахала рукой. Я кивнула в сторону выхода, показывая, что мне нужно ненадолго отлучиться. Честно говоря, общество Петера не вызывало у меня энтузиазма — что-то в нём настораживало, он казался не слишком надёжным типом. Впрочем, возможно, это была всего лишь моя патологическая подозрительность ко всем мужчинам, кружащим вокруг подруги.
