Холл склонился над девушкой и стряхнул её за плечо. На мгновение глаза приоткрылись, сверкнув золотисто-зелёной радужкой, с вертикальной чёрточкой зрачка и тут же закрылись. Аронт не отступал, продолжая попытки привести Сэмиру в сознание.
- Холл! - обеспокоенный тем, что показания лечебных заклинаний начинают слишком скакать, Таш схватил друга за руку и насильно отвёл в сторону, усадив в кресло. - Идиот! У неё сознание, по всей видимости, в другом теле находится сейчас! Ты её убить хочешь что ли?
- И сделаю это, - неожиданно зло рыкнул тот в ответ, поднимая взгляд на директора Академии. В майской зелени плескалась тревога, злость и обида, смешанная со страхом потерять очень ценное для этого мужчины. - Где Лин?!
- В крыле отведённом под медпункт, - несколько растерянно откликнулся Таш, тут же мысленно проверив собственное заявление. - Работает над кем-то из студентов. А что?
- Она... Здесь? - недоверчиво прищурился Холл. Вскочив на ноги он рванул на выход, не обращая внимания на сведённые к переносице брови полукровки, явно не понимающего, что тут происходит.
- Холл!
- Я её всё равно прибью! - прошипел кошак и исчез в коридоре. Таилшаэлтен со вздохом отметил, что любовь - любовью... А постоянные отношения всё-таки не для него. С головой хватает той нервотрёпки, которую так усредно обеспечивают студенты Академии. Явно пытаются избавиться от него, да только кто ж позволит?
И всё-таки, что Сэмира такого начудила, что Холлимион её убить пытается?
Заинтересованно дёрнув ухом, Таш собрался, было, вернуться к своим записям, но, видимо, мир задался целью не дать ему такой возможности и успешно реализовывал свои намерения. В дверь снова постучали, правда, на этот раз мягче и даже деликатнее. И кого там Хранители опять принесли?
***
В себя приходила медленно. Очень медленно и стараясь не торопиться с данным событием. Голова болела так, как будто какой-то шаман прыгал надо мной, стуча по бубну и вопя в самое ухо свои непревзойдённые и совершенно неповторимые рулады. Горло пересохло, а тело казалось до ужаса чужим и не способным на какие-либо движения.
- Ну с добрым утром, сестрёнка, - тихий хмык дал понять, что моё возвращение в мир не прошло незаметным. Радовал тот факт, что голос принадлежал хоть и вредной, но достаточно спокойно Нииле. Хоть в чём-то мне сегодня повезло...
С трудом разлепив пересохшие губы, прохрипела, сама испугавшись собственного голоса:
- Да какое оно, к чёрту, доброе-то...
- Раз так говоришь, значит, признаёшь собственную глупость, - удовлетворённо протянула Нила. Её прохладные пальцы осторожно приподняли меня, а к лицу, судя по запаху, поднесли кружку с каким-то наверняка жутко противным питьём. - Не морщись. Выпьешь - станет легче. Тебе сейчас нужно в форму прийти... Судя по голосам в соседнем помещении, разговор будет за...
- Не ругайся, - поморщилась и осторожно открыла глаза. Сначала один и только убедившись, что в комнате царит приятный полумрак, осмелилась открыть второй, внимательно рассматривая склонившуюся надо мной скептически ухмыляющуюся физиономию сестрёнки.
Нила выглядела встревоженной, но относительно спокойной. Ямочки на щеках, какой-то особый блеск в фиалковых глазах и фиолетовая копна волос, собранная в очередной небрежный пучок.
Попытка улыбнуться в ответ провалилась с треском, тело всё ещё отказывалось подчиняться. Похоже, Зива засветила в меня парализующим или ещё чем, да при том доза наверняка была на порядок выше, чем нужно маленькой кошке.
Заметив мою гримасу, Нила вздохнула и ругнулась на орочьем языке. Взяв мою руку, начертила небольшой знак на внутренней стороне запястья. Небольшое движение воздуха, влажное прикосновение воды и по нервным окончаниям прошлась жаркая волна, сменившаяся зимней стужей. "Приятным" назвать такой способ возвращения чувствительности язык не поворачивается, но как ни странно и работал он гораздо эффективнее, чем более деликатные аналоги.
- Спасибо, - с трудом выдавила из себя, пытаясь выровнять сердцебиение, знатно подскочившее от такого воздействия.
- Да нема за шо, - откликнулась Нила, помогая принять вертикальное положение и даже подложив под спину пару подушек. Устроив меня, она уселась на пол, скрестив ноги, опёрлась локтями на колени и, пристроив подбородок на ладонях, обхватив ими лицо, серьёзно потребовала. - А теперь, когда мы с твоим самочувствием разобрались, рассказывай!
Подумала, покусала нижнюю губу и осторожно уточнила:
- Что именно?
- Ну, хотя бы то, по какой причине так любимый и восхваляемый тобою Холл порывается придушить тебя. Или можешь попытаться объяснить мне, какого ты в одиночку полезла его спасать, а потом ещё и в кошачьем теле припёрлась на место преступления... - Нила задумчиво постучала пальцем по подбородку, словно решала сложную задачу со множеством неизвестных. - Хотя нет, подожди. Лучше всего, было бы объяснить мне какого хрена ты, вроде бы здравомыслящее существо, решила рискнуть здоровьем своего ребёнка?!
- Нила...
- Что Нила?! - тихо, с явственной злостью переспросила сестрёнка, окинув меня гневным взглядом. Только говорить продолжала спокойным, даже холодным тоном. - Я понимаю, ты хотела как лучше. Но чёрт вас дери! Неужели так трудно было попросить помощи?! У меня, у отца, да хотя бы у этого твоего чокнутого эльфа, в апартаментах которого мы сейчас находимся! Какого хрена ты сунулась туда в одиночку, к тому же снова напортачив с перемещением сознания?
- Нил...
- Лучше помолчи, пока я не наговорила лишнего! - она вскипела, подскочила и отошла к окну, скрестив руки на груди. Помолчав немного, Нила искоса посмотрела на меня и тихо вздохнула. - Сэм, ты хоть чуть-чуть понимаешь то, как ты рисковала? И не собой, ты бы справилась, что бы ни случилось. Ты рисковала ребёнком.
Вздохнув, потёрла лицо руками. В её словах есть доля правды. Я бы даже сказала, что сестрёнка попала не в бровь, а в глаз, обвиняя меня в собственной глупости. Другой вопрос, что на тот момент иного выхода не было.
- Нил, я знаю, что поступила глупо, - тихо откликнулась, невольно прижимая ладони к животу, в бессознательной попытке сберечь своё дитя. - И долго ещё буду корить себя за это. Но давай ты меня... Ты меня просто...
- Ох...
Тёплые руки обняли меня, прижав голову к чужой груди. Уткнувшись носом в её платье, тихо вздохнула, закрыв глаза. Мы опора друг друга и поддержка. И именно этого знакомого тепла мне и не хватало. Кора была права, когда предупреждала меня о нестабильном эмоциональном фоне при беременности и последствиях. Видимо по этой самой причине с утра язвила и источала сарказм с ехидством, а сейчас просто прижимаюсь к Ниле, вдыхая знакомый и родной запах. И думаю о том, что она несомненно права. Если бы я позвала на помощь сразу, прежде чем устанавливать все ловушки и заклинания, если бы переговорила с Холлом до того, как создавать фантомов до тошноты похожих на его жену...
