парня и в упор Александр. Что и тому же в конце концов даже пришлось отвести глаза в сторону спустя какое-то время — настолько это был взгляд в душу, выдирающий ее по кускам, но и в то же ведь самое время будто и сквозь нее: не замечая никого и ничего. — Ей
излишние проблемы… и
уже… с Советом не нужны. Ну а если же мыслить и отвечать ее же
не величинами: «хотела бы убить — убила бы сразу». А она же… она же
чего-то все ждет. И
что-то же все выжидает… А
мы же в это самое время должны понять —
что и
чего именно. Или
кого именно! Да и не можем же мы Софию просто так забрать, Влад! Не удостоверившись и в превышении полномочий…
— Да каких полн… Черт! — Ругнулся уже так же, как и сам же мужчина чуть ранее и сам рыжий и, взвихрив свои волосы, встал, обращаясь взглядом к другим — все еще сидящим позади и за спиной же мужчины. Но и те же были не более радушны. И пусть же уже и не менее его же самого. Но и все же еще молчали. И грузно же выдохнув на это и им, вновь вернул взгляд на русоволосого, сведя ладони в мольбе. Уже почти что и готовый, если не сам и заплакать, то и окропить же все тут своей сырой рыхленой землей к общему же печальному энергетическому спектру. — Ксан! Она же — твоя дочь… И ты должен… можешь брать ее на… передержку. И да… Это вот тот самый момент — для нее и… ее, пожалуйста! Пользуйся, блин, не благодари! Лучше ведь уже и все равно же не представится, а только лишь еще и хуже… Да! И даже пусть же мы сейчас, но и пока, знаем — с какой скоростью она трудится не покладая… рта. И всей же себя… По закону жанра, канона и… блять… даже и те же самые… кони уже ускакали… закона! Но потом… Что: потом? Суп с котом? А может, все же с кошкой? Или с котенком? Когда же все это вскроется или только начнет… и под Розу же копаться… Вряд ли она же и сдержит себя! Что уж говорить и о Софии… Любой же момент… и если не кто-то другой… то ведь и она… и может стать… как и все… посл…
— Не станет! — Рыкнул уже русоволосый и сжал руки перед собой сильнее до побеления пальцев и хруста костей в них. Что даже и Никита чуть дернулся от этого треска дерева, будто и вместе же с ударом молнии. А точнее, и с солнечной вспышкой. И лишь только же затем и с ударом луча-лазера, как и последующим же шипением-жужжанием, разрезающим это сухое, почти что и неживое, но еще и стоически же до этого и как-то выдерживающее все природные катаклизмы и мирские перипетии, древесное тело. В полной же тишине помещения. Разбиваемого изредка и разве что мерным дыханием и тихими голосами. И где же их в принципе не должно было быть. И правильно — было, а теперь вот и снова не было! — Но ответа Совета мы все-таки дождемся… Ведь и после самого же Сергея как ни крути идет все же она — Роза. Как мать… И пусть же и какая-никакая! Потом — брат Женя. И только уже затем и всех же них — я. Все карты же, как видим, пока у нее. И пока все же и так — нам нужно подумать… и продумать все до мельчайших деталей и подробностей. Вспомнить и все ее прошлые махинации… второстепенные и мелкие… и одну… большую и главную… и сопоставить! Ведь и как ты уже и сам говорил, Влад, вряд ли она и все изменила… Просто бы не смогла и… сама. Одна. И без тех же самых все… особых полномочий. Да и структура-то всегда — одна и та же. Так как и в основном же: незыблема. И пусть же она и ввела что-то и кого-то еще… вне. Может, даже кого и из тех же самых оставила… проверенные же, чай… вдвоем, а не кофе и поодиночке… временем, но так или иначе — все же останется так, как было… и всем же. По итогу. Да и я же займусь этим… как и ими же самими… сам. Вы же… — отвернувшись от Влада, но и не так, что и полностью же потеряв и утеряв к нему какой-либо и всякий уже и интерес, лишь и полубоком и чтоб видеть его тем же самым все боковым зрением, как и держать же одновременно еще все и вся под контролем, он обратился к Никите. — Никит, продолжай наблюдать за ней в университете… и по дороге же от дома до него и обратно… мало ли что! Вдруг что или кто изменится… с возвращением-то еще и Влада! Да и чтоб ей… и самой… усидеть на месте в ожидании какой и встречной подлянки или вовсе же уже и поимки? Роза не так проста… Но, и что самое же главное, и она же сама знает, что и мы сами не так просты!
— Понял. Сделаю! — Отрапортовал парень, несколько раз еще и кивнув для верности.
— А сам же Влад… — вновь бросив на рыжего серьезный взгляд, мужчина прищурился, словно что-то и обдумывая про себя какое-то время и тут же ведь спустя его продолжил, как и отпустил напрягшиеся мышцы век и сморщившегося лба, — …если хочешь, пожалуйста, наблюдай за ней в не ее квартире и в ее же комнате!
— Но… как? — Ахнули и встрепенулись же сразу и все трое. Но только и Никита — искренне и от шока, непонимания и незнания — что так можно было, а и главное законно вообще! Влад же с Егором с напускным удивлением и изумлением встретились взглядами и тут же ведь уже первый и не удержался, не сдержался и со злорадной улыбкой чуть приоткрытого рта подмигнул второму на оба глаза по очереди, получив же в ответ вот-вот готовый почернеть синий взгляд и два слова одними губами: «Только попробуй».
— Помнится… — в то же время и легкая живая улыбка тронула губы самого Александра от ностальгии по тем же еще детским, но скорее даже уже и подростковым, хотя и опять же кому и как, временам Софии, проведенным им же и с ней. Так и не заметив, все же уже и почти развернувшись,
