— Зачем? — удивлённо отозвался БОГ.
— Водка лучше всего пьётся при температуре внешней среды от минус пяти до сорока градусов и даже ниже, — нравоучительно произнёс я.
— На чём базируется это умозаключение? — с интересом спросил ОН.
— На моём жизненном опыте и на интуиции, — отозвался я.
— Ты знаешь, я вообще-то сегодня решил воздержаться от употребления этого напитка.
— Как?! — вознегодовал я. — Где мы только её, родимую, не пили!? В Гималаях пили, в Альпах пили, в Париже пили. Пили даже в Египте на пирамиде! Я уже не говорю о пустыне Калахари! Разве может человек, находясь в здравом уме и ясной памяти, пить водку посреди раскалённой пустыни в полдень!? Но пили же!
— Ну, — ты человек, который постоянно явно не в себе, — ухмыльнулся ОН. — А я вообще-то не человек.
— Спасибо за оценку моей личности, — усмехнулся я в ответ. — Понятно, что ты не человек… Но в то время, когда ты принимаешь человеческий облик, ты, по сути, становишься человеком! Я правильно понимаю!? Ты не мираж, не фантом, не голограмма. Ты — человек, состоящий из плоти и крови. Имеешь мозг, кровеносную систему, печень, желудок, почки, пенис, прямую кишку и заднепроходное отверстие. Ты, как и я, трахаешь женщин и, извини, отправляешь естественные надобности. Все эти твои гулянки, тотализаторы, стриптиз, бильярд, карты, куртизанки, секс втроём и впятером, соитие в анальные и оральные отверстия, подглядывание в женском душе… А гомосексуальные опыты?
— Фу, хватит, прекрати! — взвился ОН. — Испортил всё настроение! Как мерзко, гадостно и отвратительно всё это!
— Ничего, ничего! Настроение, — это как капризная и обиженная на тебя и на весь мир женщина! Её надо периодически стимулировать, ласкать, доставлять ей радость от оргазма, куда надо направлять, воодушевлять, возвращать к жизни в случае необходимости!
— Да, ибо..
— То, то! — я покровительственно похлопал БОГА по плечу. — Так что, поднимем настроение?
— Ты меня достал! — возмутился БОГ.
— А вот не надо было вытягивать меня в эту твою дурацкую Арктику! — усмехнулся я. — Сидел бы я сейчас в своём маленьком уютном кабинете, не торопясь, попивал бы водочку, писал бы РОМАН, и всё было бы отлично! Так нет же, припёрся ты, как всегда неожиданно, и бесцеремонно оторвал меня от любимых занятий. И вот торчим мы с тобой посреди этой ледяной пустыни, а внутри — скука! Ну, признайся, ведь тебе то же скучно?
— Да, честно говоря, скучновато, — мрачно произнёс ОН. — Следует поднять настроение. Ладно, чёрт с тобой. Тьфу, снова помянул родственника, чёрт его подери! Тьфу, тьфу, тьфу! Да что же это со мною такое!?
— Успокойся! — весело сказал я, вставая и прохаживаясь взад-вперёд перед креслами. — Нам ли жить в печали!?
Я вдруг почувствовал, что температура воздуха почти мгновенно упала. У меня изо рта стали вырываться довольно густые клубы пара. Подул лёгкий, но довольно неприятный в изменившихся условиях ветерок. Кожа на моём лице сжалась и, казалось, прилипла к черепной коробке. Да, одет я был явно слишком легко для этих широт!
— Вот это другое дело! — заорал я. — А медведя, слабо!?
— На, — получи!
Медведь возник в метрах двадцати от нас. Он смешно сидел на заднице и недоумённо рассматривал двух странных существ, которые вдруг появились перед его взором ниоткуда. На самом деле это он возник ниоткуда.
Уже привычный раскладной стол материализовался из воздуха, как всегда неожиданно, но кстати.
— За Северный Полюс удивительной планеты под названием Земля! — гаркнул БОГ, поднимая к небу двухсотграммовый стакан, наполненный почти до краёв.
— Да не сместятся Полюса вовеки! — громко произнёс я в ответ и строго посмотрел на собеседника.
Он на мгновение смутился, нахмурился, отвёл от меня свой светлый взгляд и залпом осушил стакан.
— Да не сместятся Полюса навеки! — строго повторил я. — Да не переменятся они, тем более!
— Хорошо, хорошо! — досадливо поморщился ОН, наливая себе ещё. — Менять ход глобальных событий, — это в некоторых кругах дурной тон. Пойду тебе навстречу… Только ради тебя и на срок до твоей смерти. Не хочу терять доброго собеседника.
Бог выдохнул воздух, залпом осушил стакан, крякнул, захрустел огурцом, который к этому времени почти превратился в лёд. Я последовал его примеру, но отпил только один глоток. И правильно сделал… Всё внутри меня взорвалось, как будто я проглотил бомбу с напалмом, глаза вылезли из орбит, слёзы хлынули из них, превращаясь на лету в ледышки.
— Что это было!? — прохрипел я, жадно отпивая из кувшина, замерзающий на глазах, густой томатный сок.
— Чистый спирт! — злобно произнёс ОН. — Первопроходцы мы или нет!? Полярники мы, или не полярники!? Покорители льдов мы или какие-то голопузые шальные папуасы!? Как известно, стремление к опасности и их преодолению лежит в основе всех великих страстей! Сейчас пойдём охотиться на медведя! С копьями, луками и топорами! Никаких ружей, никаких автоматов, никаких пулемётов и огнемётов! Только рогатины! Наша сила в отваге и презрении к смерти! К чёрту Красную Книгу! Вызываю лаек и проституток!
— А при чём тут проститутки!? — искренне удивился я, трясясь на ледяном ветру и не попадая зуб на зуб.
— После смертельной и кровавой битвы, которая, по сути своей, сродни оргазму, настоящий мужчина должен обязательно испытать его повторно! — заорал БОГ, залпом выпил ещё один стакан со спиртом и бросился в бой.
Я застонал. Ну что же. Каждый получает то, о чём вопрошал…
Немногие среди людей достигают противоположного берега. Остальные же люди только суетятся на здешнем берегу.
Что же вешняя дымка,
Неужели медлит с приходом?
Горных речек я слышу
Голоса: едва пробиваясь,
Сочатся они между скал.
Я задумчиво стоял перед стеллажами с книгами в библиотеке замка БАРОНА. Книг было много. Они покоились на полках аккуратными и стройными рядами. Запах пыли почти не ощущался, следовательно, за состоянием библиотеки кто-то тщательно и ежедневно следил.
Ах, БАРОН, БАРОН!? Где же ты, чем занимаешься, как сложилась твоя судьба за эти последние полтора месяца после того, как я покинул Второй Остров? Жив ли ты вообще? Как бы я хотел сейчас увидеть тебя рядом с собою, внимательно посмотреть тебе в глаза, задать пару-тройку вопросов. Кто ты такой, БАРОН? Кто есть я? Случайно ли ты оказался на моём пути? Что нас связывает в этом мире, а скорее всего разъединяет?
