Лисичка для Стального Волка - Надежда Черпинская

Не зная, чего ждать от чужака, я попятилась, едва не свалившись обратно. Рыжий резко отдёрнул меня от края, после чего, к счастью, отпустил.

Я, всё ещё онемев, изумлённо и настороженно смотрела на него, а он – на меня, с любопытством и с лукавым прищуром.

Но тут у меня за спиной, где-то неподалёку, за кустами тальника, уже знакомо прозвенело:

– Проверь у леса!

Этот вопль мгновенно лишил меня рассудка – остался только страх, и, не раздумывая, я снова сорвалась в бега. Поднырнув под пытавшуюся меня удержать руку Рыжего, я шмыгнула за ближайший куст…

И с разбега врезалась в ещё одного могучего исполина.

2 Беги, Эрика, беги!

Эрика

Этот был расторопнее Рыжего. Мгновенно сцапал меня своими огромными ручищами, будто в стальные тиски заковал. Я беспомощно дёрнулась, попыталась вырваться – куда там! Притиснутая к широкой груди в кожаном доспехе, я даже толком не могла рассмотреть этого негодяя.

Кажется, он был чуть ниже Рыжего, чуть уже в плечах. Однако меня это не спасло – я ему всё равно и до подбородка не доставала.

Но сдаваться не собиралась: чудом высвободив одну руку, я, не глядя, начала колошматить схватившего меня злыдня. Кажется, даже до лица дотянулась…

В ответ над ухом раздалось гневное шипение. После чего меня резко скрутили так, что теперь я могла лишь беспомощно брыкаться в стальных объятиях этого каменного истукана.

А он действительно казался мне каменным – такой твёрдой была грудь мужчины, такими точёными были плечи, такими жёсткими ощущались витые мышцы.

А ещё в его руках мне внезапно стало так жарко, что во рту пересохло – я сглотнула и задышала чаще.

Должно быть, это всё от злости и нашей с ним нелепой возни…

– Тише ты, дикая! – рыкнули с высоты.

Я испуганно втянула голову в плечи, но тут же дерзко пискнула:

– А ты… пусти! Чего вцепился?

– Уймись сперва, тогда отпущу! – голос незнакомца снова звучал сердито и грозно, но я отчего-то поверила его словам.

И ведь не обманул – едва я перестала биться, как рыбка на берегу, как тотчас разжались оковы стальных объятий.

Даже раньше, чем рядом прозвучало с благодушным смешком:

– Да пусти ты её, Вир!

Я отскочила чуть в сторону, теперь уже глядя на обоих незнакомцев. И глаза у меня сейчас, наверняка, сверкали очень недобро.

Тот, что так ловко меня изловил, был статен, хорош суровой мужской красой, светловолос и… хмур. В отличие от своего рыжего приятеля ни разу не улыбнулся, глядел на меня настороженно, по-волчьи. Впрочем, как и я на него.

– Куда так спешишь, Лисичка? Убегаешь или догоняешь? – насмешливо поинтересовался Рыжий, отвлекая меня от разглядывания его угрюмого спутника.

– Не ваше дело, – буркнула я.

Вообще-то стоило вести себя полюбезнее. И хорошо бы поблагодарить за то, что из оврага вытащили. Но я пока что не поняла, чего от этих двух грозных молодцев ждать.

Уж больно вид у них был пугающий – доспехи, мечи, у Рыжего вон ещё и топор боевой.

На разбойников, вроде, не похожи, не иначе… из служивых, чьи-то дружинники…

Да только одинокой девице в глухом лесу лиходеев и ратников одинаково опасаться стоит.

А ещё больше – разъярённого жениха…

– Вон она! Вон она! – раздалось уже совсем близко.

– А вот и ответ пожаловал… – хмыкнул язвительно Рыжий.

Я вздрогнула, бросила лишь один взгляд на приближавшуюся свору Улаха и снова непроизвольно дёрнулась, готовая сорваться с места. Но дорогу мне тотчас заступил угрюмый .

– Стой! – осадил этот человек-камень.

Я вскинула на него затравленный взгляд, уже взмолиться хотела...

Но в сумрачных глазах внезапно промелькнуло что-то тёплое, светлое, доброе, как первый солнечный лучик на рассвете.

– Не бойся! – добавил он уже не так грозно и шагнул ближе, будто закрывая меня своим плечом. – Если ты ничего дурного не делала, то и тебе никто ничего не сделает.

Мне так хотелось в это поверить, так хотелось!

Вот только эти чужаки хоть на вид и грозны, и сильны, но их всего двое. А с Улахом ещё пятеро закадычных дружков. И пёс.

– Вы их не знаете… – прошептала я, ругая себя за то, что голос так трусливо дрожал.

– Ничего… сейчас познакомимся, – задорно подмигнул Рыжий, тряхнул огненной копной и развернулся, встречая незваных гостей.

3 Беги, Эрика, беги!

Эрика

– Эй… Девку мою отдайте!

Улах никогда сообразительностью не отличался, зато гонору и наглости на десятерых бы хватило. Вот и сейчас с чужаками он повёл себя так, как обычно со своими дружками. Чуял за собой силу – сам был тем ещё верзилой, да прихвостни его за спиной стояли. Вот и дерзил.

А напрасно… Видно же, что эти ратники – люди непростые. И если бы он схитрил, иначе к ним обратился, с почтением, так, может, они бы и отдали меня не глядя.

Зачем им из-за какой-то незнакомой девицы в драку встревать?

Но Улах был глуп, а потому сразу хамить начал. И даже с лошади не спустился. Должно быть, ему мнилось, что так, свысока поглядывая, он важнее, значимее смотрится.

А может, просто на всякий случай в седле решил остаться, чтобы быстрее ноги унести, если что. Он хоть и строил из себя смелого да дерзкого, но явно струхнул порядком, когда узрел со мною рядом двух таких дюжих молодцев.

С настоящими дружинниками спорить, это не безоружную девчонку гонять или лису собаками травить.

Его пёс, такой же злобный, как и хозяин, захлёбывался лаем и рвался в нашу сторону. Но Улах рявкнул грозно, и собака тотчас прижала уши и стихла.

Подъехав к краю оврага, Улах остановился там, недобрым взором наградив сперва моих новых знакомых, потом меня саму. И я от этого липкого, злого взгляда невольно спряталась за мрачного ратника. Он и так меня, конечно, уже за спину задвинул, но я ж любопытная, я из-за