потом Мерис пытался затащить меня в постель, после меня одели, вручили корону со скипетром, и отправили в тронный зал.
А вот сейчас я могла более детально всё рассмотреть.
Гостиная размером с футбольное поле, с камином, в котором горел… лёд. Настоящий ледяной огонь — сине-белый, танцующий, но не тающий. Мягкие шкуры на полу, стены, переливающиеся перламутром, и окна от пола до потолка, за которыми сейчас проплывали айсберги.
— Очень хочется принять ванную. Это возможно? — спросила я первое, что пришло в голову.
Аргус хмыкнул.
— Вы спрашиваете у нас, моя повелительница?
И взгляд такой насмешливый, так и хочется за волосы дернуть или за усы, когда он станет ягуаром. Хотя не уверена, что это хорошая идея…
— Просто узнаю планы. Вдруг еще что-то срочное?
— Еда будет подана в малую столовую, — Теурус указал на одну из дверей. — После того как вы приведёте себя в порядок, мы обсудим планы на завтра.
— А сегодня? — уточнила я.
— Сегодня вы отдыхаете. И, полагаю, пытаетесь вспомнить что-то ещё. С остальными делами разберемся позже.
Мерис шагнул ко мне, на мгновение коснулся моей руки, а затем и лица — легко, почти невесомо. Я на автомате подняла к нему лицо, и подумала, что он сейчас меня поцелует, даже приготовилась, но вместо этого страж сказал:
— Если я понадоблюсь, ты только позови. Я буду рядом.
— Мы будем рядом, — снова поправил Аргус, но без обычной ехидцы.
Мерис одарил брата очень недружелюбным взглядом, но делать ничего не стал.
Они ушли, все трое. Оставив меня одну в этой ледяной роскоши.
И только тогда я позволила себе выдохнуть.
Глава 9
Джакузи оказался даже лучше, чем я представляла. Пузырьки мягко массажировали моё тело. Вода пахла травами, а над поверхностью поднимался пар, оседая инеем на стенах. И меня даже уже не смущали льдинки, которые тоже плавали на поверхности. Потому что холода я не чувствовала, от слова — совсем. Скорее наоборот мне было приятно. Я лежала, закрыв глаза, недалеко на лавочке лежали мои вещи, в том числе и корона со скипетром, и пыталась разложить по полочкам всё, что узнала.
Я — Снежная Королева. Богиня. Дочь Мороза и какой-то мифической лисы или даже песца. Построила этот замок в детстве. Заточила отца. Сбежала к людям. Влюбилась в Кая, который оказался… кем? Точно не человеком, раз выживает в казематах с льдинками.
Об этом мне еще предстоит узнать.
А еще у меня есть мои личные стражи. Они — оборотни ягуары.
Котики.
Я криво усмехнулась. Потому что называть их котиками, как минимум очень недальновидно. Эти котики одной лапкой взмахнут, и всё, нет головы.
Видела я, как ягуары кушают кайманов, причем ловят их прямо в их стихии — под водой.
Ну да ладно, это всё нюансы.
Ягуаров я пыталась когда-то спасти от отца, а теперь они, вроде как, спасают меня. И явно что-то не договаривают.
Особенно Теурус.
Да и остальные помалкивают.
Я вспомнила, как он смотрел на Кая. С холодным злорадством. Будто ждал этого момента давно. И как держал мою руку — собственнически, требовательно. Будто имел на это полное право.
Мерис был проще. Его обожание читалось в каждом жесте. Но и в нём чувствовалась какая-то затаённая боль. Словно я когда-то сделала ему очень больно, а он всё равно готов умереть за меня.
Аргус… этот вообще тёмная лошадка. То подкалывает, то спасает. То смотрит с вызовом, то отводит взгляд. И грустит… Это не заметить тем, кто не будет приглядываться.
А я, живя в довольно сложном обществе, научилась считывать людей.
Да, согласна, Аргус не человек. Но выглядит именно так.
А вообще, конечно, кабздец.
Я, конечно, чувствовала, что не такая, как все. Особенная. Но думала, что это всё из-за бабушки, которая мне с детства это внушала. Просто, потому что любила. А любящие взрослые склонны идеализировать свих детей и внуков.
Но, что я реально — богиня. Да еще и не простая, а вроде как злодейка. Потому что Снежную Королеву всегда ассоциировала со злодейкой, об этом, естественно, и подумать не могла.
И да, я не любила жару. И радовалась, только когда приходила зима. Но мне раньше казалось, что вроде все дети рады зиме. И это нормально. А вот летом из дома вообще не любила выходить, только в крайнем случае — по делам. Ну или на речку. Там вода холодная, можно засесть туда, как лягушки и не вылезать.
Да и плюс еще этот странный ветер, который я могла призывать, когда на меня пытались дети со двора напасть. Но я почему-то это списывала всегда на случайность. И подумать не могла, что могу это сделать специально.
— Что ж, — прошептала я, глядя, как пар поднимается к ледяному потолку. — Добро пожаловать домой, Валерия. Теперь ты не просто менеджер из офиса. Ты — стихия.
Ладно, надо попытаться слегка расслабиться и хотя бы вздремнуть немного. А то сил вообще не осталось, даже на то, чтобы пойти поесть.
Я откинулась на мягкий бортик головой, и прикрыла глаза, чувствуя, как бурлящая вода, смывает с меня постепенно усталость. А мысли текут уже вяло, и начала потихоньку уплывать в сон.
Вода в джакузи всколыхнулась, и я скорее ощутила, чем поняла, что это Мерис. Он пришел ко мне.
А мне было так хорошо и лениво, что я даже реагировать не стала.
Мужчина сел рядом на лавочку в воде, взял мои ноги уложил к себе на колени и начал мягко их массировать.
Я не стала открывать глаз. Только выдохнула чуть громче, позволяя себе раствориться в этом ощущении — его тёплые ладони на моих холодных ступнях. Контраст был почти болезненным, но таким правильным, словно именно так и должно быть. Огонь и лёд.
Пальцы Мериса скользили по моим щиколоткам, поднимаясь выше, разминая уставшие икры. Он знал, куда надавить, где погладить — будто изучал моё тело не первую сотню лет. И от этой мысли по позвоночнику пробежала странная дрожь, не имеющая отношения к температуре воды.
— Ты дрожишь, — его голос прозвучал низко, почти рычаще. Я почувствовала, как он чуть сжал пальцы на моей ноге. — Но не от холода.
Это не было вопросом.
Я наконец открыла глаза. Мерис сидел напротив, его янтарные глаза горели в полумраке, отражая мерцание воды. По мокрым чёрным волосам стекали капли, падая на широкие плечи, на грудь, теряясь где-то в бурлящей воде. Я перевела взгляд на его руки — крупные, сильные, с выступающими
