Невеста поневоле, или Чужой трофей - Стрельцова Виктория

— Жаль девчонку, красивая была. — протянул мужской голос. — Я был не прочь разделить с ней несколько часов на шелковых простынях под покровом ночи.

Я вжалась в стену, стараясь оставаться незамеченной. От незнакомца меня отделяли несколько витков лестницы.

— Заткнись, — оборвал своего собеседника другой мужчина, с низким хриплым голосом.

— Граф Ричардсон тебе за такое голову оторвет и насадит на пику, а после отдаст на корм стервятникам!

— Чья-то досадная ошибка, а мне теперь даже мечтать не о ком, — сокрушенно вздохнул незнакомец.

— Взять хотя бы леди Лили .

— Брось, — расхохотался мужчина, — я спрятал ее портрет под кроватью. Оставь я его на стене, не смог бы удовлетворить ни одну девицу. Впрочем, оттого, что эта ведьма смотрит теперь на меня снизу-вверх, в моменты плотских утех, мне тоже не по себе. Сжечь его, что-ли.

— Дурень, — прохрипел его собеседник. — Займись делом!

— Твоя взяла, — сдался незнакомец. — Доставай снаряжение.

Голоса наверху стихли и мужчины зашагали вниз по лестнице, отбивая тяжелыми сапогами пугающий ритм, от которого мое сердце тут же провалилось в пятки.

На мою удачу, преодолев с десяток ступеней, незнакомцы остановились. Разговоры смолкли. На смену им пришли другие звуки. Мужчины, судя по всему, достали снаряжение и принялись проводить какие -то хитрые манипуляции. Что они делали, мне видно не было. Я слышала лишь приглушенный скрежет и стук каблуков по ступеням. Спустя несколько минут все смолкло. Тишина, словно кокон, окружила меня, будто бы вырвала из реального мира.

Еще полчаса я стояла, притаившись в тени, и ждала, когда две пары ног зашагают прочь из этой части дворца. К моему удивлению, ни голосов, ни топота форменных сапог стражи слышно не было. В том, что это были стражники, я ни на секунду не сомневалась. Только им во дворце был присущ такой говор. Впрочем, куда же они делись?

Осторожно выбравшись из своего укрытия, я медленно зашагала по крутой лестнице, стараясь не стучать каблуками по каменным ступеням. Вскоре я убедилась в том, что незнакомцы ушли. Вот только как им удалось сделать это бесшумно?

Я ускорила шаг. Задерживаться в этой части дворца я больше не видела смысла.

Внезапно острая боль пронзила мое тело. Голова затрещала, будто я приложилась ею к кирпичной стене. Я резко остановилась, приложив ладони к вискам. Из глаз против воли брызнули слезы. Я скрючилась пополам, силясь побороть внезапный приступ боли, которая не ослабевала ни на секунду. Мое тело будто сжали тисками, намереваясь переломать все кости. В ушах зазвенело. Столь громко, что я застонала и отступила на пару шагов, едва не споткнувшись и не скатившись по крутой каменной лестнице кубарем. Боюсь, в таком случае исход был бы плачевным.

К моему удивлению, хватка невидимой силы тут же ослабла. Головная боль все еще не исчезла, но, по крайней мере, стала терпимой. Я подняла взор и только сейчас разглядела в полумраке едва различимую сеть. Нет, это не была рыбацкая сеть, которую мужчины растягивали на побережье, пытаясь поймать скорпен [11]. Тонкие нити пронизывали воздух, образуя невесомую паутину. Сеть тянулась от центра к четырем ярко-желтым кристаллам, расположенным по периметру. Это был своего рода барьер, который не давал мне пройти дальше и, что логично предположить, никого не пропускал в эту часть дворца с обратной стороны. Теперь понятно, чем здесь занималась стража. Но вот незадача, как выбраться отсюда мне?

К моему огромному сожалению сети был не страшен ни огонь, облизывающий ее жадными изголодавшимися языками пламени, ни тяжелый бюст его светлости, который я посмела запустить в эту тончайшую завесу. Здесь определенно не обошлось без магии! Сеть не только не давала мне пройти, но и поглощала звуки. Проглатывала их все, до единого! Интересно, волшебная паутина дело рук Нельсона или другого чудотворца? Сомнений нет, это кропотливая работа, требующая определенных знаний и умений. У меня же, отчего-то закрались сомнения, что Саймон Нельсон хорошо управляется с магией.

Впрочем, это сейчас было не важно. Нужно было спускаться в пустынный коридор и искать другой выход. То, что в прошлый раз мне его найти не удалось, отнюдь не обнадеживало, а скорее угнетало.

Время от времени спотыкаясь, я неустанно изучала хитросплетение коридоров. Другой выход непременно должен быть! Иначе и быть не может!

Под подошвой моих туфель что-то захрустело. Я присела и обнаружила у своих ног пухлую миниатюрную книжицу в переплете цвета индиго. По обложке тянулись серебристые узоры. Такие делают с помощью басмы, методом ручного тиснения. Непозволительно дорогая роскошь в Мионе. Книга была довольно старая, но выглядела сносно. От потертостей переплет предотвращали металлические уголки со сложным витиеватым орнаментом. От обилия страниц обложка топорщилась, словно знания, сокрытые под ней, так и норовили вырваться наружу.

Я открыла книжицу и невольно восхитилась. Обратная сторона переплета была украшена серебристым тиснением.

Нужно непременно найти хозяйку этого издания! Наверняка она места себе не находит! Ведь издания с дублюрами стоят целое состояние!

Поддавшись порыву минутной слабости, я поудобнее перехватила факел и раскрыла книгу на середине. В развернутом виде она без труда помещалась на моей ладони. Столь маленькая, что невольно было усомниться в том, что это действительно книга. Пожелтевшие страницы, исписанные мелкими аккуратными символами, зашелестели, нарушая тишину дворцовых коридоров. В нос ударил тошнотворный сладкий запах. Смесь амбры, мускуса и гнилых фруктов. Голова от этого сочетания пошла кругом. Глаза заслезились.

Я захлопнула книжку и отбросила в сторону, позабыв о ее ценности, ни на секунду не сомневаясь в том, что вреда от нее определенно будет больше, чем пользы.

Немного поразмыслив, я все-таки подняла с пола миниатюрный томик и еще раз осмотрела корешок. Никаких опознавательных знаков. Обычно владельцы столь дорогих изданий подписывают книги, указывая свои инициалы. Если я как следует осмотрю книжицу, то, возможно, смогу вычислить хозяина и вернуть ему утерянную вещь.

Впрочем, этим я займусь позже. Заглядывать внутрь издания сейчас мне хотелось меньше всего. К тому же в данный момент у меня была задача куда важнее: выбраться из темных глубин дворца, где меня по неосторожности заперла стража. Хотя, винить их в моем любопытстве и жажде справедливости было бесспорно глупо.

Я спрятала книгу в один из карманов, сокрытый в складках моей скромной юбки, и зашагала вперед — навстречу пугающей темноте.

Из-за углов выглядывали причудливые тени несуществующих монстров, которые будоражили мое воображение. Они пугали, до дрожи в коленях, протягивали ко мне когтистые лапы или обнажали острые, словно лезвие ножа, клыки, готовые разорвать плоть.

Справа от меня, за невзрачной дверью, что-то упало. Я вздрогнула и быстро шагнула за угол.

Раздался треск, а после послышались шаги. Спутать ни с чем иным этот звук я не могла. Кто-то медленно передвигался за дверью, переступал с ноги на ногу. Поступь неизвестного была столь тяжелой, что мне трудно было представить, каких колоссальных усилий требовало от него каждое движение. Будто на плечи его взвалили непосильную ношу.

Шаги неторопливо приближались к двери. Сердце пропускало удар за ударом. Я спешно погасила факел, чтобы не привлекать к себе излишнего внимания. В мрачных коридорах дворца, по которым до сих пор разгуливал убийца, я предпочитала оставаться лишь незаметной тенью.

Скрип разнесся по пустынному коридору, словно звук расстроенного патефона тетушки Эстеллы. Я поморщилась, впиваясь пальцами в холодную поверхность стены. Пришлось закусить губу, чтобы не вскрикнуть от боли. Святые Девы! Я совсем позабыла о ране. Боль острым клинком вспорола ладонь вновь, напоминая об увечье. Как только выберусь, нужно будет обработать место пореза, иначе я рискую получить заражение крови.

Цок. Цок. Цок.

Каблучки женских туфель медленно постукивали по полу. Удар за ударом. Все ближе и ближе. Каждый шаг — длинною в вечность. И каждый сопровождался сбитым и хриплым дыханием. В нос ударяет гнилостный запах.