Ника, я не хочу попадать в зависимость, ты должна что-то срочно придумать.
- Знаешь... - задумчиво протянула моя соседка, - я, конечно, не эксперт, особенно в свете последних событий, но по-моему, тебе пора определиться, кто тебя больше устраивает. Или найди еще кого-нибудь. Жаль, Кристиана нет - вот идеальный вариант - всегда рядом был и без серьезных претензий...
- Ника! Как ты можешь?
- Ты же сама смеялась над ним?
- Уже нет, - я погладила коричневатый камушек на черно-белом шнурке. Я была совершенно серьезна. - Ника, этот вопрос закрыт.
- Ну что ты, он же не умер.
- Типун тебе на язык! Просто этот мальчик дорог мне... стал. Возможно, я когда-нибудь очень сильно пожалею, что не воспользовалась тем, что он мне предлагал.
- Что имеем - не храним, потерявши - плачем, - усмехнулась Ника, но тут же завизжала, потому что я плеснула в нее ледяной водой из-под крана. - Cумасшедшая! Я тебе тоже так сделаю, когда ты будешь в теплой ванне лежать, - бурчала она, задергивая занавесочку.
- Ты лучше еще понежься и придумай мне какую-нибудь хрень противодемоническую, зря что ли столько книжек умных читаешь?
- Ань! - окликнула меня Ника, чуть приподнявшись из воды и снова отодвигая занавеску.
- Что?
- А если это любовь? - она смотрела на меня с совершенно серьезным выражением лица, но когда я нахмурилась, пытаясь осознать, то эта засранка не выдержала и расхохоталась. - Не, Ань, а вдруг, правда, это самое и есть?
- Да иди ты... а как же тогда Сандриэль?
- А вот и мне интересно, - продолжала глумиться орчанка.
- Нет у меня никакой любви, только дружеские отношения... - я уже закрывала дверь, чтобы прекратить этот бесполезный разговор.
- Это теперь так называется...
Я же помощи у нее хотела попросить, а не поржать вместе с ней над ситуацией. Правда, она, бедняжка, в последнее время сама настрадалась, ей положительные эмоции не повредят. Да и мне немного полегчало от холодной воды и перепалки с Никой. Ладно, пробьемся, где наша не пропадала! А Азель... посмотрю на его поведение...
Мэтр Солитэр меня игнорировал. Даже не спрашивал несколько дней подряд. Мало того, я сидела за первой партой, а он умудрялся не смотреть на меня. Честно говоря, мне было как-то не по себе от столь явного пренебрежения к своей персоне. Идти на ментальный контакт я не решалась. Наверное, его сильно задело, что пришлось уступить асуру и выпустить меня из-под домашнего ареста. Ну не из-за того же, что я ночевала у Волка, он на меня «дуется»?
К концу недели стало понятно, что Вероника так и не помирится с Волком, если не предпринять какие-то меры. Я опять целыми днями пропадала на площадке для стрельбы из лука. Осунувшийся Роволкон пытался делать вид, что не замечает Веронику, демонстративно здороваясь и разговаривая только со мной, но почему-то очень уж часто оказывался на нашем пути.
Мне было неловко и, пока Вероника не вздумала на меня обидеться, пришлось спасать положение, предложив пойти вечером к своим сокурсникам, пока еще и между собой не разругались...
Встретили нас немного настороженно:
- С чего бы такие райские птички залетели в наш курятник? - ехидно поинтересовался один из первокурсников, сынок какого-то местного князя.
- Да вот, - миролюбиво сказала я. - Пришли себя показать, на других посмотреть...
Народу было много, а вот радости - не очень. То ли мы привыкли к друзьям - третьекурсникам, то ли еще по какой причине. С некоторых пор четверокурсники тоже приглашали нас к себе «на огонек». Особенно настойчив был один, Лео. Но отзывы об этом харизматичном красавчике-оборотне были не самыми лестными. Правда, верить этому со слов оставленных им подружек было не совсем корректно, но на себе проверять не хотелось.
Здесь тусовались небольшими группками: кто-то танцевал, кто-то играл в кости, карты, кто-то хвастался тем, что уже довелось применить магические способности в серьезном деле, кто-то просто сидел молчаливым наблюдателем, лишь бы не оставаться одному в своей комнате вечером. Да и музыкантов таких, как в Беседке, здесь не было.
- Больше ни во что не умеете играть? - вяло поинтересовалась я, вздыхая и бросая карты на стол.
Сидевшие со мной партнеры пожали плечами:
- Во что, например?
- Ну, в «Монополию», - всплыло в памяти какое-то смутно знакомое название.
- Что это такое?
- О! - оживилась я, принявшись расписывать прелести игры.
Идея показалась забавной.
- Ладно, - пришлось пообещать. - На днях нарисую, покажу наглядно.
На другом конце стола спорили, я взглянула на ребят.
- ...да ни фига ты не сделаешь ничего, - подначивал злого мальчишку сын местного князя.
- Все равно сбежим, проведем Обряд, и никуда родители не денутся! - горячился парень. Вероника прислушалась:
- А не рано ли тебе? Нафига это вообще надо? Гуляй, пока молодой!
- Да вот и я говорю, - поддержал Веронику сын князя. - А он заладил... Да кто ему, Наследнику Крови, разрешит взять в жены дочку какого-то мелкого купца?!
- По этому поводу вспомнила одну песенку, - встряла я. - Дайте кто-нибудь гитару.
Гитара нашлась, правда, слегка расстроенная.
- Вероник, помоги, - попросила я.
Вероника покрутила колки, трогая струны, и отдала мне инструмент. Восемь струн. Вот засада. Хорошо, что Вик показывал, как на такой играть. Я подмигнула скептически настроенным на предстоящее шоу парням и запела:
Жил да был, жил да был, жил да был один король,
Правил он своей страною и людьми.
Звался он Луи II, звался он Луи II,
Но, впрочем, песня не о нем,
А о любви.
В те времена жила красавица одна,
У стен дворца пасла она гусей,
Но для Луи была дороже всех она,
Решил Луи, что женится на ней!
Все могут короли,
Все могут короли,
И судьбы всей земли
Вершат они порой,
Но что ни говори -
Жениться по любви
Не может ни один, ни один король,
Не может ни один, ни один король!
«Я женюсь, я женюсь, я женюсь», - Луи сказал,
Но сбежались тут соседи - короли.
Ах, какой же был скандал,
Ну, какой же был скандал!
А, впрочем, песня не о нем,
А о любви!
И под венец Луи пошел совсем с другой -
В родне у той - все были короли!
Но если б видел кто портрет принцессы той,
Не
