сообщи Воронину, чтобы он его отменил, иначе я с него потребую всё, что он мне задолжал с процентами! - потребовал Стрелок.
Прапор что-то промычал под нос и связался по рации с генералом:
- Товарищ генерал, разрешите обратиться?
- Разрешаю, - был ответ.
- Тут Меченый просит пропустить его...
- Ему не нужно для этого разрешение. Пусть проходит.
- Он не один. С ним Лепра.
- А она пусть даже нос не суёт сюда. Иначе оторву.
Стрелок отобрал у Прапора рацию:
- Воронин, попрошу повежливее с моей будущей женой. И попрошу нас обоих пропустить!
Около минуты генерал Долга молчал.
- Ладно, можете пройти, - ответил Воронин.
Стрелок вернул рацию владельцу.
- Совет да любовь вам! - пожелал им Прапор, пропуская.
- Стоило ли говорить об этом? - спросила Таня у Стрелка, когда они миновали блокпост. - Ведь все об этом будут судачить.
- Рано или поздно все об этом узнали бы, - ответил мужчина. - Пусть теперь знают, кому ты принадлежишь.
Таня на "Росток" после позорного изгнания возвращаться не хотела. Она думала попросить Стрелка вернуться в его тайник, когда увидела заинтересованные взгляды долговцев на заставе.
- Почему ты так напряжена? - спросил Стрелок.
- Меня ведь тут унизили. Обо мне шептаться будут и пальцем тыкать, - остановилась Лепра у ночлежки.
- Пусть только попробуют! Сталкеры знают, что со мной шутки плохи!
Это немного её утешило. У входа в ночлежку стоял Бульбаш и Беломор и курили. Стрелок вместе с девушкой направился к ним.
- О, какие люди! Таня Лепра! - обрадовался Беломор.
- Во как! Не ожидал! Привет! - воскликнул Бульбаш. - Вы какими к нам судьбами?
- Привет, мужики, - пожал им Стрелок руку. - Мы не надолго. Какие новости?
- Ничего нового, Меченый. Сталкеры приходят и уходят. Правда, после того скандала, некоторые долговцы ушли из Долга. Слышал, что Бродяга с группой других бывших монолитовцев ушли из Долга. Ещё Лев, Сирота и Скала. Воронин в бешенстве из-за этого.
- Бродяга ушёл? - удивилась Лепра.
- Да. Шульга сюда однажды наведался и рассказал. Вроде как Бродяга не очень далеко ушёл с Янова. Там непонятно, - ответил Беломор.
- Ладно, мужики. Моя комната, надеюсь, не занята? - прервал Стрелок разговор.
- Она вообще-то твоя. Ты её купил и пользуешься ею только ты, - сказал Бульбаш и открыл дверь. - Милости просим!
В ночлежке сталкеров было немного. На пришедших никто не обратил внимания. Четверо храпели на койках, двое сидели за столом и играли в нарды.
- Я как-то занимала комнату здесь. Зверобой, когда я сюда первый раз пришла, снял для меня комнату, - сказала Таня, поднимаясь по лестнице следом за Стрелком.
- Зверобой - добрый человек. И он замечательный друг, - ответил он, открывая дверь. - Проходи. Всё, что моё, теперь твоё.
Таня вошла. Не успела она осмотреться, как Стрелок собрался уходить.
- Куда ты? - спросила Татьяна.
- Я пойду в бар. Продам артефакты и вернусь. Заодно узнаю последние новости, - выходя, ответил Стрелок. - Не уходи никуда.
Он ушёл, прикрыв за собой дверь. Обставлена комната побогаче, чем другие. Видно, что часть инвентаря сюда принёс сам хозяин. В других комнатах есть только самое необходимое для отдыха и никаких излишек. Стрелок мог себе позволить иметь в ночлежке личную комнату. Пользовался ею только он. Его слава шла впереди него и он охотно пользовался своим положением.
Прошло около тридцати минут. Таня успела изучить обстановку комнаты вдоль и поперёк, и ей наскучило тут сидеть. Вероятно, Стрелок в баре встретил знакомых и решил задержаться. Не хотелось его тревожить, но урчание в желудке намекнуло, что пора подкрепиться. Таня оставила вещи в комнате, захватив с собой только деньги и ПДА, и направилась в бар. Сталкеры внизу, что играли в нарды, покинули ночлежку. Сегодня банный день и подошла их очередь. Погода на улице менялась. Утро было ясным, но сейчас небо заволокли тучи. Ждать сегодня осадков. Таня накинула на голову капюшон, чтобы не привлекать к себе внимание. Столовая самообслуживания снова гудела от бесконечных разговоров голодных сталкеров. К счастью, удалось пройти среди них незамеченной. У входа в бар напротив за высоким, бетонным забором Таня услышала голос Стрелка и другие незнакомые ей голоса. Девушка хотела позвать своего возлюбленного, но прикусила язык, когда услышала их разговор. Конечно, подслушивать не было её привычкой, но она всё же поддалась соблазну.
- И надо было тебе, Меченый, так рисковать? Разве она того стоила? - укоризненно произнёс незнакомый мужчина. - Из-за неё страдать. Рисковать. Она разве стоит всех твоих стараний?
- Нет, конечно. Пожалел я просто эту дуру! - с насмешкой ответил Стрелок. - Жалкая самоуверенная бабёнка! Ничего, кроме жалости и презрения не заслуживает!
- Да. Дура она и есть! - согласился другой. - Что ещё можно было от неё ожидать! Большей дуры Зона не знала! Так с судьбой играть!
У Тани вдруг сердце сжалось. Они явно говорят о женщине. Но о какой именно? Сталкеры говорят, что женщина в Зоне - как появление второй луны на небосводе. Значит, говорят о ней - о Лепре.
- И что ты намерен делать? - спросил незнакомый сталкер Стрелка.
- Уходить из Зоны я не собираюсь. По крайней мере, пока, - ответил уверенно Стрелок. - Я не готов. Отправлю Татьяну домой, а сам останусь.
Разговор продолжился, но дальше её слух не воспринимал слова. Хватило и того, что она услышала из уст любимого человека. Стало больно в районе сердца, будто что-то сдавило. Как по щелчку пальцев, ноги подкосились и Таня чуть не упала. Но держа себя в руках, она, шатаясь, словно пьяная, пошла обратно. Она не слышала ничего, и видимость куда-то пропала. Ноги просто вели её вперёд. Сталкеры в столовой самообслуживания были заняты своими проблемами и никому не было до неё дела. Только один, изрядно пьяный, кинул ей вслед пустую бутылку от водки. Этот бросок помог ей очнуться от шока и прийти в себя. Таня остановилась. Когда пьяница хотел в неё запустить кружкой, она успела выйти. "Пожалел эту дуру! Жалкая, самоуверенная бабёнка! Ничего, кроме жалости и презрения, не заслуживает! Отправлю её домой, а сам останусь!" - как эхо, прозвучали в памяти слова Стрелка.
Кажется, она на грани потери сознания. Услышанное сильно по ней ударило. Сталкеры косятся. Не хочется, чтобы они видели её в таком
