я терял от нее голову. С самой первой нашей встречи в клубе.
После секса в кладовке не смог уснуть всю ночь, все думал о ней, не помог даже алкоголь. То, что она девственница — понял сразу, их за версту распознать можно, но зачем она солгала? В голову то и дело лезли мысли, что я для нее особенный. Девушка влюбилась в меня так сильно, что отдалась при первой же встрече.
Глупость, но я наивно в нее верил.
Потом эта встреча в Академии, история с ее парнем только больше путала мысли, я ничего не понимал, пока случайно не подслушал разговор Альпа с друзьями. Они так глумились над Терезой, что я готов был разорвать их на части. Но сдержался, так как посчитал, что влезаю не в свое дело. Тереза меня тогда использовала, поэтому я отругал себя за доверчивость и решил продолжить жить так, будто ничего не произошло, но с Терезой это просто невозможно.
При виде девушки у меня кровь в теле закипает, а член из штанов выпрыгивает. Как бы я не пытался сдерживаться, но я понял, что эта девушка мне нужна. Закрыл глаза на все, решил попробовать расположить девушку к себе, чтобы она в меня влюбилась, пригласил в собственный дом, а что в итоге?
Стоит сейчас передо мной, трясется от страха. Просит, чтобы я ее выслушал, но мне это уже не нужно. Я пережил предательство два раза, переживу еще одно. Для этого мне даже не нужен артефакт, который был всего лишь безделушкой. Он мог только напугать, не более.
— Вон, — сказал ей спокойно и вернулся к рабочему столу, бросив ненужный камень в коробку к остальным таким недоизобретениям. Я часто вожусь с различными минералами, чтобы создать что-то новое, поэтому такого барахла в моем кабинете полно.
— Что… что ты со мной сделал? — сквозь слезы спросила Тереза, поглаживая рукой щеку, которую ударило небольшим магическим разрядом, который хранился в камне.
— Позже узнаешь. И, Тереза, если в тебе осталась хотя бы капля разума, то ты сейчас же пойдешь в ректорат и заберешь свои документы.
Глава 45
Тереза Теверли
— Ничего не понимаю, — сокрушался ректор Академии. — Адептка, Теверли, право слово, что это вы удумали? Забрать документы за пару лет до выпуска? Вы одна из лучших адепток на потоке, да что вам только в голову взбрело?
— Я… я должна, — произнесла пересохшими губами, с трудом сдерживая слезы. — Я заслужила…
— Так, — ректор вздохнул и отложил в сторону мое заявление. — Теперь мне все ясно.
— Правда?
— Да. Вы пережили стресс, в Академии вам находиться сейчас сложно. Вспомнить только то похищение, как волосы встают дыбом, к тому же ваш отец сейчас находится у целителей.
Я согласно закивала головой.
— И я вас могу в этом понять. Вы сильный человек, Тезера. Не каждому суждено пережить все эти тяготы и не сойти с ума, так почему же сейчас вы решили сдаться и проявить свою слабость? Решили пожертвовать собственным будущим? Ради чего? Я искренне не понимаю.
Конечно, он не понимал. Меня никто не понимал, и поделиться было не с кем. К тому же слова, что я сильная — многим преувеличены. Из-за моей слабости я проявила трусость.
— Просто подпишите документы, — с надеждой посмотрела на ректора, но тот был непреклонен.
— Нет. Я не пойду у вас на поводу и не позволю загубить собственное будущее. Давайте поступим следующим образом. Возьмите официальный выходной на неделю, придите в себя, а потом уже будем решать, хорошо?
На это предложение я согласилась, хотя и понимала, что через неделю приду с похожим заявлением на отчисление, так как Дериан не хочет меня видеть. А мне находиться рядом с ним и ощущать всепоглощающую ненависть — будет больно.
Подписав необходимые бумаги, я сразу же направилась домой. Вещи в общежитии соберу чуть позже, сейчас мне был необходим покой и уединение, чтобы привести мысли в порядок.
Дериан… как я могла допустить эту влюбленность? Собиралась же держаться от него подальше, а в итоге влюбилась так, что внутри все изнывало от неправильности возникшей ситуации. Я хочу быть с ним, только с ним.
Но как заставить его меня выслушать? Поверить? Я готова на все, чтобы она дал мне второй шанс и позволил высказаться.
Он сделал для меня все. Защитил отца, спас от тюрьмы, а затем спас меня от жестокого позора. Если бы он не находился в городе, если бы не вернулся на производство и не устроился в Академию, у Альпа и его родителей все получилось. И тогда моя жизнь покатилась бы к дхартам в бездну.
А сейчас, за все свои поступки, он требует всего лишь одного, чтобы я отчислилась. Разве это высокая плата за свободу отца и собственную жизнь?
Всю ночь я прорыдала в подушку, а на следующее утро кое-как привела себя в порядок, собрала в пакет различные вкусности и отправилась в больницу к отцу. Дериан оплатил ему лучшую палату в центральной больнице, и от этого мне становилось только хуже. Чувство вины захлестывало с головой, и я не знала как от него избавиться.
— Мне иногда вводят один новый препарат. Внутривенно. Говорят, от алкоголя всю оставшуюся жизнь тошнить будет, даже смотреть на него не смогу, — хвастался отец, который выглядел очень посвежевшим. — Да и не нужно мне уже, на самом деле. За прошедшие сутки я понял, что был не прав. Тереза, ты же у меня самое ценное, что есть в этом мире. А своими поступками я причинял тебе боль и даже не замечал, как ты страдала, когда терпела меня пьяного и все эти насмешки от одногруппников и соседей… я же слышал, что говорил тогда Альп. Какая ты у меня стойкая девочка, мне так повезло с тобой.
Я больше не могла сдерживаться и снова заплакала, сжимая в руках пакет.
— Тереза, солнышко, что с тобой? — обеспокоенно поинтересовался отец.
— Ох, папа, — я поставила пакет на тумбочку и обняла своего старика. — Если бы ты только знал, как мне сейчас плохо.
Глава 46
Конечно, я не могла рассказать своему отцу подробности нашего с Дерианом конфликта. Да и как такое расскажешь? О таком стыдно сообщить даже матери, не то что отцу. Но тем не менее, с помощью общих фраз, я сообщила Тревису Теверли, что очень подвела своего декана. И на фоне последних событий испытываю глубочайшее чувство вины.
— Он тебе нравится, да? — поинтересовался отец.
