худенькая блондинка с острыми чертами лица, в которых было что-то немного хищное. Но неприятное впечатление смягчалось из-за прямого взгляда небесно-голубых глаз и милых ямочек не щеках. Сколько ей лет, я определить затруднялась. Одета женщина была в двойное платье в пол из сиреневого кружева на белом чехле. Волосы носила собранными в изящный пучок. Причёска открывала изящные чуть заострённые ушки. Кейтлин не пыталась скрыть свою инаковость, и мочки ушей с острыми краями соединяли причудливые цепочки с подвесками.
— Привет, Кейтлин. Это моя жена, Алиса.
— Очень приятно!
— Очень интересно!
Выдали мы хором.
Я выразительно приподняла бровь. Долго в ранней юности репетировала это движение перед зеркалом, и за годы практики оно стало получаться просто изумительно ироничным.
— Итак, тебе как обычно? — деловито спросила хозяйка заведения у моего мужа.
— Да. А Алиса...
— Горячий бутерброд с ветчиной и сыром, зелёный салат, кофе со взбитым молоком и кусочек пирога с лимонным кремом? — прищурилась Кейтлин, глядя на меня.
— Да, латте очень хочется, — мечтательно улыбнулась я. — И сытно поесть. В таком интерьере, конечно, стоило бы вкушать только безе и «Креп Сюзетт», но я слишком приземлённая натура.
Да, местечко было из тех, где девушки моего мира с восторгом снимали бы для сторис свои тарелки и чашки, но я никогда не увлекалась ведением социальных сетей.
— Давай на ты. Что это за креп такой, расскажешь? У меня такого в меню нет, но раз говоришь, что к интерьеру подходит, то, значит, вот им, — кивок в сторону одетых в пастельные шелка барышень, — оно очень надо.
И Кейтлин удалилась в сторону кухни.
— Она бывает беспардонной, — с извиняющейся улыбкой сказал Трой.
— А мне нравится, — улыбнулась я. — Хотя это, наверное, вопрос дозировки.
— Кейтлин полуфейри, её мать была из людей, а отец — из местной высокомагической расы. У нее на родине шла гражданская война, очень долгая. Король и князья не могли поделить власть, а фейри ненавидели все. В общем, она выпала из ниоткуда в одной из аномальных зон. Благо, там как раз работала университетская экспедиция. Испугались наши за неё страшно. Она же мелкая, решили, что ребёнок, насчитали десяток колото-резаных ранений и каким-то чудом вытащили её почти с того света. Притом, что группа состояла пополам из археологов и магов-теоретиков. А Кейтлин оказалась не так проста. Уже потом в вещах нашли пару мешочков драгоценных камней. И наша милашка решила обживаться ни много ни мало в столице.
— В общем, Кейтлин крутая.
— Да. Я ещё в учебке приходил сюда, чтобы спокойно выпить кофе и подумать о своём. Как-то и начали приятельствовать.
— А вот и я, — возвестила Кейтлин, вернувшаяся с подносом, нагруженным вкусностями.
Для Троя она приготовила омлет с овощами, тосты и жареные колбаски, для меня — почти что привычный «Цезарь», обещанные пирог и бутерброд, а главное — латте.
Я сразу потянулась к чашке.
— М-м-м, восторг! Слушай, а где ты зёрна берёшь? — спросила я новую знакомую.
Для себя Кейтлин выставила чашку кофе по-венски (хотя тут нет Австрии и Вены) — значит, просто чашку кофе с шапкой из взбитых сливок.
Хозяйка села рядом с нами, а за стойку встал тонкий юноша чуть повыше меня ростом. Сын её, что ли?
— Я Трою потом адресок черкну, — с улыбкой кивнула она. — Ты же ещё пока читать не научилась?
— Э-э-э, нет. А как ты догадалась?
— Тебе по пунктам? Сумка с застёжкой нового типа, непривычная обувь, странное наименование для кофе. А я, поверь, знаю все заслуживающие внимания рецепты в этой стране. Что Трой недавно собирался в командировку, я слышала. До командировки я вас вместе не видела. Следовательно, где-то там он тебя и нашёл. Уверена, это была очень любопытная история.
Трой рассмеялся.
— Да, но пока это служебная тайна.
— Ладно, я подожду. Обожаю, как ты рассказываешь байки о службе, — ответила Кейтлин.
Всем сладостям она предпочла простую пшеничную лепешку вроде лаваша из тандыра, от бортика которой отщипывала по кусочку.
— Кейтлин, у меня к тебе вопрос. По службе, — приступая к десерту начал Трой.
— Да-а-а? — протянула она, рассеянно наблюдая за компашкой местных гламурных барышень и закидывая в рот кусочки хлеба.
— У тебя в «Камелии и ландыше» бывала Бриана Дион?
— Сбежавшая невеста?
— А её уже так прозвали?
— Да, газетчики из «Столичной штучки» предсказуемы. Бывала, конечно.
— А с кем?
— В компаниях чаще всего. Мне не показалось, что у неё там были настоящие подруги. Отец её плотно контролировал, и это было заметно. Девушки же хотели нормально развлекаться и не оглядываться на чьего-то папашу. Бриана всегда просила отдельный счёт, который оплачивала чеком, она отзванивалась из моего кабинета домой, а на улице её чаще всего ждал автомобиль с водителем. Никакой спонтанности, никакого внезапного забега по магазинам с подружками, да и компашка сплошь из одобренных правильных девочек. Иногда она приходила одна, просто сидела с книгой или блокнотом у окна, заказывала кофе с мороженым. Но один раз я видела её вдвоём с приятельницей. В обувной магазине «Серебряная шпилька».
— Дорогое местечко.
— Бриана в принципе не одевалась в дешёвых. И приятельница эта была странная. Я не могу тебе точно сказать, что с ней не так, но... Неправильность, непропорциональность во внешности. Замаскированное уродство или просто грим — не скажу.
Следующей точкой нашего маршрута стала как раз пафосная «Серебряная шпилька». Их самым знаменитым изделием стали туфли на металлическом каблуке запредельной по местным меркам семисантиметровой высоты.
Ну, я никогда фанаткой именно шпильки не была. Но, в целом, удобная модель. Во времена студенчества, когда подрабатывала хостесс в ресторане, не отказалась бы от таких.
Навешав продавщице лапши на уши о том, что мы с мужем после скромного обряда в храме планируем закатить шумное торжество для друзей, я попросила вспомнить, в каких туфлях гуляли на вечеринках в честь бракосочетания самые стильные девушки города.
— Понимаете, я хочу танцевать всю ночь. И непременно выглядеть модно. Но не слишком, как бы сказать, трендово. Чтобы спустя время не смеяться над нелепыми фото. И идеально должно быть всё, — протянула я чуть манерно.
Хотелось даже губы надуть и ресницами хлопнуть, но я удержалась, чтобы не переиграть.
Мне показали модель, которую заказывает в разных цветах великолепная Синтия, солистка оперетты. Затем любимые лодочки госпожи Мадлен. Я кивала, будто знаю кто все эти люди. Поток имён лился и лился.
И вскоре мне принесли из кладовки дожидающиеся госпожи Дион босоножки по индивидуальным меркам. Просто посмотреть.
Что ж, они отличались от всего, что я увидела в этом магазине. Но при этом имели вид
