обмен на то, что я брошу тебя. Вот. — Лира открыла висевшую на плече сумочку, достала оттуда красный конверт и отдала Дену. — Угрожала увольнением. Сказала, что обсудила это с тобой, и ты меня уволишь, если я сама не уйду.
Лорден стиснул зубы. И конверт.
— Мама, — процедил он сквозь зубы. — Я же просил ее…
Он отвернулся, бросил конверт на стол, подошел к окну. С третьего этажа административного корпуса открывался прекрасный вид на Эвер.
По груди Лиры пополз холодок.
— Сказал же, что сам все улажу… — Лорден говорил, стоя к ней спиной. Его руки беспокойно метались в воздухе.
— Ден?
— Я хотел сказать тебе сам.
Он вернулся к ней, притянул к себе, обнимая за талию, и сказал:
— Моя семья против наших отношений. Поэтому какое-то время мы не сможем видеться. Но я обязательно что-нибудь придумаю.
Ледяной ком вернулся в грудь Лиры. Она нахмурилась, пытаясь понять, что имеет в виду Лорден.
— Лира, это временно. Об увольнении не переживай, я обеспечу тебя деньгами.
— Я… не понимаю, — еле выговорила она, потому что от волнения перехватило горло.
— Я все устрою. Переедешь в квартиру на Буковой аллее и будешь жить там в свое удовольствие. Гулять, отдыхать, делать что хочешь. О деньгах не беспокойся, я тебя всем обеспечу. — Он улыбнулся. — Только меня не забывай. Понимаешь, это все мама. Накрутила отца, и он сказал, что лишит меня наследства, если я их ослушаюсь. Поэтому нам пока лучше не встречаться. Пройдет время, он остынет, и я поговорю с ним. Объясню, как люблю тебя, как нам хорошо вместе…
— Подожди. — Лира потрясла головой. — Ты хочешь сказать, что уволишь меня⁈
— Нет, что ты. Тебя не за что увольнять. Ты сама напишешь заявление под каким-нибудь предлогом, и мы дадим тебе отличную характеристику. С завтрашнего дня ты свободна, и я сегодня же займусь оформлением квартиры. Хозяин уже согласился продать ее. Давно надо было это сделать.
— Лорден! — Лира вырвалась из его объятий и сжала кулаки. — Остановись! Я не хочу терять работу! Не могу! Как… Как ты…
У нее не хватало слов. Она не знала, как объяснить, что все это неправильно! Бросать работу, переезжать и ждать… В одночасье ломать свою жизнь из-за чьей-то прихоти…
— Лира, Лира, — Лорден взял ее за плечи и заговорил успокаивающе: — Лира, вот увидишь, все будет хорошо. После Нового года мы все обсудим…
«После Нового года⁈» — ужаснулась Лира.
Решение пришло мгновенно. Как только она вспомнила, сколько денег потратила на то, чтобы заказать платье для новогоднего бала в «Цветущем саде». На прошлой неделе Лорден сказал, что как директор обязан присутствовать на нем. И она обошла пол Эвера, пока не нашла ателье, где согласились взять срочный заказ. Хотела выглядеть достойной спутницей своего любимого… И зачем теперь ей это платье? На бал ее не пустят! Потому что она должна уволиться! И Дена в этом «прекрасном» плане ничего не смущает!
Она оттолкнула его, подошла к столу и взяла конверт с деньгами. Потрясла им перед носом Лордена и сказала:
— Передай госпоже Фарни, что она права. Нам действительно не стоит больше встречаться. Передай, что я благодарна ей за все, что она для меня сделала!
Быстрее ветра Лира покинула кабинет директора и понеслась в отдел найма писать заявление об увольнении.
Глава 5
Неожиданное происшествие
Новость об увольнении подозрительно быстро разлетелась по первому корпусу «Цветущего сада». Наверное, начальница отдела найма была проинструктирована Гордеей Фарни, так что за обедом в столовой Лире пришлось несладко. Сотрудницы бросали на нее торжествующие взгляды, а особо наглые позволяли себе отпускать ехидные шуточки по поводу того, что ворона никогда не станет парой журавлю.
София хотела шикнуть на них, но Лира не дала. У нее внутри все кипело от несправедливости и дикого желания швырнуть о стену хотя бы пару тарелок, но она решила уйти спокойно и с достоинством. Не хотела показывать свою боль тем, кто радовался ее так называемому «падению».
— Все к лучшему, — шепнула она то ли Софии, то ли себе, и продолжила пить чай с булочкой, вкуса которой не чувствовала.
В конце рабочего дня Лира в последний раз прошлась по теплицам. Попрощалась с упругими огурчиками, погладила терпко пахнущие листья томатов, вдохнула праздничный аромат ре́гана, добавила воды кабачкам. Еще раз выслушала упреки главного агронома, который ругал ее за легкомыслие, а в конце не выдержала и рассказала ему правду. Чтобы не считал ее неблагодарной дурочкой, которая по непонятной прихоти решила разрушить свою карьеру. Не удержалась, разревелась от жалости к себе, к нему, к теплицам… А потом вытерла слезы и покинула «Цветущий сад» с высоко поднятой головой.
София порывалась снова приехать к ней, но Лира знала, что подругу ждет семья, прибывшие в гости родственники и предновогодние хлопоты. Она отправила ее домой, а сама поехала в банк. Привыкла держать деньги на карте, а огромная сумма наличности в сумочке жгла руки.
Отделение Летис-банка встретило ее длинными очередями. Шансов отстоять их и успеть до закрытия не было. Лира вышла на крыльцо и растерянно огляделась, не зная, как быть.
Откуда-то сбоку послышался раздраженный голос. Мужчина с тяжелыми пакетами в руках, прижимал плечом к уху дальнофон.
— Да какая разница! Нет бисквитного, возьми любой другой! Я понимаю, что ты хочешь. Но если нет… Можно подумать, это навсегда. Бисквиты были, есть и будут, купим потом… Блин! — закричал он, потому что его толкнули, и дальнофон соскользнул с плеча.
Лира сама не понимала, как у нее получилось поймать падающее устройство, но она его поймала.
— Девушка, спасибо, вы меня спасли, — сказал мужчина с облегчением.
— Нет, это вам спасибо. — Лира показала на видневшиеся за стеклом очереди и улыбнулась ему. — Вы правы, какая разница. Можно пойти в другой банк.
Поиск по Мемосфере подсказал ей адрес ближайшего банка с хорошими отзывами.
Пройдя два квартала, Лира остановилась перед вывеской на первом этаже многоэтажки.
«Банк господина Каледо́на», — гласила она.
Внутри было по-домашнему уютно. Светло-бежевые стены, в тон им шторы и ковер, высокий шкаф с учетными книгами, старинная конторка из красного дерева с платежным устройством, чайный столик, мягкие кресла на гнутых ножках.
Пока Лира осматривалась, в глубине зала открылась дверь, и оттуда появился благообразный, дородный старик в сером сюртуке и черной атласной жилетке.
— Великое Древо, как я рад вашему визиту, каррисима! Проходите, проходите скорее.
Он галантно отодвинул кресло, приглашая ее за столик, на котором прямо из воздуха появился фарфоровый чайный сервиз.
— Сначала чай! —
