вас: пейте, ешьте, танцуйте, веселитесь и отдыхайте. Через несколько минут к вам присоединятся лучшие мужи нашей империи — свита Его Высочества. Некоторые из вас уже успели с ними познакомиться в библиотеках, на обедах или в саду на прогулках, они составят вам компанию на этот вечер. И если кто-то из кавалеров пленит ваше сердце — вы вольны сказать «да!», помните, вы гости в этом дворце, приехавшие по своему желанию. Но если вы решите остаться на конкурс — прошу вас завтра собраться на завтрак в Голубой гостиной на третьем этаже. Благодарю вас за внимание!
С этими словами он прошел к накрытым фуршетным столам, а зал начал наполняться невиданным количеством мужчин. Музыка стала громче, и вот уже первые пары заскользили по паркету.
— Можно вас пригласить на следующий танец? — перед Ярмилкой возник высокий офицер с ямочками на щеках.
Она испуганно помотала головой.
— Понятно, — слегка обиженно протянул тот, — На принца рассчитываете? Только он — один…
«А вас — много», — несказанные горькие слова словно бы повисли в воздухе.
— А я, — попытался исправиться офицер, — между прочим, виконт, и намеренья у меня самые серьезные. Отец сказал, что мне «пора жениться», так что мне отсюда домой только с женой можно вернуться, — закончил он мысль, широко улыбаясь.
Ярмилка замерла. Соглашаться на танец — она не хотела, ехать куда-то чье-то женой, тем более, но и грубить у нее не получалось. Она подняла на виконта глаза и как можно мягче попыталась сказать:
— Я не собираюсь замуж — ни за принца, ни за кого-то другого, я отсюда сразу в Академию Магии уезжаю.
— Студентка, значит, — понимающе кивнул головой виконт, — ну ладно, прощайте!
Он отошел от Ярмилки, а она поняла, что наконец-то может вдохнуть воздух.
«Бежать надо! И если не из дворца, все-таки я Уле надежду дала, то хотя бы с этого бала как-то сбежать!» И она бочком, практически вжимаясь в стену стала отступать к выходу. Осторожно переступив порог зала и поняв, что ее никто не останавливает, она как можно быстрее поднялась в свой номер.
— Ваша Светлость? — выскочила из ванной прибиравшаяся Уля, — Что-то случилось? Бал же полчаса как начался? Разве он не до утра?
— Ты с ума сошла? — шикнула на нее Ярмилка, — И на кого я буду похожа на завтраке с принцем, если до утра буду кружиться в танцах!?
— Ой, мамочки, и точно! А я даже и не подумала об этом! Ой, Ваша Светлость, какая вы у меня все-таки разумная, — заулыбалась она радостно, — Вот и правильно, что ушли оттуда. Тут вертихвосток понаехало — пруд пруди, они уже всю свиту Его высочество переделили… Верно всё, нечего вам делать среди таких. Ваше дело — отбор пройти, а я уж всем, чем смогу — помогу! Даже не сомневайтесь! И она начала помогать Ярмилке с платьем.
— Все хорошо, — зевая, протянула Ярмилка, — Завтра на завтраке всё обещали рассказать, но некоторым девушкам разрешили уехать, кто свою любовь уже встретил.
— Ага, как же, любовь, — хмыкнула всезнающая Уля, — деньги и титул они встретили.
— А что, аристократы по твоему не влюбляются? — заинтересовалась Ярмилка.
— Да ну, куда вам влюбляться? Как отцы сговорятся, так и идете замуж. Так что этим еще повезло, что сами смогли выбрать, кого к рукам прибрать.
— Ой, ты так говоришь, — рассмеялась Ярмилка, — что можно подумать, здесь все такие. Ну, может одна-две и уедут с конкурса, — задумчиво добавила она, вспоминая блестящие глаза кружившихся в танце девушек.
— Одна-две? — насмешливо хмыкнула Уля, — Да помяните мое слово, к утру половины не останется!
— А сколько нас всего приехало?
— Сто. Ровно сто самых сильных магинь королевства.
— Да уж, сто сильнейших магинь — действительно многовато на одного принца… Слушай, Уля, а чтобы нам поесть, а? — вдруг резко поменяла тему Ярмилка.
— Ой, а уже ничего-то и не осталось, — испуганно всплеснула та руками, — Вы как ушли — еду-то мне доесть разрешили, а ее много было, и я отнесла подружкам, просто не у всех такие добрые магини приехали, некоторые голодные остались…. А теперь, получается, вы из-за меня голодной будете?
— Да ну, брось причитать, давай я платье попроще одену, и мы с тобой к тетушке Лукерье на кухню проберёмся. И поужинаем, а заодно и поздороваюсь, — подмигнула она Уле.
Ярмилка переоделась в свое летнее платье, которое заботливая Уля тоже уже достала из сундука и подготовила на всяких случай, и обе девушки, пользуясь коридорами для слуг, прошли на кухню.
Вкусные запахи кружили голову и навевали мысли о еде, но, собрав все свое мужество, Ярмилка, как можно строже сказала:
— Ну, здравствуй, тетушка Лукерья!
Два часа назад где-то во дворце
.
— Отец! — девушка пристально посмотрела в зеркало на отражение стоящего за ней немолодого мужчины.
— Да, дорогая? — он отодвинул локон и стал застегивать ожерелье, — Рубины идеальны к этому тону, не находишь?
Девушка нервно подняла юбки.
— Две «королевы воды» навсегда остались в лесу. Ты отправил своих людей к оставшимся?
— Естественно, и, можешь быть уверена, они уже вскружили им головы. Сегодня на балу они ждут от своих горячих поклонников предложения руки и сердца!
— Прям-таки ждут? Ты уверен?
— Обижаешь, — низким бархатным голосом рассмеялся мужчина, — их горничные — куплены нами давно и надолго.
— Хорошо. Ты же сам понимаешь, что с сильными водницами мне не справится, наши магии аннулируют друг друга, а надеяться, что принцу НЕ нужна водница — наивно. Я уверена, что они — первые в его в списке, все-таки водницы — это дождь, реки, а значит, урожай и торговля… Но на средних — он не согласится. Не по статусу. Так ведь?
— Да, моя дорогая, поэтому мы и приняли меры, чтобы головки лучших были заняты другими, а не принцем. Не волнуйся, все под контролем.
— А некромант? — девушка нахмурила брови, — Никогда бы не подумала, что она посмеет сюда явиться.
— Ну, во время войны армия мертвых — это вещь, — алчно засверкали глаза мужчины, — Возможно, пришло время подумать о мачехе для тебя, как считаешь?
Девушка скривилась, и мужчина тут же поменял тему:
— Но наш принц — вроде миролюбивый, и он вряд ли будет брать жену с дальним прицелом повоевать. Но ты права, забытая магия — та еще заноза…
— Ах, да, папа! А что скажешь про целительство? Видел золотое свечение?
— Да, было красиво, — задумчиво кивнул мужчина, — Но в масштабах государства — абсолютно бесполезно. Зачем она принцу?
— Зачем ее вообще притащили во дворец!? Ты ее одежду видел? Сарафан!
— Тем более, волноваться не о чем. А во дворце
