постели одна утром после того, как мы наконец-то переспали. Ты не попрощался. Просто бросил меня. Элай все время говорил, что ты вернешься, что хочешь меня, но сам ты этого не говорил. Я думала, что есть большая вероятность, что ты меня отвергнешь, пока сегодня утром не назвал меня своей парой. Я думала, что пришла сюда зря, потому что ты меня не хотел. Я…
Его губы снова прижались к моим, сильнее, чем прежде.
Ещё более отчаянно.
Я почувствовала вкус его крови во рту, когда поцелуй открыл одну из его ран, но он не остановился.
Поэтому я тоже этого не сделала.
Август притянул меня к себе.
Поцеловал еще сильнее.
Он посадил меня к себе на колени и снова обхватил мое лицо, пока я ощущала его член. Как ему удавалось оставаться возбужденным со всеми этими ранами, я не понимала.
Его взгляд встретился с моим, яростный, эмоциональный и все еще полный гнева.
— Я хотел тебя. Всегда хотел и всегда буду. — он снова грубо поцеловал меня, но через мгновение отстранился. — Я чертовски зол, что ты пошла за мной сюда. Меня убивает то, что ты подвергла себя опасности. Что пробралась в тюрьму. Что летела с моим братом. Но я достаточный мерзавец, чтобы, несмотря на свою злость, чувствовать облегчение. — Август провел большим пальцем по моей скуле. — Облегчение от того, что ты здесь со мной, так что я не один. Что мы по-прежнему команда.
Я прикусила губу.
— Прости. Мне следовало попрощаться. Следовало подумать о том, как сильно это тебя ранит. Следовало дать тебе понять, что я принадлежу тебе так же, как и ты мне, и что я вернусь к тебе, чего бы это ни стоило. Даже если это будет означать отказ от всего этого.
— Ты только что сказал мне, что не готов их покинуть.
Напряженность в его взгляде немного спала.
— Я же говорил, что они не позволят мне умереть. В конце концов, они меня вытащат. Они злятся на меня, но не хотят моей смерти. Если бы хотели, мои братья бы вмешались.
Я нахмурилась.
— Значит, они не собираются оставить тебя на произвол судьбы, чтобы ты сошел с ума или страдал?
— О, они хотят, чтобы я страдал. Чтобы я немного сошёл с ума. Но они не позволят этому меня убить.
Ах.
Замечательные друзья и семья. Действительно, просто замечательные.
Я даже не могла притвориться, что понимаю, как устроены драконы, но его это, похоже, не беспокоило, поэтому я ничего не сказала.
— Ну, я никуда не уйду, — наконец сказала я. — По крайней мере, пока у нас не состоится более содержательный разговор. — я жестом показала на нас обоих. — Допустим, ты переживешь эти шесть месяцев, что мы будем делать дальше? Какой у тебя план? Стать правой рукой Джаспера или что-то в этом роде?
— Я надеюсь, что после этого мне вообще не придётся вмешиваться в политику Грома. Уйти от них означало бы изгнание, поэтому я не могу этого сделать. Если меня изгонят, я останусь один. Если что-то случится с Бринн, моими братьями или с тобой, мне не к кому будет обратиться. Как бы мне это ни нравилось, мне нужна их поддержка.
Что же, мне понравился этот ответ.
— Я планировал вернуться в Скейл-Ридж, — сказал он. — Обратно в хижину. Подумал, что мне придётся выгнать какого-нибудь мужика из нашего дома и снова завоевать твоё расположение. Что мы могли бы там жить, если только тебе не нужно будет переезжать по работе. Я также планирую помочь Виллинам держать вампиров под контролем.
— Опять пытаешься меня соблазнить? Не помню, чтобы ты ухаживал за мной в первый раз. Ты просто сказал, что мы команда, и я поверила. Что заставляет тебя думать, что ты сможешь отпугнуть парня, который действительно пытался бы завязать со мной романтические отношения?
Его губы расплылись в ухмылке, и Август бросил на меня взгляд, указывая на рану, которую я почувствовала во время поцелуя. Рана была не такой ужасной, как могла бы быть, но выглядела она неважно.
— У меня очень большой… — я подняла брови, и он закончил: — Зуб.
— Очень большой зуб? — протянула я. — Это даже грамматически некорректно, Агги.
Он рассмеялся, слегка качнув меня на своём члене.
— Надеюсь, у тебя достаточно хорошая память, чтобы мне не пришлось переводить.
Это было определенно так.
— Если ты ещё раз исчезнешь после того, как мы займёмся сексом, я уйду навсегда, — предупредила я, указывая на одну из стен, как будто именно туда бы я пошла, если бы попыталась уйти. Это было не так, но драматический эффект был тот же.
— Урок усвоен. Больше такого не повторится.
— Рада, что мы с этим разобрались.
Он согласно кивнул.
— Но тебе всё же нужно уйти, Огненный Шар. Хотя я и ценю то, что ты прокралась сюда полуголая с подушками и одеялом, я не могу позволить тебе остаться. Это небезопасно.
— Ты сказал, что, если бы я была твоей парой, мне пришлось бы сесть с тобой в тюрьму, чтобы ты не сошёл с ума.
Он прищурился, поняв, к чему я клоню.
— Сегодня ты сказал, что я твоя пара. Это была ложь?
Август прищурился еще больше.
Я держала его за яйца, и он это понял.
— Конечно, нет, — наконец сказал Август.
— Тогда мне придётся остаться с тобой. Тебе просто нужно с этим смириться.
— Огненный Шар…
— Мы уже вернулись к этому? Мне казалось, мы выяснили, что тебе было бы приятнее, если бы я сидела с тобой в этой камере, чем дома вовсю развлекалась бы с Рандой и Ви в каждом ночном клубе, который только найду.
Его хватка на моей заднице болезненно усилилась, и он прорычал:
— Выпускной. Я его пропустил. Ты ходила?
— Да. Ранда не оставила мне выбора.
— Хорошо. Хочу посмотреть фотографии.
— Я могу показать их на телефоне позже. Мы разговариваем.
— Верно. А потом вы пошли на вечеринку?
— Не совсем вечеринка, но да. Они затащили меня и Элая в ночной клуб.
— И?
— И что?
— И ты с кем-то пошла домой? — ему с трудом удалось выдавить из себя эти слова.
Если ему было так трудно даже спросить меня, то он бы совсем сошел с ума, если бы вышел из тюрьмы и застал меня с кем-нибудь другим.
— Нет. Хотя я танцевала с каким-то случайным парнем. Он обнял меня, когда я была на танцполе.
Руки Августа так сильно сжали мою задницу, что мне стало почти больно.
— Я никогда с тобой не танцевал.
— Ты
