же здоровяков, каким был Гуго, подтащили к нам обмякшего человека.
Лорд Анрил удивленно произнёс:
— О, смотрите, это же наш слуга!
А Гуго сказал:
— Это он нанял нас.
—Тебя наняли, Гуго? Убить меня? — я надеялась, что у меня в голосе не слышны истерические нотки, потому что я была на грани.
— Да, леди Маргарет, наняли. Но это моя работа, и я не знал, что нужно убить вас.
Он ткнул ногой лежащего ничком человека.
— Он обманул нас, — сказал Гуго и снова поднял свой меч.
И тут раздался голос капитана Седрика:
— Погоди, Гуго, не убивай его. Он нам ещё понадобится.
Оказалось, что Гуго частенько оказывал подобные услуги. У него был небольшой отряд из бывших солдат, и их нанимали либо в охрану, либо наказать кого-либо.
В данном случае ему сказали, что неверная жена сбежала со своим любовником.
—Заплатили очень щедро, — сказал Гуго, и невнятно, явно не желая говорить точно, намекнул, что якобы тот, чья жена сбежала, хотел заполучить её голову.
Я понимала, что передо мной находится убийца, жестокий убийца, который за деньги был готов хладнокровно убить женщину. И мне просто повезло. Повезло то, что, как сказал Джаббир, сами звёзды сложились так, что Гуго был вынужден отдать мне долг жизни.
К счастью, в этой короткой битве никто не погиб, но раненых было много.
Джон тоже был ранен, но не сильно.
Все, кто пострадал, получили помощь от меня и Джаббира. Мы перевязывали раны, обрабатывали антисептиком, причём сделали это и для своих, и для наёмников Гуго.
После чего, Гуго, всё же не лишённый некоего странного благородства, вместе со своими наёмниками он сопроводил нас до портового города.
Кораблей, которыми мы планировали плыть в Уэльс, ещё не было. Сколько надо было ждать, было неизвестно, поэтому пришлось остановиться в местной гостинице, в которой, к счастью, нашлись комнаты, чтобы расселить нас всех. Потому что капитан Седрик ни в какую не желал селить охрану в другом месте.
Несколько дней прошли спокойно. А потом, словно бы это было спокойствие перед бурей, в один день мы получили сразу два известия.
И первое было о том, что корабль прибыл и через несколько дней, пополнив запасы, будет готов двигаться по нашему маршруту. И это было радостное известие.
А вот следующее известие привело меня в паническое состояние.
До нас дошли слухи, и слухи эти подтвердились из нескольких источников: в Уэльсе князь, сторонник подписания вассального договора с Англией, занял Кардиф.
Когда я услышала это, мне стало сложно дышать.
— Что с моим сыном? Что с моим сыном? — только я могла и повторять.
Но, естественно, что никто не мог мне ответить. Узнать об этом я могла только самостоятельно, прибыв в Кардифф.
Капитан Седрик, Джон, Ричард — все сошлись в том, что мне нельзя ехать в Кардифф, потому что тогда в руках английского короля окажется не только мой сын, но и я.
— И вряд ли, — сказал Джон, — они остановятся перед тем, чтобы не довести до конца и воплотить в жизнь то, что у них не получилось сделать во Франции.
И все замолчали, понимая, что он говорит о моём убийстве.
— Но я не могу оставаться в стороне, — сказала я. — Я знаю, что мой сын там, у них в руках!
— Я переживаю не меньше тебя, — сказал Джон. — Но поверь, ребёнку ничего не угрожает.
Но я не верила ему. Если бы я не знала, что Элеонора отдала приказ о моём устранении, возможно, я бы поверила Джону. Но после такого... Я была уверена, что эта женщина способна на всё ради того, чтобы удержаться у власти!
— Мы идём в Кардифф, — сказала я, после недолгого размышления. — И это не обсуждается.
До Уэльса было две недели пути, поэтому никто не стал спорить со мной. Вероятно, большинство думало о том, что за две недели моё мнение может измениться.
Так и произошло. Но не потому, что я поменяла своё мнение и решила не подставлять свою жизнь опасности, а потому что мы узнали, что в замке Карнарвон находится герцог Кентерберийский.
К герцогу тоже не было доверия, но по крайней мере он не желал мне смерти, иначе бы не отправил своих вассалов на мою защиту.
И мы выплыли в Карнарвон.
***
Шотландия
— У вас получилось передать ей информацию? — спросил король Алан, стоящих перед ним людей.
— Мы постарались задействовать купцов, но они тоже не уверены, что информация вовремя достигнет леди. По-прежнему очень сложно отследить её перемещение, и неизвестно, сможет ли она настолько долго быть где-то, чтобы успеть получить эту послание.
Алан взглянул на стоящую здесь же леди Элери и развёл большими руками:
— Леди Элери, мы сделали всё, что могли.
Элери обычно удавалось сдержать эмоции, и даже сейчас она всё ещё пыталась сохранять видимость спокойствия, но сжатые в кулаки руки выдавали её состояние.
— Благодарю, Ваше Величество, — сказала она. — Я ценю всё, что вы для нас сделали, и то, что и мой ребёнок, и сын леди Маргарет находятся в безопасности. Но вы же знаете, что пока леди Маргарет не будет это знать, она может принять поспешное решение.
— Я понимаю вашу озабоченность, леди, я и сам заинтересован в том, чтобы леди Маргарет…
На её имени король запнулся, и, леди Элери поняла, что и ему не просто.
Но Алан быстро справился с эмоциями и договорил:
—…и постараюсь направить людей в Уэльс. Единственное, вряд ли нам удастся прорваться в Кардифф, и, если леди Маргарет… примет поспешное решение и решит туда пойти, то мы будем действовать по-другому. В Карнарвоне же гораздо легче затеряться, поэтому я отправлю туда человека, чтобы он либо встретил леди и передал ей эту информацию, либо по крайней мере сообщил нам о её судьбе.
В зале королевского замка в Шотландии были большие окна, и поэтому света было достаточно, чтобы увидеть, что между бровей у короля пролегла скорбная морщинка. Почему-то раньше, а леди Элери здесь уже находилась около двух недель, она этого не замечала, хотя виделась с королём Аланом регулярно.
Он почти каждый день приходил навестить сына Маргарет, и сам занимался с ним, а заодно и с сыном Элери и Надда.
Эллери смотрела и не узнавала этого взрослого, рассудительного мужчину, настоящего короля, которого она помнила довольно импульсивным и
