воздуха совместными силами Цварга и Тур-Рина. Вообще, для владелицы полулегальной медицинской клиники у меня установились на редкость доверительные и тёплые отношения с СПТ. Конечно же, СПТ догадывалась, благодаря кому у них получилось переловить в последние годы так много преступников. Кстати, дело об обворовывании игровых автоматов повлекло за собой и другие. Многие владельцы казино были так счастливы, узнав, куда у них ежемесячно деваются огромные суммы денег, что пустили рекламу моих услуг в своих заведениях в качестве благодарности. Клиентов у «Фокс Клиникс» было теперь так много, что Софи записывала пациентов на годы вперёд.
Со смертью Кракена на Тур-Рине стало существенно безопаснее. Власти планеты отметили снижение уровня преступности впервые за много лет.
Лея, Нелли и Кассиан летали со мной на Мордис и обратно — не потому, что так требовалось, а потому, что хотели быть рядом. Теперь я всегда чувствовала, что за моей спиной не просто команда и не долг, а семья.
Я всё-таки вышла замуж за Кассиана. Несмотря на то что не видела в этом никакого юридического смысла, после длительных уговоров я подписала документы и автоматически получила второе гражданство. Как гражданке Цварга, супруге Монфлёра и просто хирургу, которая поставила на ноги весь «зоопарк» Зерракса, мне «простили» мои прегрешения в прошлом.
Лично я прощения ни у кого не просила, но Сенат, посовещавшись, даровал мне право проживания на Цварге. Правда, без разрешения предпринимательской деятельности, но я не расстроилась — «Фокс Клиникс» великолепно развивался на Тур-Рине, да и сами цварги нет-нет да и обращались за консультациями по полукровкам.
Цварги, что с них взять…
Даже удивительно, что среди всего этого гнилого и лицемерного болота нашёлся такой, как Кассиан, который перевернул вверх дном всё, что долгие годы считалось нормой в этом Мире.
Я поймала взгляд супруга — усталый, но тёплый. Его губы дрогнули в улыбке.
— Что? — спросил он. — Опять смотришь, как будто не веришь, что я настоящий.
— Иногда и правда не верю, — призналась я. — Всё ещё кажется, что это сон, который вот-вот закончится. Знаешь, пока я жила на Тур-Рине, а вы с Леей на Цварге, ты мне постоянно снился.
— Тогда не просыпайся, — ответил Кассиан и пересел на кресло ближе.
Его пальцы легко коснулись моей руки, и в груди вспыхнуло то самое чувство — то, ради которого стоило пройти через ад.
Демонстрация, организованная Монфлёром, вылилась в масштабную реформу, изменения в укладе Цварга вообще перевернули весь ФОМ. Женщины теперь могли выезжать с детьми без разрешений, и даже в жёлтой прессе о Мире писали не как о тюрьме, а как о планете, которая наконец-то учится дышать.
И в этот момент я поняла — да, именно так.
После всех переживаний, взрывов, крови, потерь и боли мы всё-таки нашли то, ради чего стоило выжить.
Любовь. Свободу. И себя.
Я положила руку на живот и тихо улыбнулась, глядя, как Кассиан вновь играет с девочками. Он никогда не просил о ребёнке, и мы никогда не поднимали эту тему, но, увидев положительный тест на беременность, я, конечно же, поняла, что оставлю малыша. Кем бы он ни был, мальчиком или девочкой, какой бы расы ни оказался.
Я не планировала даже Лею, но родить в условиях стабильности от любимого мужчины, в котором можешь быть уверена на все сто процентов, разве это не счастье?
***По результатам голосования семь миллионов цваргов и цваргинь высказались категорически «за», и новые законы на Цварге были приняты в том же году. Все поправки в законодательстве негласно стали называться «Революция Монфлёра».
Как это всегда бывает, одно потянуло другое.
Сначала цваргиням дали право покидать планету без согласия мужа или опекуна, просто по собственному желанию. Чуть позднее в силу вступили поправки, значительно упрощающие многие процедуры, в том числе получение образования и принятие на государственную службу. Цваргиням больше не требовалось разрешение от главы семьи, чтобы поступить в Академию Космического Флота, открыть собственное дело или занять административную должность. А за этим встал вопрос о перераспределении опеки над детьми после развода, если таковой случался, о равных правах на владение имуществом, о праве женщин на свободный выбор партнёра. Цваргиням открыто разрешили выходить замуж не только за смесков, но даже за не-цваргов.
Собственно, вначале произошло то, чего АУЦ боялся больше всего: многие женщины покинули родину и произошёл отток населения — на Юнисию, Ларк, Тур-Рин, Миттарию, Пикс и другие планеты Федерации, но буквально через пятнадцать лет был зафиксирован первый прирост населения планеты.
Оказывается, в браках между цваргинями и пикси, а также цваргинями и людьми чаще всего рождались дети полноценной цваргской крови, причем такие браки ещё двадцатью годами позднее в среднем уже имели четыре ребёнка на семью.
Огромное количество цваргинь, наоборот, вернулось с Кейтера и других планет Федерации. Среди них оказалась и Одри Морелли, которая наигралась «в прятки» и больше всего на свете мечтала вернуться к привычной жизни и комфорту. Операция в «Фокс Клиникс» сделала её похожей на чистокровную таноржку, и, что самое удивительное, именно с такой внешностью она случайно столкнулась со своим бывшим женихом в одном из ресторанов Цварга. Кевин Дрейк её не узнал, между ними завязалась беседа, и… через полгода Одри приняла его предложение о замужестве. На этот раз — по собственной воле, а не потому, что так хотели их рода.
А когда она впервые вернулась на Цварг через космопорт, уставшая после перелёта и переминания в очередях, её встречал Кассиан. Он ждал со списком прибывших, привычно просматривая фамилии, и лишь краем глаза заметил знакомый силуэт.
Остановился.
Прищурился.
Сделал шаг ближе — и ещё один, не веря собственным глазам.
— Одри?.. — голос прозвучал хрипло, как будто это слово застряло в горле.
Она улыбнулась нерешительно, чуть подняв голову. Да, та самая осанка, жесты, походка и ямочка на правой щеке, когда она улыбается — выдали её раньше, чем лицо.
Кассиану потребовалось время, чтобы соединить образ: новая внешность, бежевая кожа, иная стрижка волос, а внутри всё та же девочка, которую он когда-то носил на руках через платформу. Разве что чуть-чуть повзрослевшая.
— Привет, Кассиан, — тихо сказала Одри.
И только тогда он полностью признал. Она. Его младшая сестрёнка.
Через год после «революции Монфлёра» Сенат официально отменил принуждение женщин к браку в детородном возрасте вне зависимости от того, были они замужем или нет, и ввёл понятие «личной воли» как обязательного критерия для заключения союза. Договорные браки, ранее популярные
