тебя – Сиван не мог отправить тебя в путь по растерзанным войной землям без оружия.
* * *
Пока Луяо и Да Ша отвязывали лошадей, я прочитала письмо Сивана.
Фэй,
ты обещала писать, когда уезжала из столицы, но так и не отправила ни одного письма. Поэтому, как всегда, я напишу первым.
Надеюсь, ты будешь уже далеко от фронта, когда прочитаешь эти строки. Надеюсь, что и я буду жив. Но если мне не дано одержать победу и если меня уже нет в живых – прости, что мы не смогли провести больше времени вместе, Фэй, и прости, что не сказал тебе все это лично.
Год назад ты сказала, что твое сердце можно завоевать, лишь дав тебе выбор. Чтобы ты могла сама выбрать меня. Чтобы мы были с тобой на равных. Когда звезды свели нас снова, я подумал, что ты выбрала меня. Это все, о чем я когда-либо мечтал. О том, чтобы ты меня выбрала. Любила меня. Трон и пророчество мне безразличны. Я всегда думал только о тебе. Фэй, любимая моя. Звезды предсказали тебе величие, и чтобы быть тебя достойным, я обязан добиться того же. Поэтому я старался не покладая рук. Изучал науку, боевые искусства. Все время посвящал тренировкам. Ради того, чтобы быть достойным тебя.
Я думал, что этого будет достаточно. Пока я делаю все возможное, пока люблю тебя и ты любишь меня, боги будут нас оберегать. Но ты – сошедшая с небес богиня, посланная нам звездами, и тебе предназначено стать величайшей императрицей. Единственный, кто может быть тебя достоин, – самый могущественный человек на континенте. Поэтому я не могу сдаться Есюэ. Поэтому я должен продолжать сражаться.
Ради тебя. Любимая моя! Все, что я делаю, я делаю ради тебя. Надеюсь, однажды ты это поймешь. Надеюсь, я смогу еще раз все тебе объяснить, уже лично, в разговоре. Если же этому не бывать – мы увидимся с тобой в загробной жизни.
Прости за то, что отнял у тебя выбор, отправив домой.
Я готов умереть за тебя, но не позволю тебе умереть за меня.
Твой Сиван
Я дочитала письмо, смяла бумагу и отбросила в сторону.
– Ты не имеешь права обвинять меня в этой войне, – прошептала я. – Никто не имеет права.
После того как лошади были готовы, я забрала у Луяо меч и кинжал, также спрятанные в экипаже на случай, если бы на нас напали.
* * *
Я мчалась так быстро, как только могла. Щека, на которой Цайкунь посадил мне синяк, настойчиво ныла и вспыхивала болью с каждым ударом копыт о землю, словно меня продолжали колотить. Но я терпела боль. Я не думала ни о чем, кроме одного:
Как ты смеешь перекладывать вину за все это кровопролитие на меня, Ронг Сиван? Я не должна нести ответственность за твои эгоистичные желания.
55
«Лишь бы мы успели вовремя, – думала я, пока солнце поднималось все выше, совсем как в моем видении. – Лишь бы то был завтрашний день в моем кошмаре, или следующий… Лишь бы у нас был еще один день, еще один рассвет…»
Я поняла, что мои надежды не оправдались, когда мы подъехали к лагерю: там уже стучали военные барабаны. Я перевела лошадь на галоп.
– Стой! – крикнул Цайкунь. – Тебе нельзя туда, Фэй! Оставайся в лагере! Я передам Сивану твои слова!
– Тебя он не послушает! – бросила я в ответ. Хотя и ко мне Сиван не прислушивался, я могла заставить его меня выслушать. Заставить их обоих, его и Есюэ.
Я выехала на поле, где обе армии стояли друг против друга. На секунду повисла тишина перед бурей. Сиван уже поднял руку, призывая к бою.
– Нет! – завопила я во все горло. – Стойте!
– Фэй! – ахнул Есюэ, сразу заметив меня даже издалека, и его рука застыла на рукояти меча.
– Стойте! – повторила я.
Не убивай его, прошу. В моем кошмаре я видела этот самый момент и знала, чем он закончится.
– Предатель! – выкрикнули из толпы, когда я помчалась в сторону солдат Лан, стремясь достичь Есюэ прежде, чем он…
Кто-то выскочил перед моей лошадью, и от испуга та встала на дыбы. Я крепче стиснула поводья, чтобы удержаться в седле.
– Малыш Ли – шпион Ланов! Хватайте его!
Ко мне подбежали, пытаясь стащить с лошади.
– Прекратите! – воскликнул Луяо, доставая меч из ножен. – Ли на нашей стороне!
На фоне уже слышны были стук копыт, звон клинков.
Сиван. Я должна защитить Сивана.
Я развернулась, ища его взглядом, но меня окружал полный хаос. Вспышки алого и темно-синего, оглушительные вопли.
– Возвращайся в лагерь, – прошипел Луяо у меня за спиной. Нас окружили наши собственные товарищи. – Цайкунь уговорит Сивана сдаться, но ты должна вернуться. Здесь небезопа…
Он не договорил. Я услышала, как его тело рухнуло на землю.
Липкая, горячая кровь брызнула мне в шею, лицо, глаза.
Нет!
– Луяо?..
Я обернулась и увидела, что в горло ему вонзилась стрела с синим оперением. По шее обильно текла кровь.
– Луяо!!!
К нам приблизились солдаты в синей униформе. Я узнала в одном из них стражника, который сопровождал нас с Есюэ в Сянси.
– Идем с нами! – позвал он, ловя мою руку.
– Идите прочь! – огрызнулась я и упала на колени подле Луяо.
Я прижала ладонь к его шее. Надо было надавить на рану, сдержать кровотечение. Я накрыла ее куском ткани, который оторвала от своего ханьфу, и надавила. Кровь не останавливалась.
– Фэй, – позвал Есюэ у меня за спиной. Его пальцы коснулись моей щеки – там, где остался синяк после удара Цайкуня. – Кто это с тобой сделал?
Я едва сдержалась, чтобы снова не броситься на него с кинжалом.
Раздался шум шагов, и нас окружили солдаты Лан, закрывая от воинов Сивана.
Сверкали клинки.
Падали тела.
– Уходим, – сказал Есюэ.
Я не приняла его протянутую руку. Не стала даже на него смотреть. По щекам у меня текли слезы.
– Луяо… – прошептала я, все еще пытаясь спасти своего друга. – Пожалуйста, не умирай. Пожалуйста…
– Передай Чжанси, что я люблю ее, – прохрипел Луяо, – и скажи моему сыну, что его отец умер, защищая семью. Скажи Чжанси… Я надеюсь, что наш сын узнает обо мне из ее историй и вырастет, зная о том, как сильно любил его отец. Я полюбил нашего малыша сразу, когда только узнал, что он у нас будет. Пожалуйста… Скажи ему…
Он затих.
– Луяо! – рыдала я, тряся его за плечи. – Прошу, Луяо, очнись! Очнись…
Кто-то снова коснулся
