по террасе.
Этот факт, казалось, не волновал его ни в малейшей степени. Меня, напротив, почти убила эта информация. Я ненавидела это чувство отсутствия выхода. Я ненавидела быть зависимой. Настолько, что мне больше всего хотелось бы крикнуть это вслух.
Ноар осторожно потянул меня за руку и разжал скрюченные пальцы, все еще сжимавшие его кольцо.
– Ладно, Амайя. Вот моя цена, – сказал он, вынимая кольцо. Почти случайно он снова вернул его мне. – Я помогу тебе, если ты скажешь мне правду. Всю! И поверь, я узнаю, если ты мне врешь.
Я оцепенела, слушая его. Мне казалось, что его требование будет выглядеть иначе и гораздо позорнее для меня. С другой стороны, я не могла рассказать ему, что происходит на самом деле. Он беспощадно использовал бы эти знания для себя. Или того хуже – собственноручно забрал у меня жемчужину и передал бы ее императору. Или подарил бы мачехе ко Дню святого Валентина.
– Это займет слишком много времени, – уклончиво ответила я, но Ноар продолжал упорствовать.
– Тогда изложи кратко.
Снаружи сквозь толстые стены комнаты доносились приглушенные крики. По-видимому, она была хорошо изолирована для… всего, что бы здесь ни происходило. Тем не менее я узнала голос Аскана и бросила на Ноара взгляд, полный паники. Тот не сдвинулся с места. Гребаный упрямец!
Сначала мне захотелось попробовать ему солгать, но что-то мне подсказывало, что это была не очень хорошая идея. Если Ноар действительно видел меня насквозь, можно было бы забыть о его помощи, и тогда я была бы в полной заднице. Впрочем, мне удалось завернуть правду так, что он, возможно, мог бы упустить самое важное…
– Фидрин черпает свою силу из душ умерших. Барон Харрас хотел получить жемчужину власти, чтобы свергнуть его и самому взойти на трон. При этом я, видимо, стояла у него на пути.
Черные глаза принца теней едва заметно расширились. Несмотря на то что внешне он продолжал поддерживать этот невыносимо ледяной вид, я могла наблюдать, как его мысли проносятся с бешеной скоростью. Через слишком долгое время, в течение которого он молчал, он задал один-единственный вопрос. Вопрос, который доказывал, что Ноар прекрасно разбирался в этой игре полуправд.
– А этот драгоценный камень… у тебя?
Все тревожные колокола одновременно зазвенели в моей голове.
– Нет!
Ноар закатил глаза.
– Значит, да, – вздохнул он и яростно выругался. Одновременно с этим в дверь постучали.
– Принцесса Амайя? – услышала я голос Аскана. – Вы там?
Ноар одарил меня тревожным взглядом и позволил своему плащу соскользнуть с плеч. Небрежно бросил его на диван.
– Ответь ему, – приказал Ноар, одним плавным движением стягивая через голову рубашку.
Потрясенная, я уставилась на Ноара. Что он там делал и почему хотел, чтобы на меня обратили внимание золотые воины? Тогда все узнают, что я сделала…
Может быть, именно это и было намерением Ноара? Он устроил мне ловушку? Или он рассчитывал на то, что я заткнусь и он сможет делать со мной все, что захочет?
Когда он целеустремленно подошел ко мне, я отпрянула назад от огромной силы, которую излучало его тело. С Харрасом я справилась с огромным трудом. Против принца теней у меня не было ни малейшего шанса.
– Я сказал, тебе нужно позвать на помощь. – Он прижал меня своим голым торсом к книжной полке у меня за спиной. Мои усилия держать его на расстоянии он полностью игнорировал. Вместо этого он прижался своими горячими губами к моим плечам и покрыл их почти жестокими поцелуями. Я попыталась оттолкнуть его от себя, но Ноар оставался неумолим. Он схватил мою юбку и задрал ее еще выше. В этот момент мой разум переключился на голый инстинкт выживания. В отчаянии я била по нему, царапалась, кричала. Кричала так громко, как только могла. Ноар схватил мои запястья и заглушил мой крик о помощи своим ртом. Я кусалась до тех пор, пока не ощутила вкус крови. Принц теней издал шипящий звук, но ни на секунду не отпустил меня. Вдруг раздался громкий грохот, и в комнату ворвался яркий свет.
– Что здесь происходит? – послышался голос Аскана.
Золотые воины пнули дверь и ошарашенно уставились на открывшуюся им сцену. Повсюду лежали осколки, перья от разорванных подушек и упавшая мебель. А посредине стояла я в своем разорванном платье и принц теней с окровавленной губой и следами царапин на голом торсе.
Мне сразу стало ясно, к какому выводу должны были прийти золотые воины. Ведро ледяной воды не могло быть более отрезвляющим, чем осознание того, что только что сделал Ноар. Все это было тем еще зрелищем! Он использовал свою плохую репутацию, чтобы вытащить меня отсюда. И чтобы сделать это еще более правдоподобным, он даже заставил меня причинить ему боль.
Тот факт, что я, наконец-то, все поняла, Ноар отметил веселым подмигиванием. Потом его лицо стало холодным и невыразительным. Не выпуская меня, он повернулся к золотым воинам.
– Исчезните! – крикнул он на них. Командир Аскан не шевельнулся с места. Он скорее выглядел так, словно собирался броситься прямо на моего предполагаемого мучителя.
– Принцесса Амайя, вы в порядке? – спросил он, в то время как им овладевала ярость.
Ноар рассмеялся.
– Разумеется, с ней все в порядке. Мы просто немного повеселились.
– Я вижу, – презрительно фыркнул Аскан.
– Замечательно, тогда уходите и оставьте меня наедине с моей возлюбленной.
Последнее слово Ноар подчеркнул так отчетливо, словно это оправдывало все, что здесь произошло. Но Аскана это не испугало. Он встретил приказ принца теней с леденящей решимостью.
– Я не сделаю этого. Сейчас я отведу принцессу Амайю в ее покои.
Ноар издал негромкое рычание и отпустил меня так резко, что мои ноги подкосились подо мной. Не стесняясь своей наготы, он выстроился перед тяжеловооруженным командиром и пронзил его взглядом. И, боже, он блестяще сыграл свою роль. Если бы я не знала наверняка, что за диваном лежит труп сенешаля, я бы, без всякого сомнения, приняла его за безжалостного насильника.
– Ты смеешь мне возражать?
– При всем уважении, Ваше Высочество. Я служу золотой наследнице, а не вам. Факт, за который я сегодня, как никогда, благодарю свою судьбу.
Полная восхищения, я посмотрела на старого воина. Он был действительно смелым.
– Пойдемте, принцесса! – Аскан протянул мне руку и ободряюще улыбнулся. Он предложил мне выход, шанс, который я слишком охотно ухватила. Со всем достоинством, которое только можно было собрать, я оттолкнулась от стены. Однако Ноар, казалось, еще не закончил свой театр. На полпути он схватил меня за руку.
– Ты принадлежишь мне. Не важно,
