а таял, уходя в дренаж.
Но главное движение было у пристройки кухни.
Там дымили трубы коптильни и... фритюрницы.
Мы поставили производство чипсов на поток.
Мерца, поначалу ворчавшая, теперь командовала целой бригадой.
Процесс был отлажен до автоматизма:
• Нарезка.(Специальный станок с ножами, который спроектировал кузнец по моим чертежам).
• Жарка.(В огромных чанах с кипящим жиром).
• Магия.Это был мой вклад. Чипсы имеют свойство прогоркать. Жир окисляется. Поэтому каждый вечер я (или Дора, у которой тоже начало получаться) подходили к готовой партии.«Стазис. Сухость. Сохранность».Магическая печать «консервировала» продукт. Теперь эти ломтики могли лежать в холщовых мешках хоть год, оставаясь хрустящими, как в первую минуту.
— «Грозовой Хруст», — прочитал Виктор этикетку на мешке, который принес Маркус на пробу. — Со вкусом... укропа и чеснока?
— Новинка, — кивнула я. — Солдатам нравится острое. Кстати, Маркус говорит, газовая проблема решилась. Привыкли.
Бизнес-план
Я вернулась к столу.
— Виктор, нам нужно расширяться.
— Куда еще? Мы захватили рынок мыла и закусок во всей долине.
— Ткани. Шерсть у нас есть (овцы в деревнях). Красители — в оранжерее (индиго, марена, шафран). Мы можем красить сукно в такие цвета, которые никому и не снились.
Виктор подошел ко мне, обнял со спины, положив подбородок мне на макушку.
— Матильда. Остановись.
— Что?
— Ты работаешь как проклятая. Ты спасла замок. Ты накормила людей. Ты одела их. Может быть... пора подумать о себе?
Я откинулась на его грудь.
Он был прав. Я устала. Приятной, сытой усталостью победителя, но все же.
Я посмотрела на свои руки. Кожа была гладкой (крем Доры творил чудеса), но на пальцах были чернильные пятна.
Я была одета в те самые перешитые брюки и простую рубашку. Удобно, да. Но...
— Ты прав, — сказала я. — Я хочу отпуск.
— Отпуск?
— Да. Пару дней. Без отчетов. Без Доры (пусть сама варит свои зелья, она умница). Без Мерцы и её топинамбура.
Я развернулась в его руках.
— Я хочу заняться гардеробом. Серьезно.
— Синий бархат? — улыбнулся он.
— И шелк. И кружево. Я хочу платье, Виктор. Такое, чтобы Раймунд, когда приедет подписывать мирный договор, подавился своим языком. Я хочу чувствовать себя Женщиной, а не завхозом.
— Ты самая красивая женщина в мире, — сказал он вполне серьезно. — Даже в штанах. Но платье... я буду рад помочь его... снимать.
Я рассмеялась и чмокнула его в нос.
— И еще одно. Самое главное.
Я взяла чистый лист бумаги. Написала крупными буквами:
ЗАКАЗ ИЦХАКУ.
• Ткани (список).
• Духи (настоящие, южные).
• КОФЕ.(Зерна. Любые. За любую цену).
— Что такое кофе? — спросил Виктор, заглядывая через плечо.
— Это, дорогой мой, эликсир жизни, — мечтательно произнесла я. — Это черное золото, которое пахнет счастьем и бодростью. Если Ицхак найдет мне хоть мешочек... я сделаю его почетным гражданином Грозового Створа.
Я свернула список.
— Всё. Офис закрыт.
Я потянула Виктора за руку.
— Идем. У меня в комнате распустилась новая орхидея. И я набрала ванну. А Дора принесла новое масло для массажа.
— Снова эксперименты? — притворно ужаснулся он, но в глазах плясали искры.
— Нет. Заслуженный отдых.
Мы вышли из кабинета, оставив на столе стопки монет, подписанные контракты и мешок с вечно хрустящими чипсами.
Замок гудел. Мельница молола. Купол сиял.
Жизнь удалась.
А кофе... Кофе мы обязательно найдем.
КОНЕЦ КНИГИ ПЕРВОЙ.
