вы бы позволили кому-то другому говорить с этими семьями? Обратиться к народу?
Валин открыл рот.
— Правду? — спросила я.
Он вздохнул, проведя тяжелой рукой по волосам, откидывая их с лица.
— Нет, я бы сделал это сам. Я бы не хотел, чтобы кто-то другой…
— Носил эти следы? — пробормотала я, и он наклонил в этом направлении голову. Уголки моих губ слабо изогнулись. — Я ценю ваше предложение. — И я оценила, потому что думала, что оно исходит из хороших побуждений. — Но это должна быть я
В его чертах появилось что-то похожее на гордость.
— Тогда это будешь ты.
Я сделала вдох, но он был недолгим. Меня охватила нервозность.
— Я… я никогда раньше не выступал перед такой большой толпой. — Мои ладони были влажными, и я подумала, что если бы Кастил был здесь, он бы взял на себя инициативу, пока я не почувствую себя комфортно. Не потому, что он сомневался бы, что я смогу это сделать, или думал, что у него получится лучше, а потому, что он знал, что у меня так мало опыта в этом деле. Я посмотрела на Валина, который ждал позади. — Даже не знаю, что им сказать.
— Правду, — предложил Валин. — Скажи им то, что ты сказала нам, когда мы прибыли. Что ты не завоеватель. Что ты здесь не для того, чтобы забирать.
Моя грудь немного расслабилась, и я кивнула, повернувшись лицом к двери.
— Пенеллаф, — остановив меня, позвал Валин. — Моему сыну действительно повезло, что он нашел тебя.
Узел вернулся, но совсем по другой причине. Однако, когда я вдохнула, на этот раз он заполнил мои легкие.
— Нам обоим повезло, — сказала я ему и поклялась, что на моей коже нагрелось кольцо.
Я повернулась обратно к двери и подняла плечи, когда Вонетта наклонилась ко мне и тихо сказала:
— Ты справишься.
Потянувшись вниз, я взяла ее руку и сжала ее.
— Спасибо.
Вонетта сжала руку в ответ, и тогда я пошла вперед, выйдя на прохладный воздух и яркое полуденное солнце. Мое сердце колотилось, пока я шла к каменным перилам, за мной следовали остальные. Толпа затихла, волной распространяясь за пределы двора, поляны и дальше, на заполненные людьми улицы. Мои руки слегка дрожали, когда я положила их на камень, каждой фиброй своего существа осознавая, что тысячи и тысячи взглядов обращены вверх, видя меня в белом одеянии Девы и золотой мантии атлантийцев. На мне не было короны, потому что я не была их королевой.
И тогда я сказала народу Атлантии то, что сказала генералам, дрожащим, но громким голосом. Голосом, который был слышен.
— Мы не завоеватели. Мы не захватчики. Мы здесь, чтобы покончить с Кровавой Короной и Обрядом.
***
Спустя много времени, после обращения к жителям Оук-Эмблера и встречи с генералами, чтобы уточнить планы на завтрашний и последующие дни, я расхаживала по гостиной, примыкающей к спальне, в которой спала накануне вечером. Валин присоединился к нам некоторое время назад, разделив с Киераном стакан виски. Мой так и стоял нетронутым на столе. Голова была слишком забита мыслями, а в желудке урчало, хотя он и был полон.
— Ты можешь сесть? — спросил Киеран со стула, на котором сидел.
— Нет.
— От твоего шага завтрашний день не наступит быстрее, — сказал он, а ведь завтрашний день не был даже одной из главных причин, по которым я прокладывала дорожку в каменном полу. Это было горе, которое я все еще ощущала с того утра. Это была неуверенная надежда, которую я все еще испытывала от жителей Оук-Эмблера. А также их пробуждающийся гнев, который задерживался в глубине моего горла. — И это заставляет меня нервничать.
Я остановилась, повернувшись к ним лицом.
— Правда?
— Нет. — Киеран поднял свой бокал к губам, стукнув обутой ногой по пуфику перед собой. — Это просто очень отвлекает, и мне кажется, что если я буду пить дальше, то от твоих постоянных хождений туда-сюда меня стошнит.
— Почему бы тебе тогда не перестать пить? — предложила я, с едким тоном. От Хисы, стоявшей у арки комнаты, исходило сладкое веселье.
Валин вскинул брови, поднимая свой бокал, и, несомненно, скрывая ухмылку, поскольку я действительно очень громко плюхнулась в кресло напротив Киерана.
— Доволен?
— Звучало так, будто ты могла пораниться, — сухо заметил он.
— Сейчас будет звучать так, будто тебе больно, потому что я в секунде от того, чтобы ударить тебя, — ответила я.
Киеран усмехнулся.
— Ты имеешь в виду любовный удар?
Мои глаза сузились.
— Итак, я думал о том, что сказал тот жрец. То, что вы все рассказали мне о женщине в Массене, — заговорил Валин, мудро меняя тему. — Если они действительно говорили о Малеке, как ты думаешь, Избет — заговорщик?
— Я не знаю. Не знаю, она ли это, или Малек, или все это просто чепуха, — ответила я, тяжело вздохнув. — Не знаю, как все это связано с тем, почему они провели еще один Обряд. Или почему она создала Восставших, или почему кто-то из них считает, что я играю в этом какую-то роль. Никто из них не может всерьез думать, что я соглашусь с ее планами.
— Перестройка царств может означать захват Атлантии, — предположил Валин через несколько мгновений. — В конце концов, это то, что мы делаем в некотором смысле — объединяем два королевства. Возможно, именно об этом говорил Фрамонт.
Возможно, но мне казалось, что я что-то упускаю.
— Я отправил весточку в Эваемон. Надеюсь получить ответ к тому времени, когда мы воссоединимся, — сказал он, и я кивнула. — Вы все еще планируете проехать через Кровавый лес?
— Мы будем двигаться рядом с ним, — сказал Киеран. — Это самый безопасный путь. Мы хотим подобраться как можно ближе к Карсодонии, прежде чем нас заметят. Нам нужно это преимущество.
Если мы поедем прямо через Нью-Хейвен и Уайтбридж, это увеличит риск быть замеченными. Поэтому мы планировали двигаться вверх по побережью, огибая опушку Кровавого леса, а затем срезать путь между Тремя реками и Уайтбриджем, пробираясь к Ивовым равнинам через часть долины Ниэль, где мы затем войдем на пики Элизиума. Армии будут следовать за нами, захватывая эти города под предводительством Вонетты.
— Путь, который вы выберете, не будет лишен опасности, — заметил Валин. — Новости о нашей осаде Оук-Эмблера скоро достигнут столицы. Кровавая Корона двинет свои армии. Там будут патрули.
— Мы знаем, — заявил Киеран. — Ничто в том, что мы собираемся предпринять, не является безопасным.
Валин сдвинулся, согнув ногу.
— Если ваши расчеты верны, вам понадобится около двух недель, чтобы добраться до Карсодонии.
— Плюс-минус день, — ответил он. — Это если
