и Судьбе за то, что так произошло, – радостно улыбнулась ему, невзирая на горечь слов, потому что я давно уже не переживала и не думала об этом, но и высказаться мне нужно было… тем более, наследник сам виноват, не начинал бы этот разговор, и я бы промолчала. – Меня не интересует ни роскошь дворцовых покоев, ни блеск драгоценных камней, ни власть. Я просто хочу быть счастлива, Ваше Высочество, и я буду счастлива с лордом Эйделом, и это выбор моего сердца. Вам же я желаю встретить ту, на кого отзовётся ваше сердце, несмотря на все трудности, когда-нибудь так обязательно будет… вы можете мне не верить, но зимние праздники - самое волшебное время года, когда сбываются все мечты… главное, когда вы встретите свою избранницу, не упустите её.
Всё. Сказала. Я молодец… это с одной стороны, а с другой – страшновато было, всё-таки вот так обвинениями бросаться в сторону представителя императорского рода, которого сейчас окончательно права на престол лишила.
Наследник недовольно поджал губы, сверкнув синевой глаз, и я в мыслях уже с жизнью распрощалась… если вдруг всё обойдётся, я дворец по широкой дуге буду объезжать, а вместе с ним и всю столицу, а за старшего Фии́ра оставлю!
– Как же я упустил вас, Айрин? – недовольно покачал он головой, словно это я от него с Бала сбежала и по всем глухим углам скрывалась, а он на уши всю Тайную Канцелярию поднял ради моих поисков, страдая и переживая. – Безднов счастливчик Дрэймурт! Знаете, а вы ведь даже говорите почти одинаковыми фразами... жаль, Айрин, очень жаль, мы были бы действительно замечательной парой, весь двор был бы от вас без, и я в том числе... Ну, что же, желаю вам счастья, я не вправе разрушать то, чему благоволят сами Боги и выбор Артефакта Судьбы неоспорим даже для императорского рода... Вы невероятны, леди Айрин Вэлди, и я никогда не прощу себе, что потерял вас.
– Благодарю вас, Ваше Высочество, – присела я в низком поклоне и даже не дышала, боясь спугнуть такую удачу.
– До вечера, леди Айрин, род Эльтари окажет вам особую милость, – холодно обронил принц Арнитар, развеивая щит, и к выходу из лавки пошёл, щедро вокруг себя раздражение и злость расплёскивая.
Удивлённо следила за императорской спиной, искренне не понимая, чего он, вообще, приходил?
Странный какой-то, в самом деле, у него такая власть в руках сосредоточена, такие возможности для достижения любых целей открываются, а он лишь один использовал – богатством и роскошью поманил… А как же другую сторону неповиновения озвучить? Благополучием семьи меня шантажировать начать, за решётку пообещать упечь… определи он меня в камеру, куда дневной свет не пробивается, и из звуков лишь монотонное капанье воды с потолка, медленно с ума сводящее, я бы, скорее всего, через пару месяцев сама бы просила его дать мне ещё один шанс… Пофантазировав ещё немного на тему издевательств над собою же, поняла одно – чушь это полнейшая… Эйдел бы меня вытащил в течение дня, камня на камне не оставив от того места, куда бы меня наследник засунул. Дракон он, или как? Правильно, дракон! А драконы над своими сокровищами трясутся, берегут, и пылинки аккуратненько так сдувают…
– Леди Айрин! Это же… это… – быстро застучали по лестнице каблучки тех, кто самое интересное пропустил, госпожи Нуэр с помощницами, то есть. – Оба принца собственной персоной! Радость-то какая, а мы, получается, только что с будущей принцессой ваше платье обсуждали?
– Получается так, – улыбнулась я госпоже Нуэр, и осторожненько к двери начала подкрадываться, чтобы и дверь закрыть, которую некоторые венценосные нараспашку оставили, и красоту свою на всеобщее обозрение не выставить.
У меня уже получилось ловко провести этот манёвр, как очень знакомый голос, определённо белобрысой ящерке принадлежащий, буквально у меня под дверью раздался:
– Судя по выражению вашего императорского лица, Ваше Императорское Высочество, зря только время потратили и шанс свой единственный упустили, – издевательскую радость, переполнявшую голос лорда Баймура Дрэймурта, не услышать было невозможно – а вам ведь сразу сказали…
– Умолкни, Дрэймурт, и исчезни с глаз моих, – рявкнул раздражённо наследник, и вокруг него снег, аккуратно в сугробы сложенный, белой пылью вверх взвился… всё же принцу Арнитару не только над сообразительностью стоит поработать, но и над контролем сил, – ты что тут забыл? Дел других нет?
– Дел полно…
– Вот и иди по делам, – запрыгнул в экипаж взбешённый Арнитар, забирая с собой и свиту, продрогшую в ожидании, и стражу, его императорскую персону блюдущую, а сейчас ледяными статуями в ровные ряды выстроившуюся...
Красиво… правда, красиво. Стражники все высокие, лица серьёзные, глазами по сторонам сверкают, не в поисках опасности, которая на принцев неожиданно свалиться может, нет… горожанкам они глазки строят, а те в ответ на подмигивания и улыбки не скупятся. Плащи магической защитой поблёскивают, нагрудники сияют… парадный выход, как никак. И таким же парадным шагом за медленно тронувшейся с места императорской каретой двинулись под восторженные крики народа, за сим великолепием наблюдавшего.
Нет, состояние наследника я могла понять, Баймур кого хочешь до неконтролируемой ярости доведёт, но здесь дело явно не только в этих словах, между ними что-то до этого произошло.
– Баймур! – позвала я младшего Дрэймурта, который насмешливым взглядом карету провожал и в общих восторгах не участвовал. – Сюда иди уже! Что ты там замер? Мужиков в доспехах никогда не видел, что ли?
Баймур развернулся с широкой улыбкой, помещение лавки вновь наполнилось женскими охами, а в сторону двери ближайший сугроб помчался, щедрой рукою ящерки противной в воздух поднятый… я даже испугаться не успела, как снежная масса на щит, установленный точно не мной, на входе наткнулась и на ступеньках живописно осела.
– Сам всё уберёшь! Можешь руками, можешь магией! Я никак не пойму, почему дверь в лавку у тебя с сугробами ассоциируется? – рявкнула на белобрысого дракона, который весь труд Фиира, с утра лопатой напахавшегося на нет спустил.
Баймур вновь улыбнулся, вызвал очередной приступ восторга у присутствующих особ женского пола и за произведение архитектурного искусства принялся, воздушными потоками снег по обе стороны дорожки аккуратно уложив, форму причудливую ему придав, и драконьим огнём немного подправив, чтобы сверкающей корочкой льда покрылись. Теперь у меня красота не хуже, чем в Императорском саду была, только вот терпения ни капли не осталось…
– Баймур, а Эйдел где?
–
