между ними исходило не от вражды, но Астерия заметила, как Гаврил наблюдал за ней и Уэллсом. Он слегка прищурился, поджал губы, изучая их обоих с нескрываемым интересом.
Уэллс стоял на своем, когда обнаружил, что его друг изучает их. Астерия заерзала, сцепляя и расцепляя пальцы.
— Каков наш план? — спросил Пирс, скрестив руки. — Домой, а затем в страны?
Астерия чуть не поблагодарила его за смену темы.
— Я знаю, что изначальный план предполагал, что Уэллс и я будем теми, кто поговорит с моими братьями и сестрой, но мы гораздо ближе к возможной войне, чем предполагали. Как два генерал-лейтенанта Эльдамайна, я думаю, ваше с Гаврилом присутствие будет полезным.
— Я склонен согласиться, — сказал Уэллс, и Астерия завороженно наблюдала, как он говорит. — Честно говоря, я сомневаюсь, полезен ли я вообще в этих начинаниях.
— Ты полезен, — выпалила Астерия слишком быстро. Уэллс перевел на нее внимание, его лицо просияло, хотя он и не улыбался. Она попыталась объясниться. — Я имею в виду, твои братья оба… высказали необходимость в тебе. Твое присутствие будет полезно с…
— Я люблю его, но у Пирса характер дооркноба11, пока не узнаешь его получше, — вмешался Гаврил, но Астерия знала истинную причину. То, как оба, Гаврил и Пирс, наблюдали за ней с интересом, выдавало, что ее быстрая реакция не осталась незамеченной. — Уэллс — тот самый обаятельный брат, который умеет подбирать слова.
Астерия фыркнула, и все трое уставились на нее. Она прочистила горло, качая головой.
— Как я и говорила, Пирсу и Гаврилу стоит поехать. Сначала направляемся в Северную Пизи. Таранис будет простым, поскольку он все еще король. Дионн тоже не составит проблем, но один из его многочисленных правнуков теперь король Риддлинга. Он не может просто так призвать их армию, как бы они его ни слушались. Нам понадобится встреча с нынешним королем, и Дионн сможет помочь.
— Что мы им скажем? — спросил Гаврил, положив руку на меч у пояса.
— Все. — Астерия кивнула один раз, встречаясь взглядом с каждым из мужчин. Она снова задалась вопросом, как оказалась в таком положении. — Обсидиановую Чуму, Лиранцев, которых следует избегать, к чему готовиться, и, возможно, разработать стратегию, как лучше всего доставить их на Главный Континент, если между нами вспыхнет война.
— Квин и я подготовили договоры до моего отъезда, — объяснил Уэллс, похлопывая по своему пальто.
— Мы не можем терять ни секунды. — Пирс вздохнул, качая головой. — Веди, Астерия.
Она проигнорировала раздражение от его команды, простив его лишь потому, что он передал ей руководство. Она открыла портал взмахом руки.
— Вы знаете порядок, но держитесь ближе.
Астерия уставилась на завесу, мерцающую перед ними, кабинет ее брата размывался на противоположной стороне. Она сделала успокаивающий вдох, переключаясь на менталитет, необходимый для общения с ним.
— Я думал, ты ладишь со своими братьями, — сказал Уэллс, снова прямо за ней.
— Лажу, — протянула она, глянув на него. Их носы коснулись из-за близости, и ее дыхание прервалось. — Что касается моего терпения, ты, кажется, довольно часто оказываешься позади меня. Это намеренно?
— Поверь мне, Блю. — Она подавила вздох, прикусив нижнюю губу, когда он провел пальцем вверх по ее позвоночнику с легким, как перо, прикосновением. — Оказываться позади тебя — вполне намеренно.
— Небеса, — пробормотала она, закрывая глаза и шагая в портал.
ГЛАВА 35
АСТЕРИЯ
Кабинет Тараниса был скорее не камерой для тихих размышлений, а сценой, поставленной для выступления.
Стены были обшиты панелями из темного полированного ореха. Над камином висел портрет ее брата, написанный маслом — с расстегнутыми пуговицами рубашки, усмехающийся, одна рука на бедре, другая держит кубок.
Массивный письменный стол был завален письмами, золотой чернильницей в форме черепа и шахматной доской, на которой белый король был опрокинут.
Она закатила глаза, потому что знала, что это был ясный намек, который он надеялся, уловит любой посетитель.
— Так мы просто будем ждать здесь, пока он появится? — спросил Гаврил, плюхаясь в одно из кресел рядом с Пирсом. Принц нахмурился, усаживаясь поудобнее. — Ты знаешь, как часто твой брат бывает в своем кабинете?
— Часть моих способностей позволяет мне чувствовать Энергию или Эфир внутри Сирианца, — объяснила Астерия, закрывая глаза. — Я могу чувствовать своих родителей и братьев с сестрой более конкретно, когда нахожусь рядом с ними.
— Так тебе нужно было быть в Северном Пизи, чтобы почувствовать его? — спросил Уэллс, с долей восхищения в вопросе.
— Мне нужно было быть в Замке Эш, — поправила Астерия, приоткрыв на него один глаз. Конечно же, он смотрел на нее с искоркой, которая сжала ее грудь. — Теперь дай мне поработать, Принц.
Астерия снова закрыла глаза и открыла себя для Энергии, прочесывая замок в поисках отпечатка Тараниса. Его божественная сила придавала его Энергии острый край, словно статическое электричество, щекочущее кончики пальцев.
На вкус она была похожа на дождь перед грозой.
— Похоже, он нас уже нашел, — объявила Астерия как раз в тот момент, когда дверь в кабинет распахнулась. — Братец.
Король Таранис Бомонт был младшим братом Астерии, но для Андромедиан это мало что значило. Ему было восемьдесят два года, но мужчина выглядел едва ли на сорок. У него были светло-каштановые волосы с серебристыми прядями, одна сторона выбрита, а остальные волосы небрежно зачесаны на другую. Его ухоженная борода соответствовала цвету волос, а серебристые глаза сверкали озорством, которое и было источником ее родства с ним.
— Что наша мать натворила на этот раз? — спросил Таранис своим низким Пизийским акцентом, закрывая за собой дверь. — И чем я заслужил аудиенцию с двумя принцами Каррафимами?
— Чего она только не натворила? — пробурчала Астерия, тяжело вздыхая, когда Таранис приблизился к ней с широко раскрытыми объятиями.
Он сжал ее в удушающих объятиях, прижав ее руки к бокам. Он потряс ее взад-вперед, и Астерия поймала взгляд Уэллса у него за спиной.
Она сверкнула глазами в предупреждение на ту полуулыбку, что защемила ей грудь.
— Вы двое действительно родственники? — спросил Гаврил, когда Таранис отпустил ее. Она резко повернула голову к нему с суженными глазами, ее челюсть отвисла, пока он откровенно осматривал ее брата с головы до ног. — Невозможно, чтобы этот красивый, широкоплечий мужчина был твоим братом.
Гаврил бросил Астерии хитрую ухмылку, шевеля бровями. Все ее тело напряглось, и она подняла палец, шагая к нему:
— Клянусь Небесами, Гаврил…
— Ты сможешь прибить его позже, — пробурчал Уэллс, хватая ее запястье своей твердой хваткой и притягивая к себе. Ее лицо вспыхнуло от прикосновения, а Таранис склонил голову, что она заметила краем
