Мне его подарили. Дом-портал 3 - Мартиша Риш

Мужчина взмахнул рукавом длинного, до пола, расшитого халата, провел пальцем по воздуху, словно бы распорол пространство. Так и есть, он открыл портал, засунул руку в него, выставил на середину стола блюдо с фруктами, пристроил тут же аккуратную гроздь винограда.

— Твой любимый сорт как раз поспел.

— Спасибо, — Верховная погладила мужчину по плечу, поднесла его пальцы к своим губам, наградила поцелуем, — Ты пахнешь морем и солнцем. Так здорово, мне очень нравится.

— Конечно же, ведь я ключ.

— Именно так. Прошу, останься, я хочу, чтоб новая эльтем на тебя посмотрела.

Мужчина ухмыльнулся.

— Обычно ты не терпишь, когда на меня смотрят другие женщины. Чем же тебе угодила эта?

— Эльтем Диинаэ в нашем мире совсем недавно, она не знает традиций. Я намерена ей их показать.

— Хорошо, — мужчина ловко устроился на полу, прямо у кресла Верховной, откинул голову немного назад, девушка провела рукой по его плечу, вдруг улыбнулась, как будто бы мне.

— Этой ночью ты здорово мне помогла, эльтем Диинаэ. Случился большой прорыв, его было сложно закрыть, а уж заштопать! Наша гора не терпит, когда на месте таких прорывов образуются складки пространства. Приходится постараться, чтоб все вышло гладко и ровно. Иначе ведь отомстит.

Верховная с видимой любовью прикоснулась к стене, погладила ее. И мне тут же, хоть и невольно, захотелось повторить этот жест. Неужели и вправду, наша гора живая, может думать, иметь свои чувства, свою собственную волю, желания.

— Я вижу, у тебя скопилось много вопросов. Можешь спросить, я отвечу.

— А что такое прорыв?

— Портал, который открывают разные существа, да и не только они, чтоб прорваться сюда, захватить гору. Такие случаются не только здесь, но и в любом из миров. Всегда кому-то чего-то мало, тогда он лезет, чтоб отобрать это у соседа. Кто вишни ворует из соседних садов, кто людей, кто питается чужой силой. В нашей власти это остановить и здесь, и в других подвластных мирах, в тех, которые платят нам дань. Чем больше существует эльтем, тем спокойнее везде жизнь. Я имею в виду прорывы, с воровством вишни ничего сделать нельзя.

Мужчина у ног Верховной рассмеялся, зачерпнул из портала горсть сладких ягодок. Кажется, это черешня. Верховная в ответ на этот жест улыбнулась. Как странно она его назвала — ключ. Это имя или особенный статус? Ключ нарочно дразнит эльтем, льнет к ней, ищет прикосновений и в то же время он независим. Эта странная поза — сидеть на полу у ног Верховной — вовсе не знак рабского положения. Напротив, кажется, что этот мужчина ведёт себя именно так, как он хочет.

— Вот, как-то так. Спрашивай еще, эльтем. Я же вижу, ты любопытна. Сотня вопросов вертится у тебя в голове.

— Это хорошо или плохо?

— Великолепно. Любопытство — признак юности, светлого разума, ума, если хочешь. Дети всегда любопытны, со временем это чувство может угаснуть. Тогда к эльтем придет старость. Нельзя этого допускать. Каждая женщина живет свою юность столько, сколько хочет она. Абсолютно любая, не только дроу.

— Я поняла. Что значит — ключ?

— Мужчина который подошел сердцу эльтем. Тот единственный, кого не убьет ее дар. Он примет силу эльтем как свою и не погибнет.

— А другие? — внутренне я вздрогнула.

— Сгорят. Магия эльтем их сметёт, уничтожит. У сильной дроу всегда слишком много дара, он выплескивается наружу вместе с острыми чувствами и с этим ничего нельзя сделать. Мы будто бы чаши полные магии до самых краев.

— Мы все?

— Ты, я, еще две или три эльтем, равные нам по силе. Нас таких меньше десятка. И у каждой есть ключ, к счастью. У тебя тоже.

Я попыталась осмыслить сказанное, не вышло.

— Но ведь у меня были другие мужчины до того, как я встретила Альера. И никто из них не погиб, не сгорел в огне. Я бы точно заметила.

— Сколько их было после того, как ты обрела свое настоящее обличие? Ты же полукровка, Диинаэ. Родилась другой. Выглядела совсем иначе. И только потом стала такой, какая ты есть на самом деле.

— Только один, это Альер.

— Тебе повезло. Никто не погиб. Возьми ты на ложе другого, не избежать бы несчастья. Любой, кроме ключа, просто сгорит в огне твоей страсти. И ты ничего не сможешь с этим поделать. Столько магии, сколько есть у тебя, невозможно сдержать ничем. Она все равно выплеснется наружу вместе с особыми чувствами.

— То есть?

— Альер — твой ключ. Особый статус, повезло, что ты так быстро его разыскала.

— Вот как. Действительно повезло.

Я вдруг представила, что могло произойти с Эстоном, если б я решилась на большее. Одна наша ночь стоила бы жизни моему... другу. А мне кучи нервов. Интересно, сам Эстон знает об этом? Или он попросту не догадался, насколько я сильная. Что же, по крайней мере, о мире Альера можно не волноваться. Кажется, у меня его никто не отнимет. Это же хорошо. Вот только сам он решил меня бросить. Гордец! Такому ничего не объяснишь. И совсем не понятно, что делать дальше. Я не монашка, одна жить не стану, но и убивать страстью я не смогу.

— Ключ только один?

Верховная засмеялась.

— Как правило — да, подходит только кто-то один. Редко двое. За всю жизнь, Диинаэ. Больше ни о чем не желаешь меня спросить?

— Чем я помогла вам в эту ночь?

— Ты наполнила гору силой. Твоя магия была здесь повсюду, гора просто светилась. Прорыв залатал себя сам. Как мне кажется, от испуга. Представляю, что лилось через эту дыру в пространстве наружу! Хотя нет, даже, пожалуй, не представляю.

— Там все сгорело?

— Нет, магия действует немного иначе. Но нашей горе, нашей любимой мамочке, Бездне, твой дар пришелся по вкусу.

— Что это значит?

— Бездна щедро отблагодарила тебя, откликнулась, поделилась каплей своего плодородия. У тебя в животе растет маленькая эльтем. Это величайшее чудо Бездны. Девочек всегда рождается очень мало.

Я нервно икнула, заёрзала на краешке дивана. Верховная вся лучится счастьем. А я? Кажется, экзамен я продула.

— Это невозможно, я пью ммм травы. У меня не может сейчас появиться детей.

— Поверь, когда боги решают послать нам детей, такие мелочи их не волнуют.