под сильным палящим местным солнцем. На мгновение я ощутила, как по всему телу нежно и легко побежал трепет, заставляющий меня по-настоящему расслабиться после стольких напряженных пережитых дней. Я почувствовала себя живой, расслабленной и начала наслаждаться этим полетом. Наша кабина проносилась вдоль острова, окруженного тьмой, наполненного высокими деревьями, густыми растениями, кустами и, возможно, тающего в себе какую-нибудь интересную фауну. Белоснежные лучи звезд скользили по глади воды впереди нас. Прохладный ветер продолжал ласкать волосы. Впервые за столько дней я с легким сердцем выдохнула и счастливо улыбнулась, оставив на мгновение позади месть Ричарду и задание Гардоса. Не хотела сейчас об этом думать.
Мой восторженный взгляд застыл на Нефрите. Я не верила происходящему… неужели мы реально сейчас вместе сидим? Он такой привлекательный, и он мой парень…
— Кстати, ты перестал носить маску. Почему? — мой взгляд застыл на шраме, рассекающим его щеку.
Он тяжело вздохнул, расчесывая ногтями щеку:
— Во-первых, в ней жарко. Дышать нечем. Во-вторых, рядом со всеми вами я почувствовал себя свободным. — он задумчиво посмотрел на меня. — Рядом с вами я почувствовал себя живым. Я надеюсь, они тебя не пугают?
Я тут же покачала головой.
— Кто тебе нанес эти раны? — я хотела, чтобы мой голос казался спокойным, но он слегка задрожал.
— Арктур. — зло выплюнул он. — Когда убил мою сестру…
— Что он с ней сделал?
Внезапно я поняла, что зря задала этот вопрос. Он уже когда-то рассказал мне об этом, но только коротко и с полным недоверием. Но Нефрит, видимо, забыл об этом. Парень прикрыл глаза и судорожно вздохнул:
— Дал приказ запереть ее в печке… живую…
Меня пробрал холод. Сердце сильно сжалось. Я не знала подробности, но внезапно ощутила смертельную боль, которая терзала Нефрита.
Он продолжил, смотря туманным взглядом, как кабина развернулась и понеслась от острова навстречу к сияющему мегаполису.
— Я пытался защитить ее, спасти… и он ударил меня по лицу… своими когтями. Вот откуда эти шрамы.
По моим щекам пронеслась искрой фантомная боль.
— Я их прятал не потому, что стал уродом. — огорченно сообщил Нефрит. — А потому, что хотел спрятать воспоминания о кончине сестры. Но воспоминания не убрать таким способом. Они преследовали меня во снах. Я ненавижу огонь, и когда его вижу, ощущаю жуткую боль в области груди. И на лице. Будто меня вновь перерезали когтями.
— А за что он так с ней?
Нефрит печально опустил взгляд блестящих глаз вниз:
— За то, что я его не слушался, когда Элизабет пыталась сделать из меня энспетра.
Никакие слова мне не лезли на ум. Я хотела оскорбить Арктура и пожелать ему мучительной кончины, но что-то внутри продолжало противиться и не желало плохого отношения. Чертовый кусок его души внутри меня будет еще долго мучать… Я лишь смогла ближе подвинуться к Нефриту, обхватить пальцами его за дрожащие предплечья и тихо произнести:
— Не прячь себя. Мы любим тебя таким, такой ты есть. Твоя печальная история превратила тебя в сильного. А эти шрамы тебя совсем не уродуют. Ты пережил глубокое потрясение, но нашел в себе силы жить дальше.
Он мне искренне улыбнулся и внимательно заглянул в глаза.
— Именно поэтому я и перестал прятать свое лицо. — и договорив, робко поцеловал мои губы.
Я ему улыбнулась в ответ. После кабина прилетела к специальному причалу, где разместилось несколько похожих фуникулеров. Держась за руки, мы спустились на землю и отправились в ресторан на ужин, где должны были встретиться с остальными ребятами.
А после прекрасного ужина отправимся во дворец ночевать.
Но я душой ощущала, что меня будет ожидать неспокойная ночь. Ведь слова Гардоса «Каждый день ты будешь отчитываться перед нами» с грустью напомнили мне о том, что я двойная шпионка…
И как бороться против этого, я не ведала.
Весь день никто со мной не связывался по телепатическому контакту. Значит, нелегкий разговор ожидает меня ночью…
* * *
Сон не хотел забирать меня в свои объятия. Хотя в моей новой комнате есть все для идеального погружения в сновидения. Наташа выделила всем нам по отдельной комнате в западной высокой пирамиде. Моя обитель находилась в самой вершине, и из огромных панорамных окон был виден прекрасный пейзаж громадного необъятного океана, отражающего на своей глади все великолепие звёздного неба. Спутники, звёзды — все так красиво сияло, как и сам город-столица, который называется Тэмиент. Об этом мне поведали на ужине, который прошел прекрасно и весело, за исключением печального Роберта, который быстро перекусил и ушел в замок, бросив напоследок, что нет у него аппетита.
И я знала, что была причиной отсутствия у него аппетита.
И я чувствовала, что являлась причиной собственной бессонницы. Ведь я ждала и одновременно боялась предстоящего телепатического разговора.
Одна только мысль об этом тревожным напряжённым ощущением лилась по венам.
Разглядывая город и чувствуя, как тяжелели веки, я была готова вновь закрыть глаза.
Как услышала то, что так мучительно ждала.
— Ну здравствуй, Беатрис.
Я испуганно дернулась, увидев возле себя подсаживающегося Арктура. Его бирюзовые глаза ярко блеснули, а губы изогнулись в хищной улыбке.
— Тихо, не пугайся. — расслабленно проговорил он.
«Почему я тебя вижу?» — смущенно спросила я, удивившись такому внезапному появлению возле себя. Даже ветер не проскользнул сквозь меня, когда он присел рядом.
Я начала быстро моргать, думая, что это опять галлюцинация, и она вскоре рассеется. Но Арктур не исчезал…
— Связь, Беатрис, между нами крепнет. Я связываюсь с тобой телепатически и вижу тебя, а ты видишь меня. — его голос очень удовлетворенно шуршал, словно Арктуру нравилось говорить это.
«И для тебя я сейчас сижу перед тобой в ночнушке?» — случайно сорвалась эта мысль. Мне захотелось стукнуть себя по лбу, но было поздно, Арктур уже услышал.
— О, да. — довольно усмехнулся он.
Я прикрыла свои плечи одеялом.
«А раньше я тебя тоже видела?»
— Когда? — не понял он.
«Ясно, тогда мой разум надо мной издевался…» — я нервно зажевала губу. Сначала хотела вздохнуть с облегчением, зная, что он не галлюцинация. Но тревога за предстоящий разговор напомнила о себе, и все тело слабо затряслось.
«Неважно. Что ты хотел?» — глубоко вздохнув, чтобы не показывать ему свое волнение, я обратилась к нему.
— Ну рассказывай, Беатрис, как твои успехи. Чего ты сделала за этот день.
Я злобно надула щеки:
«Веселилась»
Арктур удивленно поднял брови:
— И все?
«Вы просили, чтобы я вела себя, как прежде. Я веселилась со своими друзьями. Король был занят весь день, и за мной следила его дочурка. Завтра
