оборвалось..
Я больше не имел права прикасаться к ней, как раньше. Ведь она дочь Ати.. которую я не уберёг, которую предал забвению из-за жалости к себе.. Я был её не достоин тогда и сейчас, как.. и её дочери.
Мне больше нельзя было смотреть на Стелли, как прежде.
И быть рядом с ней в качестве её мужчины теперь тоже неправильно.
Я больше не должен думать о ней в таком ключе. Мечтать о ней, хотеть её.. всё это неправильно!
Защищать её – мой долг, пусть даже от самого себя.
Астеллия:
С момента, как я рассказала Лиру всю правду о маме, его будто подменили. Он только и делал, что согласно хмыкал и кивал головой, отмалчиваясь, пока я говорила.
Я рассказала ему о том, сколько сил мама приложила для того, чтобы скрыть факт моего существования. Рассказала, что ей пришлось скрывать свою беременность на работе, притворяясь тяжело больной. Что она была вынуждена рожать дома, а после уговаривать сестру выдать меня за её ребёнка. Я рассказала Лиру сколько взяток маме пришлось дать, лишь бы стереть наши следы из баз данных Аковама. Я была её секретом, за сохранность которого, маме пришлось заплатить слишком высокую цену. Ведь она всю жизнь боялась, что за мной придут..
Лир кивнул, тяжело вздохнув.
– Дело в том, – начал он, нервно взъерошив волосы. – Что я знаю твоего отца лично, Стелли. Знаю, кто он. И где он.
Мы с Азри переглянулись, не зная, стоило ли ещё чему-нибудь удивляться..
– Но как, Лир? – сдерживая нервный смех, решила я уточнить, поджав ноги к груди.
Старый стул подо мной издал протяжный скрип.
Никакие слова не могли выразить того, что рвалось у меня из груди. Я была растерянна, но одновременно с этим крайне заинтригована!
Лир отвёл взгляд, не в силах смотреть мне прямо в глаза.
– Атанасия и есть та девушка, которую я искал, Стелли. Это она была на Веруме, а после вернулась на Землю. В то время я был её телохранителем. Или что-то вроде того.
– Но как это возможно? Если она была там лишь раз, а мне уже девятнадцать, значит..
Из-за волнения у меня не получалось собраться с мыслями.
Лир покачал головой.
– Да, это было почти двадцать лет назад.
Я скривила губы, размышляя над услышанным.
– Но как почти двадцать лет назад ты мог быть её телохранителем?
– Хороший вопрос, – поддержал меня Азри. – Что-то тут не сходится.
Лир кивнул.
– Верумианцы живут намного дольше землян.
Мне понадобилось какое-то время чтобы понять, что он имел ввиду.
– Хочешь сказать, ты старше, чем кажешься?
Глаза Азри чуть не повылезали из орбит.
– Вечер откровений, – выдал он, схватившись за сердце.
В голове стоял белый шум..
Лир снова кивнул, и наконец посмотрел на меня.
– Я сказал, что знаю твоего отца. Тебе об этом не интересно узнать? – В его голосе звенело искреннее удивление.
Откашлявшись, я попыталась собрать мысли в кучу, чтобы ответить:
– Всю жизнь я только и делала, что ненавидела его. Понимаешь? – Я погладила кончики своих волос. – За то, что бросил нас. Мама говорила, что он понятия обо мне не имеет, но я в это никогда не верила.
Лир тяжело вздохнул.
– Твоя.. мама была права.
Сердце неприятно заныло, ненавистная тень надежды начала прорастать в груди
Значит, я зря винила его?..
– Правда?
Лир подался чуть вперёд.
– Верумианцы бесплодны, Стелли.
– Но, очевидно, это не так, – подытожила я, указав на себя.
– Ты права.. и это всё меняет. – Его взгляд снова ускользнул куда-то в сторону. На этот раз молчание затянулось.. А ведь я ждала объяснений.. – Значит, те дети тоже полукровки. И, очевидно, их родителями.. являемся мы, представители Верума. Система лжёт.. Это всё какой-то абсурд. Мне нужно подумать, Стелли. Завтра мы вылетаем, а по прибытии, сможем задать все интересующие нас вопросы. Что-то здесь не так.
Я тоже не стала спешить с ответом.
– Значит.. Я смогу познакомиться со своим отцом?..
Страх и предвкушение вдруг перемешались во мне, ведь у меня появилась ещё одна причина отдаться судьбе, отправившись в новый неизведанный мир. А ведь я решила отсаться дома.. Но теперь. Всё изменилось!
– Обязательно. Он должен узнать и увидеть своими глазами, что натворил.
– Что это он имеет ввиду? – нахмурившись, уточнил Азри.
