уже забыла о контракте?
– Разве я говорила, что вы не получите моей крови?
Я растянулась на постели герцога. Уютные одеяла окутали мое тело.
– Я всего лишь не буду ее сдавать. В дальнейшем можете просто меня кусать. Воспользуемся традиционным способом, как это было со всеми до меня.
Я немного повернулась на бок. И заметила, как герцог подался вперед.
По его обычно невозмутимому лицу словно пошли трещины.
– Поэтому, если вам так хочется крови… – Я похлопала по одеялу: – Будьте умницей и ложитесь рядом.
Ненадолго повисла пауза. Он молча смотрел на меня с таким лицом, что я совершенно не могла понять, о чем он думает.
– Хорошо.
Герцог большими шагами подошел к постели, не спуская взгляда с меня, лежащей на одеялах.
Не думала, что он вот так сразу согласится. Слегка смутившись, я приподнялась. Матрас немного прогнулся под его весом, когда он сел рядом.
– Предпочитаешь, чтобы я укусил тебя сидя?
Можно и так. Он поднял руку и обхватил меня за плечи. А моего лица коснулась его крепкая грудь.
Приблизившись к моей шее, он коротко перевел дыхание и без колебаний впился зубами в тонкую кожу. От укуса образовались ранки, но герцог не остановился и только сильнее вонзил зубы.
Жар образовался где-то в ключицах, а затем хлынул по всему телу. Я ясно чувствовала, как его язык касается моей кожи.
– Кх…
Сквозь стиснутые зубы вырвался стон.
Шею пронзила жгучая боль.
Я жадно вдохнула.
«Ого, а он действительно укусил. Как животное».
В этот миг он был похож не на вампира, а на огромного дикого зверя. У меня даже возникло чувство, будто мне в горло впился огромный северный хищник. Существо, которое невозможно приручить, поглощало мою кровь. Я тяжело сглотнула, ощущая, как пульс громко стучит на шее, в месте укуса.
Когда я издала тихий стон, он медленно отстранился от моей шеи.
Я быстро прижала руку к месту, которого касались его губы. В окне напротив отражался мой силуэт. На шее я видела красные точки, оставшиеся от его зубов.
Этот мужчина опасен. Конечно, я сама его спровоцировала, но никак не ожидала, что он действительно меня укусит.
Боль была сильной, но еще сильнее оказалось замешательство… Его вызвало головокружение, возникшее в тот миг, когда он ко мне присосался.
Сердце забилось так громко, что я оказалась не в силах его контролировать.
Меня мутило. От частого дыхания закружилась голова. А он лениво наблюдал, как я пошатываюсь.
Мне казалось, что все во мне застыло, и потребовалось некоторое время, чтобы с трудом прийти в себя. Мои руки, на какое-то время ставшие бесполезными, легли ему на грудь и с силой оттолкнули.
Он отстранился легче, чем я думала.
Я приоткрыла губы, хотя шея все еще пульсировала от жгучей боли.
Он лениво облизал губы. В уголках его рта я видела кровь.
– Вам, леди, похоже, очень скучно.
Отпустив мое плечо, которое все это время сжимал, он отдалился.
– Что ж, иногда новый опыт не повредит.
Достав из кармана носовой платок, он вытер уголки рта.
– Ты снаружи?
– Да, ваше высочество, – послышался голос ожидавшего за дверью солдата.
– Сейчас же возьми леди…
Скомкав окровавленный платок, он выбросил его в мусорное ведро.
– И брось ее в темницу.
* * *
Темница располагалась на втором подземном этаже.
Она была темной и холодной. На стенах собиралась и стекала вниз вода.
Единственным источником света служил факел, висевший прямо перед темницей. Пламя колебалось, отчего тень стоявшего на страже человека качалась из стороны в сторону.
На полу лежала солома, но она никак не защищала от холода. По ней ползали крысы, время от времени издавая звуки, похожие на хруст соломы в зубах.
Я подула на руки. Тепло задержалось на коже лишь на мгновение, а затем рассеялось в воздухе.
Сжав замерзшие ноги, я присела на корточки и уткнула голову в колени.
Герцог вряд ли станет держать меня в темнице долго, чтобы не навредить мешку с кровью, но я понимала, что, несмотря на холод, должна продержаться хоть немного.
Он приказал бросить меня сюда, чтобы сбить мой настрой.
Потому что девушка, да еще и аристократка, должна испугаться, когда ее запирают в темнице. Так что он, вероятно, считал, что уже через пару минут я начну молить о прощении.
Но я не собиралась послушно подчиняться.
Должно быть, прошло два часа или около того.
– Вам нравится тюремная еда?
Над головой раздался знакомый голос.
– Не знаю, придется ли она по вкусу вашему благородному язычку. Вы ведь сбросили со стола еду, которую приготовила я, сказав, что она вам не нравится.
Подняв голову, я увидела старшую служанку. Слышала, всех, кто держал меня тогда за руки, выгнали. Но ей, похоже, как-то удалось выжить в том водовороте.
– Думаю, те, кто отвечал за качество крови и кого разогнали вашими стараниями, вскоре снова соберутся вместе. И мое положение, которое пошатнулось, когда всех служанок выгнали, восстановится. Слышала, вы попросили для себя должность… Похоже, намеревались заполучить мое место.
Она тихо рассмеялась. Перекошенный рот выглядел свирепо.
– Леди, если вы попросите прощения, я поговорю с герцогом. Да и вообще, вам следовало и дальше послушно подчиняться нашим указаниям. Вы ведь оказались в таком положении, потому что внезапно взбунтовались, не так ли? Как будто в вас вдруг поселилась какая-то уверенность.
В ее словах слышалась явная издевка.
– Почему бы вам не пойти и не продемонстрировать свое послушание? Кто знает, может, сработает?
Окинув взглядом мой потрепанный наряд, она продолжила:
– Слышали довольно известную историю? О том, как принцесса соседней страны выжила, заискивая перед королем-тираном. Несмотря на все трудности, в последние годы своей жизни она пришла к власти и была счастлива.
– Это сто лет назад было.
– А вам, леди, разве эта история не подойдет в качестве примера? В вашем-то текущем положении.
– Старшая служанка, – сказала я, переведя дыхание, – разве власти она достигла таким путем? Не вижу никакой разницы с дрессированной собачкой. Стоит такой немного разозлить хозяина, как вся сила полностью исчезнет.
– Ч-что?
Ее лицо покраснело, как будто она даже представить не могла, что я отвечу.
– Свою жизнь следует строить собственными руками. А ты, похоже, годишься лишь на место любимой собачки.
Лицо старшей служанки исказилось.
– Посмотрим, как долго вы сможете оставаться столь высокомерной. Скоро ваша жизнь станет даже хуже, чем у заключенного. Я приложу к этому все усилия.
Она подхватила юбки и резко развернулась. Даже этого краткого мига хватило, чтобы подул ветер, и мое тело задрожало от холода.
