ты — Предвестник Смерти и Разрушения.
Мой желудок сжался от вернувшегося ужаса. Если бы людям сказали, что я — Предвестник, война и ее последствия были бы намного сложнее.
— Я не верила в это, — продолжала она. — Я сказала, что ты войдешь через черный ход. Через шахты. — Прислужница улыбнулась, и Киеран выругался позади меня, но было в ее улыбке что-то такое. Что-то знакомое. — Именно так я бы и поступила.
Не было ничего удивительного в том, что они подозревали, что я попытаюсь сделать что-то подобное. Мы это знали. Удивительно было то, что эта Прислужница предположила все правильно.
В данный момент все это было неважно.
— Она знает, что я сделаю, если та убьет его. Она не посмеет.
— Но все-таки посмеет. — Прислужница шагнула вперед. — Я ее любимица… после тебя.
Опять. Было что-то в том, как она это сказала. Это сломало мою ярость. Хотя я не была уверена, что это было.
— Поппи, — тихо сказал Киеран позади меня. — Если она говорит правду…
Я не стану рисковать Кастилом.
Только не снова.
С каждым вдохом я чувствовала все меньше привкуса дыма, огня и смерти. Я поглотила эфир. Нити втянулись, заскользили по траве и дороге, а гул в моей крови утих. Гнев остался, только был на привязи. Когда серебристое сияние исчезло из моего зрения, глубокая пульсация в плече ожила, напоминая мне, что один из них успел ударить меня.
Я должна буду разобраться с этим позже.
— Что теперь будет? — спросила я.
Подбородок Прислужницы опустился.
— Мы проводим тебя в Карсодонию, где ты встретишься с королевой.
Я рассмеялась.
— Этого не случится.
— Не думаю, что ты понимаешь…
— Нет, это ты не понимаешь. — Я преодолела небольшое расстояние между нами, остановившись прямо перед ней. Вблизи я поняла, что мы одинакового роста. Ее телосложение было немного более узким, чем мое, но не намного. — То, что я не буду тебя убивать, не означает, что я соглашусь с любыми твоими планами.
— Это было бы ошибкой. — Ее глаза сузились за краской. — Почему у тебя грязь на лице?
— Почему у тебя на лице краска? — ответила я.
— Туше, — пробормотала она. — Но это не ответ.
Ветерок зашелестел, донося запах гнили и… несвежей сирени. Мой взгляд метнулся к неподвижным Восставшим.
— Они воняют.
— Это грубо.
Я оглянулась на нее.
— Но не ты.
— Не я, — сказала она, и это было странно.
Но это также не имело значения.
— Я думаю, тебе просто нужно забрать свою веселую банду вонючек и убраться с нашего пути».
Прислужница рассмеялась — смех был глубоким и коротким, но звучал искренне.
— И позволить тебе и твоей веселой группе чрезвычайно симпатичных мужчин пройти? — Она наклонила голову к моей, говоря так тихо, что я едва слышала ее. — Этого не случится, Пенеллаф.
Уставившись на нее, я открыла ей свои чувства и ощутила приторное веселье. Это было все. И это не говорило мне ни о чем.
— У тебя нет выбора, Королева Плоти и Огня, — сказала она. — Если ты умна, как я надеюсь, то должна понимать, что не сможешь попасть в столицу незамеченной. Ни через шахты, ни через ворота.
Я обратила внимание на ее выбор слов. Она не сказала, что мне не удастся сбежать. Только то, что я не попаду в столицу незамеченной. Это было странно.
Но также она была права.
Не будет никаких подлых атак. Я не стану рисковать Кастилом, позволив Риверу наконец получить то, чего он хотел. Это был не самый лучший путь в столицу. Мы будем под охраной, но это был путь внутрь.
— Отпусти моих людей, и я не буду с тобой спорить, — сказала я ей.
— Конечно, нет, — рявкнул Киеран, тут же появляясь рядом со мной. — Мы не разделимся.
Я повернулась к Киерану, но он оборвал меня прежде, чем я успела сказать еще хоть слово.
— Не начинай. Мы не оставим тебя. Никогда. — Последнее он сказал в сторону Прислужницы. — Этого не случится.
Его преданность была восхитительна, и я…
Дракен шагнул вперед.
— Если ты хочешь, чтобы Королева Плоти и Огня, Несущая Жизнь и Несущая Смерть… — сказал он… признаться, я предпочитала его вариант титула, который дало мне пророчество, — сопровождала тебя в столицу, тогда ты позволишь ее советнику и мне отправиться с ней в качестве подтверждения доброй воли.
Взгляд Киерана задержался на мне, в нем читалось ясное предупреждение, что ни он, ни Ривер не позволят мне ехать одной. Проглотив разочарование и беспокойство, что это было слишком опасно для них, я повернулась к Прислужнице.
— Это твой выбор. Потому что, вопреки твоему мнению, у меня нет его нет.
— Как скажешь, — ответила Прислужница. — Мне все равно. Вы же не пленники.
Киеран повернул голову в ее сторону.
— Что? — спросила она, расширив глаза в притворном удивлении.
— Мы не пленники? — спросила я.
— Нет. Вы будете гостями. — Прислужница поклонилась с таким пышным видом, на который, как я думала, способен только Эмиль. — Почетные гости. Ты, в конце концов, дочь королевы и бог. К тебе и всем, кто тебя сопровождает, будут относиться с величайшим уважением, — сказала она с яркой, слишком широкой улыбкой. — А если они не хотят присоединяться к тебе, то могут сразу убираться к черту, мне все равно.
Я ни на секунду не поверила в то, что к нам обращаются с уважением.
— В любом случае, надеюсь, мы скоро отправимся в путь. Королева хочет поговорить с тобой о будущем королевств и об Истинном Короле царств, — добавила она, перехватив мой взгляд и…
— Ты ни разу не моргнула. Это жутко, — сказала я ей, оглядываясь на Восставших. Они все еще не двигались. — Хотя не так жутко, как они.
Она фыркнула.
— Ты еще не видела жути.
— Полагаю, есть к чему стремиться.
— Тогда… — Она шагнула в сторону, протягивая руку.
Поднялась смесь ужаса и предвкушения.
— Я буду… — Во рту появился цветочный привкус, а по плечу, груди и ногам прокатился вихрь мурашек.
Киеран схватил меня за руку, но я этого не почувствовала.
— Поппи?
— Я… — Внезапно меня охватило головокружение, за которым последовал резкий приступ тошноты. Я отпрянула от Киерана, наполовину боясь, что меня вырвет на него. Мои широкие, жгучие глаза встретились с глазами Прислужницы.
— Сумеречный камень, — хрипло прошептала я.
Она смотрела на меня, ее губы шевелились, но я не могла расслышать, что она говорит. Я вообще ничего не слышала. Мое сердце заколотилось, а затем земля ушла у меня из-под ног.
И потом… не было ничего.
ГЛАВА 23
— Ты должна отпустить, детка.
