было много. Старых слуг, за исключением чейна и чьянши, без которых в Риан Ал Джаре воцарился бы хаос, после переворота осталось очень мало, а вот количество обитателей возросло. Все островитяне плюс дружина хильдов обосновались в замке. В город они наведывались не часто из-за открытой неприязни местных жителей. Управляющий кое-как сумел набрать новых слуг, в основном из таких, как Лейт, пришлых, поскольку местные не очень-то хотели работать на ненавистных колдунов; тем не менее, рук катастрофически не хватало. Утро Лейт начинала с уборки множества жилых комнат, вечер заканчивала в кухне, за мытьем посуды.
Мальчишка — его звали Тиор — ее помощник и спутник в этой опасной авантюре, был из местных. Несмотря на свои десять лет, росточку он был маленького, худенький, подвижный и шустрый. Его взяли помощником истопника: в замке, несмотря на множество хэльдов Тепло, была еще дополнительная система отопления горячим воздухом, а в башнях Дружинного дворика — множество кафельных печей, обогревавших каменные своды. Сейчас, в самый холод, огромный замок нуждался в обогреве. Островитяне, привыкшие у себя на небесах к постоянному ровному теплу, желали ходить по теплым полам и в легкой одежде. Другой у них попросту не было.
Лейт еще раз оглядела себя. Пора идти. Аррас вот-вот начнется, нужно бежать на кухню и помочь остальным вынести закуски и напитки. Поправив шелк на плечах, она вытащила талисман и оставила как украшение поверх платья. Получилось очень нарядно, и в то же время скромно и с достоинством.
Примчавшись на кухню, она еще раз глянула на себя в зеркало и улыбнулась. А что? Хорошенькая… Лучше многих. Увидев за спиной плотную фигуру чьянши, она съежилась в ожидании нагоняя за безделье, но та лишь усмехнулась и велела:
— Сбегай-ка помоги ведьме одеться. А то Сейна говорит, она еще и не начинала, сидит распустехой и не шевелится. Без нее аррас не начнут.
Ведьмой в замке называли Кианейт.
Она постоянно изводила прислугу пустяковыми придирками, и, надо сказать, те отвечали ей таким же недобрым отношением: портили одежду, сыпали в пищу острые специи, прятали нужные ей предметы обихода. Лейт сразу же отвергла эту жестокую игру, благодаря чему ей удалось быстро и легко поладить с надменной островитянкой. Чьянши часто посылала именно ее в покои Кианейт, заметив ее спокойно-равнодушное отношение.
По правде сказать, Кианейт не казалась девушке ни надменной, ни зловредной. Возможно, она и сыграла в гибели Холгойнов какую-то зловещую роль, но сейчас, кроме попыток спрятаться за гордым видом и гневными окриками, ничего зловещего в ней Лейт не обнаружила. Наоборот. Зная тайну ее положения, сгоряча выболтанную Джерхейном, она видела, что ее высочество безумно испугана и старается это изо всех сил скрыть. Отец мало интересовался ее состоянием и настроением: все, что от нее требовали, это присутствовать на официальных мероприятиях. Лейт видела, с какой неохотой та собирается на подобные встречи, и искренне жалела несчастную и одинокую женщину.
Комнаты ее высочества носили следы жалких попыток переделать обстановку по образу и подобию агвалларской, но гордая островитянка быстро сдалась. Холодные серые и бледные голубые тона занавесей все равно превращались в огненные, поскольку солнце, рвущееся в большие стрельчатые окна, заливало их расплавленным золотом. Яркие ахтамарские ковры на полу и стенах не имели ни одного серого оттенка, зато изобиловали зелеными, синими, золотыми — ярчайшими красками живой природы. Даже спальня ее высочества, ее собственный островок, ее убежище, устроенная поначалу на чуждый манер, теперь носила следы смешения культур. Богато расшитое покрывало и все тот же толстый и роскошный ахтамарский ковер, множество больших и маленьких подушек с разноцветными кистями уже вытеснили белый кружевной покров, хотя обтянутые серой кисеей стены и плотно зашторенные от солнечных лучей окна все еще напоминали об истинном происхождении хозяйки спальни. Лейт уже знала, что ее высочество не любит ни темноты, ни яркого солнца, и магические светильники на стенах, делающие комнату очень светлой, прямо-таки белой, тоже давно не удивляли.
Из спальни доносились жалобные всхлипывания. Несомненно, гордая островитянка плакала, не просто плакала — рыдала в голос. Лейт постучала, и, не дождавшись ответа, решительно вошла в комнату. На Кианейт было больно смотреть — покрасневшие глаза, припухший нос, дрожащие губы сделали надменную холодную красавицу несчастной и жалкой.
Лейт не была жестокосердной, и даже всеобщее осуждение не могло удержать ее от сочувствия. Заставив островитянку выпить воды, она на свой страх и риск выбрала ей одежду и вежливо попросила:
— Примерьте, госпожа. Аррас вот-вот начнется.
— Не хочу, — всхлипнула та.
— Они придут за вами, — сказала Лейт мягко. — И заставят.
Та неохотно переоделась. К ее пепельным волосам, белой коже и серым глазам изумительно подходили голубые и сиреневые одежды, но Кианейт, казалось, было все равно, как она выглядит. Лейт вздохнула, силой усадила ее в кресло и причесала, как умела, на свой лад, по ард-элларски: гладко убрала волосы назад, заколола узел, обвязала его лентами.
— Спасибо, — прошептала та.
Лейт поклонилась.
— В городе говорят, что мой муж Джерхейн собрал войско, чтобы захватить Эргалон, — сказала она медленно. — Ты ничего … не слышала?
Лейт ответила осторожно, стараясь случайным словом не выдать свою осведомленность.
— Я редко бываю в городе, моя госпожа. У меня там никого нет. Но о войске я тоже слышала, — ответила она почтительно.
Кианейт рывком поднялась и подошла к зеркалу.
— Он не посмеет напасть на собственный дом. Замок очень хорошо защищен. Если он попытается… Риан Ал Джар рухнет!
— Почему? — спросила Лейт испуганно.
— Стены замка защищены боевыми шайолами, — сказала та, и, видя непонимание Лейт, пояснила. — Это разновидность магии Кэлленара. Очень сильная. Ваших илларов этому не учат. Да и у нас шиаллахом владеют немногие. Это очень действенное и очень страшное оружие, — тут на лице островитянки проступил плохо скрываемый страх.
— А как же… правило? — заикаясь, спросила Лейт. — Илларам же нельзя убивать и вообще… оружие не для них.
— Нет такого правила, — бросила Кианейт с горечью. — Оно только для вас, теллариан. Чтобы не могли поднять руку на Остров. Мы все погибнем, Лейт, — ее глаза потемнели. — Они не пощадят никого! Джерхейн нападет на замок и тем самым активирует все, что они на него навесили. Стены этого не выдержат… И люди тоже, — она
