Остров Колдунов - Ольга Белошицкая

— Пойдемте, госпожа, — твердо сказала Лейт. — Нас ждут. Если Холгойн придет, это случится не скоро.

Гостей действительно собралось много. Лейт с откровенным любопытством разглядывала незнакомые лица, однако особо глазеть было некогда — приходилось бегать разве что не вприпрыжку, чтобы поспевать за всеми указаниями чьянши. Когда же в конце концов отзвучали благодарственные и приветственные речи, гости разбрелись по углам и диванам, самостоятельно выбирая угощение и наливая себе вино, стало чуть-чуть посвободнее, она и еще несколько девушек, пользуясь молчаливым разрешением чьянши, остались в зале, чтобы при необходимости прислуживать Кианейт и другим гостьям, которых, впрочем, по пальцам можно было пересчитать. Жены высокопоставленных лиц, глав больших карн и дочери знатных родов, красивые чисто риалларской, яркой, броской красотой, чувствовали себя на этом оживленном сборище гораздо свободнее, чем его хозяйка.

Лейт пристально следила за Кианейт. Разговор в спальне потряс ее до глубины души. Она не слишком хорошо разобралась, о чем именно говорила островитянка, но, несомненно, информация была важной и нужной. Завтра следовало срочно бежать к хэльду Окно, связываться с Раммером. Связывались они не напрямую: Лейт должна была вызвать через Окно хозяйку дома, где остановился Джерхейн, рассказать, что у нее все хорошо, только она сильно скучает по родным, а потом идти в безопасное, тихое место подальше от посторонних и ждать, пока с ней свяжутся.

Она пыталась разглядеть на лице островитянки следы недавних слез, но та лишь слабо улыбалась, превратившись обратно в хорошо знакомую надменную красавицу. Серый и синий шелк и серебро украшений выделяли ее из золотисто-красно-зеленой массы гостей холодным пятном на фоне изобилия сочных радостных красок. Лейт два раза подавала ей кубок сахди, и оба раза убеждалась, что та не отпила ни глоточка, только пригубила с теми, кто подходил с приветствиями. Ей кланялись, расточали комплименты, заверяли в верности, клялись в преданности, пряча за вежливыми лицами и натянутыми улыбками умело сдерживаемую ненависть.

Ее в очередной раз позвали, она подала кувшин, разлила сахди по кубкам, поклонилась и отошла к окну, откуда весь аррас был виден как на ладони. Дым ал-за клубами вился под потолком, аромат его немного кружил ей голову. На мгновение Лейт захотелось поменяться местами с какой-нибудь веселой и хорошенькой гостьей, потягивавшей сладкое вино и развлекавшейся пустыми разговорами. Потом она вспомнила Кианейт и передумала. Море врагов и ни одного друга — нет, она не смогла бы жить в столь враждебной обстановке. Может быть, несмотря на столь неудачное начало самостоятельной жизни, она еще сможет подарить и пламя Койе, и нежность Тармил любимому человеку. А вот что ждет на этом пути Кианейт… страшно даже представить.

Ее размышления прервало очередное требование подлить вина. Она принесла узкогорлый кувшин, поклонилась — толстый мужчина в богато украшенном пейере, длиннополом приталенном камзоле, небрежно сорвал печати и принялся самостоятельно разливать сахди своим собеседникам. Не удержав кувшин, он наклонился и уронил бы его на пол, если бы Лейт не успела повернуться и перехватить его. Толстяк пустился в извинения и благодарности, Лейт смутилась и тихонько отошла в сторону. Проходя мимо двух энергичных курильщиков, окруживших себя завесой ароматного дыма, она закашлялась до слез и едва не упала, если бы стоявший рядом человек не поддержал ее под руку. Заботливо отведя ее в сторону, он усадил ее на подушки и поспешно налил воды. Отхлебнув, она убедилась, что в кубке была, конечно, не вода. Сахди… Осторожно отпив несколько глотков, она поблагодарила его за помощь.

— Ну что ты, — рассмеялся он. — Будь я правителем, я бы запретил курить на аррасах. Так и задохнуться недолго. Ты пей, — увидев, что она осторожно отставила кубок в сторону, он долил сахди себе и ей. — Я вижу, что ты не гостья, ну и что с того? Ты ведь уже достаточно набегалась за вечер и имеешь право отдохнуть. Если что, я скажу чьянши, что ты всего-то выполняешь мою просьбу. Просьба гостей арраса — закон для хозяев.

Лейт неуверенно отпила. Вкус этого редкого в Ард Элларе напитка казался ей восхитительным. Дома виноградная лоза арали произрастала только в южных провинциях, довольно далеко от Улле, и если в город и попадало несколько кувшинов, стоили они чрезвычайно дорого. Родственники предпочитали инту, настоянную на горьких корнях или разбавленную овощным соком. Отвратное пойло, однажды она попробовала тайком и зареклась прикасаться. Сахди же не имело ничего общего с тем крепким и невкусным напитком.

Она неуверенно подняла глаза на своего собеседника. Он был всего на голову выше ее, и, как ей показалось, едва ли старше Жевра, и такой же плотный и крепко сбитый. Лицо — круглое, открытое и улыбчивое. Карие глубоко посаженные глаза, темные густые брови, кудрявые темно-русые волосы до плеч — и скромный темно-синий илларский ранд без каких-либо знаков отличия. Совершенно неожиданно для себя самой Лейт почувствовала к нему необъяснимую симпатию.

— Как мне тебя называть? — спросил он, снова доливая ее кубок.

— Лейт. А вас?

— Андиан. Мне кажется, ты здесь не так давно. Я частенько бывал в Риан Ал Джаре, а тебя вижу в первый раз. И говори мне «ты», пожалуйста.

— Я и правда тут недавно, — пояснила она и вкратце пересказала свою легенду, добавив несколько продуманных душещипательных подробностей.

Он слушал ее, сочувственно кивая головой.

— Да уж, досталось тебе… У нас тут, к счастью, тихо. И уж гораздо спокойнее, чем в Майре. Хотя хэльды тоже… гаснут. Все чаще и чаще, — он вздохнул. — Тебе нравится у нас?

Лейт задумалась. Да, Эргалон ей понравился. Красивые светлые дома, величественные храмы, множество зелени, даже сейчас, в холодный сезон, яркие одежды и приветливые, жизнерадостные люди. Но ей все равно хотелось домой. Она плохо понимала, что именно толкнуло ее на эту авантюру с Риан Ал Джаром — то ли отчаяние после такой неожиданной и бессмысленной гибели Жевра, то ли гипнотизирующий, просящий взгляд Холгойна. Ей захотелось ответить честно, искренне, и она сказала, что думает:

— Нравится. Но я все равно хочу домой. И не хочу тоже. Не знаю, — и, вздохнув, решительно допила сахди.

— А ты не торопись домой, — улыбнулся он. — Конечно, Риан Ал Джар теперь не узнать, островитяне, похоже, поселились здесь надолго, если не навсегда, но, я думаю, мы