- Великие Боги! Как же ты меня сводишь с ума! – грудной, почти звериный рык опалил мне шею, когда к моему большому огорчению, Дагнар прервал поцелуй и потянулся вниз, к моей груди, минуя, естественно, чёртов ошейник. А раздавшийся почти в ту же секунду треск ткани моей сорочки под вцепившимися в неё мужскими кулаками будто ударил лёгким током по сознанию и зудящей коже. Причём всё произошло и происходило настолько быстро, что я только и успевала, как неосознанно охать, ахать и всхлипывать, реагируя на происходящее не менее бурными желаниями и ощущениями.
Например, как сейчас, когда губы и язык Дагнара прижались к моему декольте и оставили на коже влажную дорожку из горячих поцелуев, в конечном счете, остановившись на чувствительном соске и с несдерживаемой жаждой вбирая его в рот. Я даже чуть было не вскрикнула, как только простреливающая вспышка острого возбуждения буквально пронзила мою киску, переходя в сумасшедший ритм из обжигающих спазмов.
Господи, я как будто глотнула лишку какого-то убойного афродезиака, и теперь у меня реально сносило крышу от сумасшедшей похоти, какой меня, возможно, никогда раньше ещё не пробирало. А Дагнар будто усиливал её в разы своими греховными поцелуями, извивающимся на моей коже языком и властными ласками знающих рук, которые теперь шарили по моему телу без какого-либо стыда и совести, избавляя меня попутно от ненужных тряпок.
- Кто бы… что-то об этом говорил… - я почти простонала свои слова, запрокидывая голову и крепче обхватывая голову мужчины, которая, к слову, уже находилась на уровне моего живота, и где чужой развратный язык выписывал возбуждающие узоры своей страсти, неумолимо приближаясь к более чувственному лобку. И когда жаркий вакуум рта опалил там мою прохладную кожу, оставляя пульсирующие засосы на обеих половинках половых губ, у меня и вовсе снесло крышу. Я чуть было не кончила, едва он коснулся вершины моего воспалённого клитора, практически сразу и полностью накрыв его языком.
Меня просто затрясло, как одержимую бесами, и, не переставая, пробирало от всего, что Дагнар со мной вытворял. Вернее, что вытворял его язык, скользящий змием искусителем по моим перевозбуждённым складочкам, растирая эрогенные точки до такой степени, что от каждого его похотливого движения хотелось кричать во весь голос. Правда, я и так не стеснялась и совершенно не сдерживала ответных стонов, которые, казалось, нарастали и учащались с каждым новой и более бесстыжей лаской моего отныне законного любовника. И от напора которого я уже хотела куда большего, не в состоянии сдерживать ни себя, ни своих безумных желаний.
Так что, когда он вдруг поднялся, выпрямляясь и нагибаясь надо мной своим не менее поплывшим лицом, тут уже и я не стала терять драгоценных мгновений, тоже хватая его за грудки и сама впиваясь в его потемневшие и чуть распухшие губы своим не менее изголодавшимся ртом. Одновременно толкая его в сторону кровати и прямо на ходу стягивая с его плеч и рук тяжёлый парчовый халат.
- Ты ведёшь себя… не как девственница! – прохрипел Дагнар после того, как мне тоже пришлось прервать собственный поцелуй. Но только для того, чтобы стащить с мускулистого торса моего супруга мешающуюся и совершенно ненужную рубашку. А после толкнуть его в мощную грудь ладошками, тем самым заставляя этого великана опрокинуться назад на упругие перины кровати.
- К твоему сведению, многие девушки открывают для себя некоторые секреты самоудовлетворения ещё далеко до замужнего возраста. А другие даже тренируются с себе подобными…
Похоже, Дагнар от моего ответа опять малость ошалел или, вернее, не понял, насколько серьёзно я всё это говорила. Но препятствовать моим дальнейшим над собой действиям не стал. Точнее тому, как я вдруг начала стаскивать с его рельефных бёдер белые подштанники, с явным восхищением залипнув взглядом на его восставшем жезле любви (или как их там называют в любовных романчиках современные литераторши среднего звена?).
