университет. Образование никогда не было приоритетом для женщин нашего мира, так как в первую очередь девушка должна была стать хорошей трофейной женой. И хотя родители никогда не запрещали мне учиться, занятия должны были проходить лишь в дистанционном формате. Но я и сама не могла решить, чем хочу заниматься. Когда ты большую часть времени проводишь в стенах особняка, твой кругозор сужается. Помимо этого, многие направления, где я могла бы себя проявить, были недоступны из-за положения нашей семьи. Но сейчас все изменилось. И в первую очередь я сама.
Я видела, какую колоссальную поддержку фонд оказывал людям, попавшим в сложные жизненные ситуации. Работа в фонде мне нравилась, ведь я, как никто другой, знала, каково это – тонуть в пучине горя, сражаться со своими демонами и пытаться не сойти с ума. И если мне в трудный момент повезло иметь рядом того, кто помог с этим справиться, то многие люди, к сожалению, были вынуждены бороться в одиночку. Несправедливо.
Поэтому я решила получить степень в области психологии, чтобы на профессиональном уровне лично помогать людям в их борьбе со страхами и сомнениями.
Кроме того, в последнее время я была занята подготовкой к балу, который в итоге прошел так, как я планировала. Без помощи маминой команды я бы не справилась, поэтому была благодарна каждому причастному, ведь вместе мы сделали большое дело: собрали большие деньги на нужды приютов и привлекли новых спонсоров. Но я бы солгала, если бы сказала, что мое приподнятое настроение с утра было связано только с этим событием. Мужчина, захвативший мои мысли и заставлявший растекаться от одного своего взгляда, был причиной хорошего расположения духа.
Я не ожидала увидеть Алессио в тот вечер, но была рада ему. Несмотря на все риски и запреты, он пришел, чтобы увидеть меня и поговорить.
«Я выбрал тебя вчера, я выбираю тебя сегодня и выберу тебя завтра. Потому что я люблю тебя».
Его признание крутилось в моей голове на повторе, вызывая глупую улыбку. Алессио неоднократно пытался признаться мне в своих чувствах в горном домике, но каждый раз я не давала ему возможности сказать это вслух. Его любовь была видна в глазах, передавалась через прикосновения и поцелуи. Он каждый раз без слов признавался мне в любви. Однако в тот вечер в тишине архива я желала наконец их услышать, хотела, чтобы слова проникли в меня и укоренились в сердце.
Когда Алессио признался в любви, мне захотелось ответить ему взаимностью и раскрыть свои чувства, но каждый раз, когда слова вертелись на языке, что-то сдерживало меня. Мозг кричал, что я не могу любить его и доверять ему, а сердце призывало отдаться чувствам. Страх и сомнение все еще жили во мне, но я была намерена избавиться от них и полностью довериться Алессио.
Эта борьба внутри меня перешла на холст. Рука выводила линию за линией, накладывая крупные и мелкие мазки, создавая круги и соединяя два цвета – черный и красный, олицетворяющие страх и любовь внутри меня.
Я отложила кисть и отошла на несколько шагов назад, чтобы оценить работу, выполненную в технике импасто[24]. Чаще всего я применяла именно ее, когда садилась за рисование. Мне нравилось наблюдать, как картина оживает, когда толстые мазки краски усиливали фактурность и игру света. Я смотрела на полотно перед собой, над которым сидела с самого рассвета, и увидела в нем свою душу, разрывающуюся на части. Чернота поглощала страсть, но та раз за разом вырывалась, и они снова сталкивались между собой, ведя ожесточенную борьбу.
Резкий телефонный звонок вывел меня из некоего подобия транса, в который я впала, разглядывая свою работу. Часы на стене показывали без четверти шесть, что означало одно: я пропустила обед, потеряв счет времени в кабинете. Поставив фоновую музыку на паузу, я взяла телефон, надеясь увидеть имя Алессио на экране. Но это был не он.
Стараясь не испачкаться, я нажала на «Ответить» и поднесла телефон к уху. Первое, что прозвучало с той стороны, – спор двух человек.
– Конечно же, она возьмет трубку.
– Не будь такой наивной. Иисус!
Я тут же узнала голоса, но удивилась, что Лекси снова позвонила мне. Особенно после того, как обманом выманила из дома. Пусть она и сделала это по просьбе Алессио, но осадок тем не менее остался, ведь девушка мне соврала.
Они с Алексом не заметили, что я уже ответила, и продолжали спорить. Кажется, причиной их громкой дискуссии была я.
– Лекси?
– О, Адриана! – воскликнула Лекси, перестав препираться с Алексом. – Мы думали, что ты уже не возьмешь.
– Я была немного занята.
– Да. Прости, что отвлекаю от дел, но нам нужна твоя помощь. – В голосе девушки послышалась тревога.
Не хотелось привыкать к тому, что такие звонки с уловками и приманками становятся обыденностью. – Лекси, послушай, если это опять…
– Алессио пропал, – выдала девушка, не дав договорить.
В этот момент мир затих. Стук сердца и шум крови в ушах заглушили все посторонние звуки.
О чем она говорит?
– Что значит пропал? – Я заходила по комнате кругами в ожидании ответа.
– Что это значит?! Ты, мать твою, издеваешься?! – на фоне послышался голос Алекса, который явно был зол на меня, хотя я не понимала, в чем причина.
– Ш-ш-ш! – шикнула Лекси, прося его замолчать. – Алессио не отвечает на звонки с тех пор, как вчера утром высадил меня в аэропорту, а по местоположению, которое Алекс отследил по его телефону, он находился в Чикаго последние несколько часов. Мы просто беспокоимся. Ну знаешь, после последних событий…
– А сейчас?
– Мы не можем узнать. Скорее всего, его телефон выключен, потому что сигнал пропал. Ты была не с ним? – спросила она с надеждой.
Но я вынуждена была расстроить ее, потому что с Алессио мы не виделись с благотворительного вечера.
Бал.
Неужели отец узнал, что Алессио нарушил правило, придя тогда ко мне? Что, если кто-то увидел его и доложил отцу?
– Нет, но…
– Конечно же нет. Потому что твой папаша решил закончить начатое тобой дело, – прогремел Алекс, судя по всему, выхватив телефон из рук Лекси, потому что теперь его стало слышно громче и отчетливее.
– Алекс, я не понимаю, что происходит…
– Послушай меня, милашка. Если с ним что-то случилось, я обрушу ваш чертов город на ваши же головы. – Он явно не шутил.
При знакомстве Алекс не показался мне опасным. Он был милым и забавным, но сейчас я уже не была уверена, что на другом конце трубки тот самый парень из клуба. В его голосе
