ходу и на всех парах несусь к дому Эштон.
Языки пламени скользят по стеклу окна гостиной. Из открытой балконной двери вырывается черный дым. Господи! Эштон сейчас там, внутри! Я быстро встаю под открытый душ и поворачиваю кран. Вся моя одежда намокает от потока воды. Через секунду я уже стою на крыльце и распахиваю входную дверь. Горячий воздух обдаем меня жаром.
– Эштон!
Пробираюсь сквозь густую завесу черного едкого дыма. Гул пламени и треск мебели заглушают мой голос. Я пытаюсь увидеть девушку, пригибаясь ниже к полу. Наконец нахожу ее, лежащую на полу гостиной. Какого хрена она привязана к сломанному стулу?
– Детка! Очнись! – кричу я, но она уже без сознания.
Снимаю с себя мокрый пиджак и заворачиваю в него Эштон. Когда я поднимаю ее на руки и делаю несколько шагов в сторону выхода, люстра с грохотом падает на то место, где только что лежала девушка.
Чувствую, что мне уже не хватает воздуха, поэтому как можно скорее стараюсь покинуть дом. Еще несколько футов, и мы будем в безопасности.
Как только оказываюсь на улице, встречаюсь с испуганным взглядом миссис Грин.
– Господи! Мистер Палмер, что произошло?
– Сара, звоните в службу спасения!
Женщина быстро справляется с паникой и делает так, как велено.
Я несу Эштон к машине. Алан сидит у автомобиля, обхватив колени руками.
– С мамой все будет хорошо? – спрашивает он, утирая слезы.
– Да, родной! Все будет хорошо!
Укладываю Эштон на заднее сиденье «Форда». Алан устраивается на пассажирском возле меня. По пути в больницу звоню Кларе, чтобы она успела подготовить все необходимое до того, как я привезу Эштон. У приемного отделения клиники нас встречают Клара и еще несколько медбратьев с каталкой.
* * *
– Мелани Блум, – шепчет Алан, засыпая на моих руках.
Вот уже несколько часов мы сидим в комнате ожидания в больнице.
– Что? – Я заглядываю в лицо сына и тормошу его, чтобы он повторил то, что только что произнес.
– Мама сказала запомнить это имя, когда я побежал звать на помощь.
Алан широко зевает и снова устраивается на моем плече.
– Она была в доме?
– Да, мама и эта тетя ругались. Мама отправила меня в комнату, а потом я спустился, когда все уже было в дыму и огне.
Я не верю своим ушам. Сижу, уставившись в одну точку, а сын мирно спит на моих руках. Мелани? Эта стерва заявилась в дом Эштон и подожгла его?
Холод волной пробегает по спине. Она сумасшедшая! Этого нельзя просто так оставлять. Достаю из кармана брюк смартфон и набираю номер офицера Гловера. Спустя пару секунд слышу его голос и рассказываю обо всем, что сегодня произошло в доме моей невесты. Мы договариваемся о том, что завтра утром, когда Эш придет в себя, он возьмет у нее показания, а мисс Блум будет задержана уже сегодня. Я называю ему адрес Мелани и сбрасываю звонок.
– Скоро весь персонал этой больницы будет знать нас в лицо! – слышу голос Лукаса.
Он усаживается возле меня на соседний стул.
– Отец направился к Кларе узнать о состоянии Эштон. Как ты, мужик? – Парень хлопает меня по плечу.
– Даже боюсь думать, что было бы, если бы я приехал позже…
– Ты вытащил мою сестру из огня! Ты успел, и теперь все будет хорошо.
Я усмехаюсь и киваю головой в знак признательности за поддержку.
Клара заверила, что с Эштон и малышом все будет хорошо. Девушка надышалась едким дымом и получила несколько ожогов на левой ноге. Скорее всего, эти следы оставил пластик с люстры.
Эдвард и Клара увозят Алана к себе домой, а я остаюсь в палате с Эштон, ожидая ее пробуждения на маленьком диванчике у стены.
Когда первые лучи рассветного солнца пробиваются сквозь жалюзи на окне, я слышу тихий стон. Открываю глаза и вижу улыбку Эштон.
– Привет, – шепчет девушками пересохшими губами.
Глава 35
Эштон
Я просыпаюсь от ослепляющего солнца и вижу Эйдена. Единственное, что могу выдавить из себя, это «привет». Парень подрывается и прижимает меня к себе с такой силой, что становится трудно дышать. Нам не нужно слов. Больше не нужно.
– Я тебя люблю, – шепчу пересохшими губами.
– Детка, когда ты перестанешь меня так пугать?
– Прости, я одна ходячая проблема.
– Моя проблема, – снова целует меня и отстраняется, чтобы сказать то, чего мне так не хватает. – Забудь о Мелани. Ей светит немалый срок. Так что направь свои мысли в сторону свадьбы.
Он прав, пора переключиться со всего плохого, что происходило в нашей жизни, и делать следующий большой шаг. Жаль, что мое платье, купленное вместе с Кларой, сгорело, как и сам дом. После ухода Эйдена я прошу телефон у дежурной сестры и набираю Оззи. Сначала интересуюсь, прибудут ли они с Оливией на наше торжество, а потом вкрадчивым голосом прошу об услуге. Оз смеется и обещает помочь. Фух, одной заботой меньше. После выписки нужно заняться улаживанием вопросов со страховой компанией, что возместит причиненный пожаром ущерб. Боже, как мне надоели эти белые стены и озабоченные лица врачей! К счастью, мои молитвы долетают до нужных ушей и через пару дней я возвращаюсь к семье. За это время Эйден почти успевает обустроить новую виллу. Только с комнатой Алана возникают проблемы. Сын настаивает на чертовых супергеройских обоях. Мы оба сдаемся под натиском настойчивых шоколадных глаз и несгибаемого упрямства. Даже в этом он слишком похож на своего отца.
* * *
Почти четыре месяца я успешно занимаюсь журналом, домом, семьей, не замечая, как мой живот слегка округлился. Эйден полностью занялся Мелани и общением с детективом Гловером. Я прошу его не посвящать меня в подробности разбирательства. На моей ноге на всю жизнь останется шрам как напоминание о гребаной сучке. К тому же у меня сегодня самый приятный день. Примерка платья Оззи и поход на прием к Кларе. Наконец-то узнаю пол ребенка. Но Эйдену я не призналась, что сегодня уже узнаю, кто растет у меня под сердцем. Хочу сделать ему сюрприз и сообщить на нашей свадьбе. А она уже так близко! Каких-то три дня, и я стану Эштон Палмер. Хорошо, что Алан теперь официально носит фамилию отца. Пейтон и Клейтон шустро сработали с бумажками. Им одним из первых вручаю приглашения в тисненых конвертах. Помощники искренне радуются им, будто выигрышу в лотерею.
Уходя из офиса, останавливаюсь посреди холла и глубоко вдыхаю. Я вернусь сюда
