коридора послышался стук каблуков. Открылась дверь, в класс влетело облако французских духов, а за ним появилась сама Татьяна Алексеевна.
У меня даже настроение поднялось – и от того, что ужасная игра наконец кончится, и от самой нашей классной: ее цветущесть и неуемная жажда жизни всегда восхищали меня. Когда-нибудь в другом измерении я хотела бы стать такой, как она.
– Ну что, деточки, – Татьяна Алексеевна с хитринкой оглядела класс, – заждались? По лицам вижу, занимались чем-то неподобающим! Теперь можете расходиться по местам, займемся классными делами.
Все молча разбрелись по своим партам, готовясь услышать очередную обязательную нудятину.
В конце классного часа Татьяна Алексеевна бодро объявила:
– Пара смельчаков остается убирать помещение. И это будут… – Она обвела глазами класс и остановилась на Юрике, который уже беспечно закидывал в рюкзак тетради, готовясь стартовать. – Юра Столяров и… Юра, кого выберешь себе в пару?
Юрик сжал губы и с выражением крайнего недовольства обвел взглядом одноклассников. Он задержался на мне на пару секунд дольше, чем на остальных, но и этого Татьяне Алексеевне оказалось достаточно. Она перевела взгляд с Юрика на меня, как будто соединила нас невидимой нитью, и тут же с широкой улыбкой оповестила:
– …и Вероника Смирнова! Все остальные – отдыхайте и до завтра!
Ребята быстро смотали удочки, опасаясь, что классная щедрым жестом еще кого-нибудь загребет. А мы с Юриком остались убираться. Я терла абразивной губкой пол, стараясь отскрести жвачки и прочую гадость, а Юрик неспешно протирал доску. Ни разу в жизни не видела, чтобы он перестарался…
Меня почти подбросило, когда Юрик вдруг окликнул меня:
– Да три ты полегче, чего так напрягаешься-то? Никто не оценит.
– Я и не напрягаюсь. Сейчас домою и пойду. Ты можешь уже идти: доска блестит, а больше ты ничего делать не будешь же?
Я быстро отвернулась и снова ускоренно завозила губкой по линолеуму.
– Вероника… – Голос Юрика прозвучал со странной заботой, как будто ему в самом деле было до меня дело. – Стрессанула? Не ожидала, наверное?
«Что? Он назвал меня по имени?!» – взорвалось в голове. Я едва смогла прийти в себя для того, чтобы ответить:
– Чего не ожидала?
Юрик подошел ко мне вплотную – я попятилась… хотя хотелось, наоборот, прижаться к его груди, чтобы услышать – бьется ли сейчас его сердце так же, как и мое. Он бросил тряпку на парту и, подняв брови, многозначительно произнес:
– Да того. Думаешь, я не секу?
Я сразу поняла, что Юрик говорит о наших с Денисом отношениях (да каких вообще отношениях?), но, собрав волю в кулак, с вызовом взглянула на него.
– Ну и что? Мне фиолетово. Можешь думать что хочешь.
Это как будто задело его.
– Вау, чего это тебя торкнуло? – Юрик оперся ладонью о парту и, наклонившись ко мне, вдруг злобно процедил: – Дебил он, твой Денис, понятно? Придурок конченый!
От неожиданности я сделала шаг назад и села прямо на парту. Юрик ухмыльнулся.
– За инсайт должна будешь.
Я вдруг тоже разозлилась. Все они лучше меня все понимают! Денис – про моего отца, Юрик – про Дениса… Чертовы профессора нашлись!
– Да пошел ты! – неожиданно вырвалось у меня. Мне кажется, я даже пятнами покрылась: слишком грубо вышло. – Он не мой, но с тобой я ничего обсуждать не собираюсь!
Я отвернулась, чтобы быстрее дотереть пол. А Юрик на секунду онемел от удивления, а потом отбрил:
– Ты охренела вообще, Смирнова.
В груди у меня все дрожало, но я промолчала – и так слишком много было сказано, непонятно, куда это нас могло завести.
Спустя пять минут я домыла пол и, стараясь не смотреть на него, забрала вещи и зашагала к выходу. У двери не выдержала и обернулась. Юрик с озадаченным видом провожал меня взглядом – как будто сегодня впервые по-настоящему увидел. От этого чувства стало жарко – что это было сейчас? Его внимание… мне же показалось?
Эпизод 12. Дженни. Нелюбовь
«Ангелы» приходили в себя в гримерке после шестичасовой тренировки. Кенни и Джису распластались поперек дивана, Дженни же, наоборот, была полна энергии: все еще действовал эффект от вчерашних победных переговоров с господином Каном. Она протянула девчонкам только что доставленный американо.
– Какие планы на вечер?
Джису присела на диване и неопределенно пожала плечами.
– Я думала, мы сходим вместе выпить?
– Да! – кивнула Дженни: она все еще была в настроении праздновать.
В дверь гримерки постучали, и вошел Тэхён. Он обвел глазами девушек и улыбнулся: на его щеках появились соблазнительные ямочки. Дженни заметила, что лицо Тэхёна было покрыто тональником, хотя он не говорил, что собирается на кастинг. Краем глаза она заметила, что Кенни с интересом изучает ее бойфренда.
– Девушки, как тренировка? Хорошо потрудились? – Тэхён подошел к Дженни и поцеловал ее в щеку. – Ты же сегодня вечером свободна?
Он обращался как бы только к своей девушке, но взглядом пробежался по всем. Дженни почувствовала привычный укол раздражения, который сразу же загасила. Дженни с ее природной прямолинейностью трудно было игнорировать эту черту бойфренда: ему всегда нужно было привлечь внимание всех без исключения девушек в комнате. Сам Тэхён называл это «профессиональной деформацией».
Ничего, Дженни обязательно выскажет ему все сегодня вечером.
– Мы собирались пойти выпить с девочками… но ты можешь пойти с нами, – нейтральным тоном предложила она.
Прежде чем Тэхён успел ответить, в комнату без стука влетел Кан.
– Быстро! Мне нужны двое! У нас срочная съемка для GQ! Дженни, ты едешь обязательно! Ты свободна, Джису? Черненькая и беленькая – вы будете идеально смотреться, у них черно-белый концепт номера – шахматы.
– Я смогу, – сразу согласилась Джису, покосившись на Кенни.
Та с кислой миной продолжила натягивать сапоги, отвернувшись от Кана.
Дженни, поморщившись, осторожно взглянула на Тэхёна. Сегодня вечером дома будет очередной скандал. Ну почему чертов Кан всегда невовремя? В последние дни он как будто мстит Дженни за то, что вынужден выполнять условия своего же собственного договора.
– Прости. – Дженни скроила грустную мину. Тэхён поднял брови и поджал губы, но в присутствии агента выражать свое недовольство не решился. Преувеличенно вежливо поздоровался с Каном и бросил Дженни:
– Ну что ж, ничего нового…
– Это не предмет для обсуждения! – внезапно вмешался господин Кан, взбешенный промедлением. – Нам нужна реклама! Заодно расскажете про свое будущее турне!
– Увидимся завтра: сегодня я, видимо, вернусь совсем поздно… – покосившись на Кана, ответила Дженни.
Они с Джису, быстро собрав вещи, отправились вслед за Каном к лифту, где на парковке их уже ждал черный «Генезис».
Когда за господином
