него бушевал ураган из гнева, ревности, терзания и страсти. Он тут сходил по ней с ума, а она даже не могла подарить ему один мимолётный взгляд. Зато Джону она дарила их множество. Черт! Черт! Черт!
После ужина начались танцы. Так как Габриэла продолжила преследовать его и почти сама напросилась стать его партнёршей, ему пришлось пригласить ее на контрданс. Натан думал, как так поделикатнее ей намекнуть, что если она и в столице начнет вести себя столь навязчиво, то этим заработает себе дурную репутацию, как вдруг из внимательного слушателя она превратилась в говорливую особу. А если ему и удавалось вставить какую-нибудь реплику, то она начинала звонко смеяться. Теперь он был уверен, с таким вызывающим поведением ей вообще не стоит показываться в Лондоне.
Натан не мог дождаться окончания танца. Но когда тот закончился, Габриэла попросила его принести ей лимонад, а потом вдруг приложила ладони к щекам и со страдальческим видом произнесла:
– Мистер Коулман, пожалуйста, давайте выйдем на улицу. Мне срочно нужно подышать свежим воздухом, иначе я упаду в обморок, – и не дожидаясь ответа, подхватила его под руку и потянула к выходу.
Натан уже тихо ненавидел мисс Голд. Он тут же решил, что это будет последняя ее просьба, которую он выполнит. Они вышли в коридор и прошли его половину, как неожиданно девушка вскрикнула.
– Что с вами? – больше не скрывая своего раздражения, зло процедил Натан.
– Мне что-то попало в глаз.
Она начала усиленно моргать.
– Ой-ой-ой! Как же сильно колется!
Не церемонясь с ней, он грубо развернул ее к себе, обхватил руками ее лицо и повернул его к свету.
– В каком глазу колется?!
– В правом, – и тут же закрыла его.
Большим пальцем Натан постарался отодвинуть нижнее веко.
– Совершенно ничего не видно! Вы хоть немного можете открыть глаз?
Габриэла лишь слегка приоткрыла его. Натан изо всех сил старался разглядеть соринку. Он уже и верхнее веко приподнял.
– Странно, как будто ничего нет.
– Подождите, – она немного отклонила голову назад и несколько раз моргнула, а потом вдруг обвила его шею руками и прильнула к губам.
Натан сразу почувствовал насколько неопытными были ее движения, а губы лишь прижимались к его губам. При этом он поражался ее решительности. Вот только что теперь делать ему? Но ответ пришел сам собой, когда до его ушей донесся грохот. В ту же секунду Габриэла отскочила от него и они оба уставились на причину шума.
– Проклятье!
Глава 28
Натан понимал, насколько глупо будут звучать его оправдания, но всё же бросился к Эмили и нагнулся, чтобы ухватить ее за руку и помочь встать. Но стоило ему коснуться ее, как она оттолкнула его и без посторонней помощи поднялась на ноги.
– Мисс Фейн, мне нужно вам всё объяснить. Прошу вас уделить мне немного внимания.
– Не стоит, – презрительно бросила она. – Вы свободный человек и вольны поступать как вам вздумается. А вам, мисс Голд, – Эмили строго посмотрела на притихшую Габриэлу, – нужно научиться не только не позорить имя вашего брата вызывающим поведением, но и уважать дом, в котором вы живёте.
Эмили оправила платье и с гордым видом покинула молодых людей. От злости Натан сжал кулаки и издал что-то наподобие рыка. Ну нет, она всё равно выслушает его! Может не сейчас, может завтра или послезавтра, но это обязательно произойдет.
Натан обернулся и окинул Габриэлу сердитым взглядом. Она ещё сильнее съёжилась и втянула голову в плечи. С трудом сдерживаясь, чтобы не задать ей хорошую трепку, он резко скомандовал:
– А ну марш отсюда!
Она тут же схватила юбку, приподняла ее и бросилась бежать обратно в зал, затормозив лишь перед самым входом, чтобы перейти на спокойный шаг. Вскоре Габриэла скрылась за дверью. Тяжело вздохнув, Натан следом за ней вернулся к остальным гостям. Теперь ему предстояло проявить всю свою находчивость, чтобы добраться до Эмили.
Он, как настоящий охотник, принялся выслеживать свою добычу и ждать удобного момента, чтобы поймать ее в свои сети. Но Эмили, словно чуя опасность, всё время находилась в окружении Джона или своих сестер. Натан даже предпринял попытку пригласить ее на танец и сделал это громогласно, чтобы многие слышали его предложение и она не смогла отказать. Но она отказала! Без смущения или неловкости, сохраняя невозмутимый вид, Эмили точно так же громко ответила, что на этот вечер единственным ее партнёром будет Джон Гриффин. Натану пришлось молча проглотить эту оплеуху.
На следующий день, без приглашения, он приехал в дом Фейнов и сообщил, что ему нужно переговорить с мисс Эмили Фейн. Но вновь получил отказ. Через прислугу она передала, что если у него есть к ней дело, то он может изложить его ее отцу или мистеру Гриффину, а те, в свою очередь, перескажут его ей и вместе с ними она обсудит и примет решение по его вопросу. Ничего на это не ответив, он покинул дом.
Всю неделю Натан каждый день караулил Эмили возле её дома. Если бы несколько месяцев назад ему кто-нибудь сказал, что он будет как мальчишка прятаться в саду за деревьями, чтобы выследить мисс Фейн, то рассмеялся бы в полный голос и послал такого чудака куда подальше. Но сейчас ничего лучшего в голову ему не пришло. Он надеялся, что Эмили захочет одна прогуляться по собственному саду. Но и здесь его ждала неудача. Если она и выходила на улицу, то всегда находилась в обществе сестер, да и прогулок таких было немного.
Потом он пытался добраться до нее через Джона. Но она была полностью занята приготовлениями к празднику и не навещала жениха, а тот, понимая в какой она находится суете, не отвлекал ее по пустякам.
В душе Натана росло отчаяние, граничащее с безумием. Когда же до свадьбы осталось всего четыре дня, а он не то, что не убедил Эмили в своих чувствах, но даже не смог защитить себя, в голове созрел рискованный план. Если у него получится осуществить его, то она либо согласится стать его женой, либо возненавидит до конца своей жизни. Но спокойно смотреть, как любовь всей его жизни готовится стать женой другого, он не мог.
С наступлением сумерек Натан переоделся в охотничий костюм, опустошил стакан бренди и оседлав лошадь, отправился на встречу своей судьбе.
*
Эмили стояла возле открытого окна и дышала прохладным воздухом. Она даже не думала, что подготовка к свадьбе отнимет у нее столько сил. Пройдя через четыре замужества
